RemVoVo – Наследница древнего света (страница 3)

"Не зацикливайся. Думай о выживании. Первое правило улицы – ищи крышу над головой до наступления темноты."

"Улицы?" – Лира фыркнула. "Мы в благородном квартале. Здесь либо усадьбы знати, либо…"

Ее взгляд упал на узкую тропинку, уходящую вниз, к городским стенам. Туда, где за высокой каменной оградой начинался настоящий город – с его шумом, грязью и опасностями.

"Вот именно. Пора познакомиться с реальным миром, принцесса."

Лира глубоко вздохнула и встала. Ноги сами понесли ее вниз по извилистой дорожке. С каждым шагом особняки становились меньше, улицы – уже, а воздух – гуще от запахов человеческой жизни.

Когда она прошла городские ворота, ее охватила странная смесь страха и возбуждения. Никогда прежде она не была в Нижнем городе одна. Всегда под присмотром слуг, всегда с конкретной целью. А теперь…

"Первым делом – сменить внешность," – приказал Гранит. "В таком платье тебя заметят за версту."

"У меня нет денег на новую одежду," – возразила Лира.

"А кто говорил о покупках?"

Она почувствовала, как ее губы растягиваются в ухмылке. Чужая ухмылка. Чужие мысли заползали в сознание, как тараканы в щели. Воровство? Она? Лира Санд, которая даже яблоко из сада без спросу взять боялась?

"Хочешь выжить – забудь о гордости. Гордость хорошо иметь, когда ты сыт и в тепле."

Лира закусила губу, но кивнула. Она свернула в узкий переулок, где стираное белье висело на веревках между домами, как праздничные флаги нищеты.

"Там," – прошептала она, заметив полуразрушенный дом с пустующим двором. На веревке болтались поношенные штаны и грубая рубаха.

Сердце бешено колотилось, когда она пробиралась через груду мусора. Пальцы дрожали, срывая с веревки чужую одежду. В ушах стучало: "Воровка! Воровка! Воровка!"

"Спокойно. Дыши. Первый раз всегда страшно."

Лира судорожно свернула украденное в комок и бросилась прочь. Только в темном углу следующего переулка она осмелилась переодеться. Грубая ткань скребла кожу, штаны приходилось подворачивать – они были велики. Но когда она собрала волосы и вытерла лицо грязью, в отражении лужи перед ней стояла совсем другая девушка. Уличная. Никчемная. Невидимая.

"Неплохо. Теперь пропитание."

"Я не стану воровать еду!" – взбунтовалась Лира.

"А как насчет честного заработка?" – в его голосе звучала насмешка. "Видишь ту таверну? Там нужны посудомойки."

Лира колебалось, но урчащий желудок решил за нее. Она подошла к задней двери заведения под вывеской "Пьяный кабан" и робко постучала.

Дверь распахнулась, и ее окатило волной теплого воздуха, пахнущего пивом, луком и человеческим потом. На пороге стояла дородная женщина с красным лицом и закатанными по локоть рукавами.

"Чего надо?" – рявкнула она.

"Я… я могу мыть посуду," – прошептала Лира. "За еду."

Женщина окинула ее оценивающим взглядом. "Бездомная, да? Ладно, заходи. Но если что-то разобьешь – сама узнаешь, на что способна моя поварешка."

Кухня оказалась адской дырой, где трое потных поваров орали друг на друга, мешая содержимое дымящихся котлов. Лиру поставили у корыта с грязной водой и грудой жирных тарелок.

"Ну, поздравляю с первым рабочим днем," – усмехнулся Гранит.

Лира стиснула зубы и опустила руки в воду. Она никогда не работала так тяжело. Через час спина ныла, пальцы сморщились от воды, а брызги жира покрыли лицо. Но когда хозяйка – мамаша Зора, как ее все звали – швырнула ей в сторону краюху хлеба и миску какой-то похлебки, Лира готова была заплакать от благодарности.

Она ела, прижавшись в углу, жадно, не обращая внимания на вкус. Вдруг дверь на кухню распахнулась, и в помещение ввалилась группа стражников в синих плащах с гербом города.

"Обыск!" – объявил старший. "Ищем беглую преступницу."

Лира замерла с ложкой на полпути ко рту. Преступницу? Неужели…

"Не двигайся. Не смотри. Дыши ровно."

Она опустила глаза в миску, чувствуя, как сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Стражники обыскивали кухню, заглядывали в чуланы. Один из них остановился перед ней.

"Ты, новенькая? Откуда?"

Голос Лиры предательски дрогнул: "С… с ферм за рекой. Ищу работу."

Стражник прищурился. "Странно. Бастардку Дома Вейл тоже сегодня ищут. Серые волосы, серые глаза…"

"Готовься бежать," – прошептал Гранит.

Но тут мамаша Зора вклинилась между ними: "Эй, герой, не пугай мою работницу! Видишь, девка чуть не померла от страха. Ваша беглянка, ясное дело, в порту уже. Все туда бегут."

Стражник недовольно хмыкнул, но отошел. Через пять минут они ушли, оставив после себя напряженную тишину.

Лира дрожала, как осиновый лист. "Они ищут меня… Но почему? Я же ничего не сделала!"

"Ты выжила, когда должна была умереть. Ты обожгла Эвелин. Для них это больше, чем достаточно."

Мамаша Зора вернулась на кухню и тяжело вздохнула: "Ну что, девочка, похоже, ты мне врешь. Никакая ты не фермерша."

Лира в ужасе подняла на нее глаза. Сейчас выгонят. Сейчас сдадут стражникам…

Но женщина неожиданно ухмыльнулась: "По мне, так чем больше врут власти, тем честнее должны быть бедняки. Доедай и марш в чулан – переночуешь там. А завтра решим, что с тобой делать."

"Ну вот. А ты говорила – нет друзей."

Лира хотела возразить, что мамаша Зора вряд ли подходит под определение друга, но вдруг почувствовала страшную усталость. День, полный страха, боли и неожиданностей, давал о себе знать.

Чулан оказался тесным, пропахшим луком и старостью, но в нем была соломенная подстилка и даже тонкое одеяло. Лира рухнула на нее, как подкошенная.

"Что со мной происходит?" – прошептала она в темноте.

"Ты учишься жить," – ответил Гранит, и в его голосе впервые прозвучала что-то вроде… одобрения? "И, надо сказать, неплохо справляешься для неженки."

Лира хотела обидеться, но вместо этого почувствовала странное тепло. Может быть, она и не одна теперь. Может быть, с этим грубым, жестоким, но таким живучим человеком в своей голове у нее есть шанс.

Засыпая, она в последний раз подумала об Эвелин. О том, как та отпрянула от ее прикосновения. О том странном потоке… чего-то, что перетекло от сестры к ней.

Что бы это ни было, ясно было одно – ее старая жизнь закончилась. Новая только начиналась. И она обещала быть куда более опасной.

Глава 4: Трещина в камне

Лира проснулась от того, что кто-то грубо тряс её за плечо. Глаза слипались, во рту стоял вкус медной монеты, а в висках пульсировала тупая боль.

– Вставай, соня! – Мамаша Зора стояла над ней с закопчённым светильником в руке. – Через час рассвет, а у меня уже очередь у дверей.

Лира с трудом разлепила веки. Тело ныло после сна на голых досках, но странно – вчерашние мозоли на руках почти затянулись. Она растерянно разглядывала ладони, когда в голове раздался знакомый хриплый голос:

"Доброе утро, золотко. Спала как убитая."

– Ты… ты где был? – прошептала Лира, пока мамаша Зора хлопотала у печи.

"Всегда с тобой. Просто давал передохнуть – вчера было тяжко для новичка."

Лира потёрла виски. Воспоминания накатывали, как прилив: падение, голос в темноте, побег, этот странный "ожог" на руке Эвелин…

– Девочка! – Мамаша Зора шлёпнула ладонью по столу. – Я сказала, накрывай столы! Или опять в облаках витаешь?

"Шевелись, работяга. Завтрак не подаст себя сам."

Лира засуетилась, хватая грубые глиняные миски. Таверна "Пьяный кабан" просыпалась: на кухне уже шипел жир на сковородах, в главном зале скрипели половицы под ногами первых посетителей.

Она работала как автомат, расставляя столовые приборы, вытирая липкие от вчерашнего пива столы. Руки сами запоминали движения, а мысли путались в странном двойном восприятии – её собственные и чужие, опытные, подмечающие каждую деталь.

"Вон тот тип у окна – вчера проигрался в кости, смотри, как глаза бегают."

"Старик у бочки – местный информатор, за кружку пива расскажет, у кого жена с кем спит."