RemVoVo – Сказки Лунной Долины (страница 10)
И так и было. Каждый день, ровно в тот миг, когда Солнце пряталось за горизонтом, а Луна поднималась над ним, на небе появлялся нежный розовый свет — знак того, что два друга встретились.
Зверята в Лунной Долине привыкли к этому и всегда смотрели на закаты с улыбкой.
— Это они, — говорили они. — Лунный Зайчик и Солнечный Лучик. Они снова вместе.
И дети, которые ещё не спали, засыпали с мыслью о том, что дружба возможна между кем угодно, даже между такими разными, как день и ночь.
Вопрос-размышление для малыша:
Глава 6. Пряничный человечек и Ворчливый Крот
В Лунной Долине, где уже случилось столько чудес, что даже старые пни начали улыбаться, жил-был Пряничный человечек. Звали его Карамелька. И это имя подходило ему идеально, потому что он был весь сладкий — от кончика своей маленькой шоколадной шляпки до самых подошв, которые были сделаны из сахарной глазури.
Карамелька был не просто пряником. Он был особенным. Его испекла самая добрая кондитерша в Лунной Долине — тётушка Пряня, которая жила на краю леса в домике, который всегда пах ванилью и корицей. Тётушка Пряня вложила в него столько любви, что Карамелька ожил. И теперь он ходил, разговаривал и даже пел песенки про сладкие сны.
Но у Карамельки была одна большая мечта. Он хотел подружиться со всеми жителями Лунной Долины. Со всеми до единого. Даже с теми, кто казался недружелюбным, ворчливым и вообще не хотел ни с кем знаться.
А таким существом в Лунной Долине был один Крот по имени Хмурыч.
Хмурыч жил под самым большим холмом на окраине долины. Он никогда не выходил на солнце, никогда не здоровался с соседями и никогда не улыбался. Вернее, говорят, он улыбнулся один раз, когда нашёл особенно жирного червяка, но это было так давно, что никто уже не помнил.
Крот Хмурыч был не просто ворчливым. Он был самым ворчливым существом во всей Лунной Долине. Он ворчал на дождь, потому что он мокрый. Он ворчал на солнце, потому что оно яркое. Он ворчал на ветер, потому что тот шумел. Он ворчал на тишину, потому что она была слишком тихой. Короче говоря, он ворчал на всё, что можно, и на то, что нельзя.
— Фи-фи-фи, — ворчал он, когда утром просыпался. — Опять этот противный свет пробивается в щёлочку. Вечно он тут, вечно он мешает.
— Хр-хр-хр, — ворчал он, когда обедал. — Опять червяки чересчур длинные. Нельзя ли покороче?
— Бр-бр-бр, — ворчал он, когда ложился спать. — И почему земля такая тёплая? Я хочу, чтобы было прохладно. И почему она прохладная? Я хочу, чтобы было тепло. Всё не так, всё не эдак.
Все зверяты в Лунной Долине знали о Хмурыче и старались обходить его холм стороной. Даже самые смелые — Ушастик, Рыжик, Лисёнок Огонёк — боялись к нему приближаться. Потому что если ты подходил к его норе, оттуда доносилось такое громкое ворчание, что уши закладывало.
— Не ходи туда, Карамелька, — говорил Ежик Колючка, когда однажды увидел, что Пряничный человечек направляется в сторону холма. — Он тебя съест. Ты же сладкий, а он любит сладкое, хоть и не признаётся.
— Он не съест, — уверенно ответил Карамелька. — Он просто ворчит. А ворчание — это не злость. Это просто привычка. Как у меня — привычка петь песенки. Я хочу с ним подружиться.
— Он не хочет дружить, — покачал головой Ежик. — Он всех гонит. Даже Совушку Соню он прогнал, а она никого не прогоняет.
— А я попробую, — не сдавался Карамелька. — Может быть, он просто не знает, как вкусно, когда с тобой кто-то пьёт чай. Я принесу ему чай и мёд.
И Карамелька, несмотря на все предостережения, отправился к холму. В одной руке он нёс маленькую кружечку с чаем (она была приклеена глазурью, чтобы не упасть), в другой — баночку с душистым липовым мёдом. Его шоколадная шляпка блестела на солнце, а сахарные пуговки на животике весело поблёскивали.
Он подошёл к холму, на котором была маленькая деревянная дверца. Дверца была закрыта на засов, а сверху висела табличка: «ВХОД ВОСПРЕЩЁН. ДАЖЕ ДЛЯ ХОРОШИХ».
— Какая странная табличка, — сказал Карамелька. — Почему для хороших нельзя? Для плохих можно, что ли?
Он постучал.
Тук-тук-тук.
Из-за двери раздалось сначала молчание, потом громкое сопение, потом — самое страшное ворчание, какое когда-либо слышали в Лунной Долине.
— Кого ещё там принесло? — прогремел голос Крота. — Я сказал — не беспокоить! Я занят! Я ворчу! У меня режим!
— Здравствуйте, уважаемый Крот! — вежливо сказал Карамелька. — Меня зовут Карамелька. Я Пряничный человечек. Я принёс вам чай с мёдом и хочу с вами познакомиться!
Наступила тишина. Крот, видимо, так удивился, что забыл ворчать. Потом дверь приоткрылась на пару сантиметров, и из щели выглянул маленький, чёрный, похожий на бархатный камешек носик.
— Чай? — фыркнул носик. — Мёд? Ты что, издеваешься? Я не пью чай. Я пью воду из-под земли. И вообще, я не люблю сладкое.
— А вы попробуйте, — не унимался Карамелька. — Этот мёд особенный. Его собирают пчёлы, которые живут на Полянке Сладких Снов. Они поют, когда собирают нектар, поэтому мёд получается счастливым.
— Счастливым? — фыркнул Крот, но уже чуть тише. — Какая глупость. Мёд не может быть счастливым. Он просто сладкий.
— Ну, если вы не хотите чай, тогда можно просто поговорить, — предложил Карамелька. — Я могу рассказать вам сказку. Или спеть песенку. Я много знаю песенок.
— Ненавижу песенки, — буркнул Крот. — Они слишком весёлые. А я не люблю весёлое.
Карамелька не сдавался. Он был пряником с характером — мягким снаружи, но очень настойчивым внутри.
— А давайте я просто посижу у вашей дверцы, — сказал он. — Я никуда не уйду. Буду сидеть и ждать, пока вы не решите выйти. Я могу ждать долго. Я же пряник, я не порчусь.
И он сел прямо на траву перед дверцей, поставил кружечку с чаем рядом и начал напевать себе под нос что-то тихое и мелодичное.
— Что ты там бормочешь? — спросил Крот через минуту.
— Это колыбельная, — ответил Карамелька. — Про луну и звёзды. Хотите, я спою её полностью?
— Нет, не хочу, — отрезал Крот, но дверь приоткрылась ещё чуть-чуть, и чёрный носик высунулся наружу.
Карамелька начал петь. Голос у него был высоким, чистым, как карамельный колокольчик:
Крот слушал. Сначала он хмурился и фыркал, но потом его носик начал подёргиваться в такт мелодии.
— Это что за ерунда? — проворчал он, но в голосе уже не было прежней злости. — Зачем мне выходить? Мне и тут хорошо.
— А вы хоть раз видели звёзды? — спросил Карамелька. — Настоящие звёзды, с неба?
— Я их вижу в щёлочку, — буркнул Крот. — Они мелкие и противные. И слишком яркие.
— Нет, — покачал головой Карамелька. — Вы их не видели. Вы видели просто точечки. А если выйти и лечь на траву, они становятся огромными и начинают шептать. Каждая звезда шепчет своё имя. И если послушать, можно услышать, как они разговаривают. Это очень красиво.
— Зачем мне красиво? — проворчал Крот, но его носик уже почти полностью высунулся из-за двери. — У меня под землёй красиво. Там темно и тихо. И никто не поёт.
— Но там же душно, — сказал Карамелька. — А здесь свежий ветер, запах травы и мёда. И ещё здесь есть я. Я пришёл с вами дружить.
— Дружить? — фыркнул Крот. — И зачем мне дружить? У меня нет друзей. И не было никогда. Друзья только мешают. Они приходят, что-то говорят, смеются, а потом уходят. А я остаюсь один. Так что не надо мне друзей.
Карамелька вдруг понял, что Крот говорит не просто так. За его ворчанием и грубостью скрывается что-то важное. Что-то, что он прятал очень глубоко под землёй, так же глубоко, как свою нору.
— А почему у вас не было друзей? — мягко спросил он.
Крот молчал. Дверь качнулась. Потом послышался тяжёлый вздох.
— Потому что я смешной, — наконец сказал Крот. — У меня маленькие лапки, я ничего не вижу на свету, я вечно тыкаюсь носом во всё подряд. Когда я был маленьким, другие зверята смеялись надо мной. Называли меня «крот-слепыш» и «носатый копуша». Я ушёл под землю и решил, что не буду ни с кем разговаривать. Буду ворчать, и они отстанут.
У Карамельки сжалось сердце. Он знал, что такое, когда над тобой смеются. Когда ты не такой, как все. Он тоже был пряником, а не живым зверьком. Некоторые думали, что он просто еда.
— Меня тоже дразнили, — тихо сказал Карамелька. — Говорили, что я слишком сладкий и что меня должны съесть. Но я не обижался. Я просто пел песенки. И они перестали. Потому что песенки делают мир добрее.
Крот высунул голову полностью. У него были смешные чёрные усики, маленькие глазки-бусинки и большие передние лапки с коготками. Он выглядел не страшным, а очень-очень забавным и, если честно, немного жалким.
— И что, тебя никто не съел? — спросил он.
— Нет, — засмеялся Карамелька. — Меня никто не съел. Потому что я не просто сладкий, я ещё и дружелюбный. А друзей не едят.