Рэмси Кэмпбелл – Вселенная Г. Ф. Лавкрафта. Свободные продолжения. Книга 7 (страница 11)

Возможно, ещё минут пять я искал, прежде чем отказаться от этой безнадёжной затеи, потому что у меня было не так много времени, чтобы тратить его на поиски того, что я хотел.

Маленький человечек не двигался с места, и теперь он улыбался вполне дружелюбно.

— Я очень боюсь, сэр, что вы никогда не найдёте того, что ищете.

Я был несколько нетерпелив, поэтому ответил откровенно:

— Тут я с вами согласен, я никогда не видел такого беспорядка.

— О, я только что переехал сюда, — объяснил он, всё ещё улыбаясь, — и у меня не хватило времени, чтобы привести всё в надлежащий порядок.

Я так и предполагал. Я сказал, что зайду попозже, и направился к двери.

Торговец положил руку мне на плечо.

— Постойте. Вы неверно истолковали мои слова, когда я сказал, что вы никогда не найдёте то, что ищете. Я не имел в виду беспорядок в моём магазине.

Я нахмурил брови, а он продолжил:

— Надеюсь, вы не будете слишком удивлены, доктор Уичерли, когда я заверю вас, что вполне осведомлён о существовании некоторых труднодоступных книг, за возможность владения которыми вы охотно отдали бы любую цену. И даже заплатили бы просто за то, чтобы прочесть их. Разве нет? И как бы далеко не находились эти книги, какими бы смутными ни были ваши шансы, вы всё же питаете надежду, что, возможно, когда-нибудь, по счастливой случайности, вы сможете завладеть одной из таких книг. Разве это не так?

Очень удивившись, я ответил сразу на оба его вопроса, едва сознавая, что говорю:

— Ну… да, в самом деле, да.

Лысая голова торговца добродушно покачнулась, и он махнул рукой в сторону беспорядочных стопок книг вокруг нас.

— А эти? — подчеркнул он своим пронзительным голосом. — Эти? Тьфу! Они — мусор, они — ничто! Вы не найдете там того, что ищете!

Я был поражён его горячностью.

— Наверное, нет, — неопределённо пробормотал я. — Но вы только что упомянули моё имя, а я и не подозревал, что вы меня знаете. Не могли бы вы объяснить?

— Ах, да, вы, конечно, озадачены. Вы удивляетесь, как я узнал ваше имя. Это, сэр, совершенно несущественно. Ещё больше вы удивляетесь тому, как я мог узнать о вашем тайном желании, желании прочесть так называемые «запретные книги», которые повествуют о немыслимом зле — книги, которые теперь настолько недосягаемы, что даже запрещены. Достаточно сказать, что в настоящее время я не могу не знать о ваших погружениях в таинственные и ужасные темы, потому что… ну, потому что для меня крайне важно, чтобы я это знал; следовательно, я знаю. Но я думаю, вы согласитесь, что ваши поиски таких книг довольно безнадёжны! Различные версии «Некрономикона» Альхазреда, «Атмосфера» Фламмариона, «Безымянные Культы» фон Юнцта, «Магия и Чёрное Искусство» Кейна, «Книга Эйбона» и таинственный «Король в Жёлтом» — который, если он действительно существует, должен превзойти их все — ничего из этого вы не найдёте в книжных магазинах. Даже те немногие книги, о существовании которых известно, находятся под замком. Конечно, есть и другие, более мелкие источники, но даже их нелегко раздобыть. Например, вам, вероятно, было трудно найти то самое, более позднее издание «Безымянных Культов», которое вы теперь имеете в своём распоряжении; и я полагаю, что вы находите его весьма неудовлетворительным из-за того, что цензоры подсократили страницы.

— Да, нахожу неудовлетворительным! — признался я, затаив дыхание. Меня очень удивила встреча с человеком, так много знающим о запретных книгах. Я решил ему объяснить:

— «Безымянные Культы», которые у меня есть, — это сравнительно недавнее издание 1909 года, и оно в высшей степени легкомысленное. Мне бы очень хотелось заполучить один из тех оригиналов, изданных в Германии, кажется, в начале восемнадцатого века.

Но человечек категорически отмахнулся.

— А как же «Некрономикон», — спросил он, — самая страшная из всех запрещённых книг, о которой говорят лишь намёками; вы бы многое отдали, чтобы заглянуть в неё?

— Это, — улыбнулся я, — даже выше моих самых заветных надежд!

— А если я скажу вам, что у меня здесь, в этой самой лавке, хранится подлинник «Некрономикона»?

Я и бровью не повёл.

— Нет у вас этой книги, — решительно заявил я.

Лысый смотрел не на меня, а куда-то вдаль.

— Верно, нет, — сказал он, наконец. — Я думал, вы сочтёте это заявление абсурдным.

Он вздохнул и поспешно продолжил:

— И всё же мне интересно, можете ли вы представить себе ещё большую нелепость — книгу, ещё более ужасную, чем пугающий «Некрономикон», книгу, настолько зловещую по своему размаху, что «Некрономикон» покажется вам таким же банальным, как…

— Как поваренная книга, — шутливо вставил я, потому что крошечный человечек принял теперь почти забавный вид — торжественный и одновременно серьёзный.

— Да. Книга, которая рассказывает о вещах, которые безумному Арабу никогда не снились даже в его самых диких кошмарах; на самом деле, книга даже не с этой Земли; книга, которая восходит к самому началу и тому, что находится за пределами начала; которая исходит из самых умов тех существ, что создали всех остальных!

Я посмотрел на торговца с внезапным подозрением, затем цинично улыбнулся.

— Вы хотите сказать, что у вас нет «Некрономикона», но есть такая книга, которую вы описываете?

Глаза человечка на мгновение задержались на мне, и только на миг в них появился блеск.

Он сказал:

— Вы осмелитесь позволить мне показать её вам?

— Да, покажите мне эту книгу, во что бы то ни стало!

— Очень хорошо. Пожалуйста, подождите здесь минутку.

Я с сомнением ждал, впервые задумавшись о действительно необычном аспекте этого дела. Я вдруг вспомнил историю, которую читал некоторое время назад, что-то о человеке, который зашёл в старый книжный магазин и погрузился в круговорот странных приключений, связанных с вампирами. Меня встревожило то, что эта история всплыла у меня в голове именно сейчас, но я улыбнулся при мысли о том, что со мной может случиться что-то нехорошее; этот маленький синеватый человечек был действительно довольно странным типом, но он не соответствовал моим представлениям о вампирах.

В этот момент он вернулся с огромной книгой, которая по высоте составляла половину его роста.

— Вы должны понять, — проговорил он, — что то, что я вам скажу, не должно восприниматься скептически. Очень важно, чтобы вы знали некоторые вещи об этой книге, — торговец крепко прижал её к себе, — которые покажутся вам невероятными. Во-первых, я должен вам сообщить, что она не принадлежит ни мне, ни кому бы то ни было на этой Земле: это первая невероятная вещь, в которую вы должны поверить. Если бы мне и в самом деле пришлось объяснять вам, кому она принадлежит, я бы сказал — космосу и всем столетиям, которые были, есть и будут. Это самая отвратительная книга во вселенной, и если бы не она, я… но нет, я не скажу вам этого сейчас. Сейчас я сообщу только, что я — хранитель этой книги, теперешний хранитель, и вы никогда не сможете себе представить, какие ужасные переходы во времени и пространстве я совершил.

Можно ли винить меня за то, что я начал пятиться к двери? Можно ли винить меня за то, что я захотел уйти оттуда? В моём сознании росло подозрение, что этот человек сошёл с ума, и теперь я это понял. Но следующие слова я произнёс именно потому, что не знал, что ещё сказать:

— И вы хотите продать мне эту книгу?

Торговец ещё пристальнее вгляделся в меня.

— Её нельзя купить за все богатства этой или любой другой планеты. Нет, я просто хочу, чтобы вы прочли её. Я очень хочу, чтобы вы её прочли. Вы можете взять книгу к себе на дом, если хотите. Видите ли, я знаю, что, несмотря на ваш скептицизм, вас снедает любопытство.

Человечек был прав. И всё же, почему я не мог решиться? Было что-то очень странное во всём этом, нечто, что не проявлялось на поверхности, что-то неуловимое и почти пугающее. До сих пор он намекал на многое, но не сказал мне ровным счётом ничего. Он был слишком решителен в том, чтобы навязать мне эту книгу, и что-то подсказывало мне, что если он так сильно хочет, чтобы я её прочел, то лучше мне этого не делать.

— Нет, спасибо, — пробормотал я, и, не пытаясь скрыть дрожь, отвернулся.

С меня было достаточно. Его глаза выглядели слишком чёрными. Но торговец, казалось, предвидел мой отказ, и в дверях снова схватил меня за руку.

— Вы должны знать, — сказал он, — что если бы вы не пришли сюда, я рано или поздно принёс бы вам эту книгу. Исходя из того, что я знаю о вас и о ваших оккультных занятиях, следует вывод, что именно вам следует доверить эту книгу. Я понимаю, что всего лишь намекнул вам на некоторые вещи и ничего не сказал, но больше я ничего не могу сделать. Вы должны прочитать эту книгу, тогда вы всё поймёте.

Положив руку на дверь, я на один роковой миг замешкался. В этот момент книга выскользнула из-под его руки, и человечек с жадностью прижал её ко мне, наполовину вытолкнув меня за дверь в сумерки приближающейся ночи; и вот я стою с этим тяжёлым фолиантом в руках, озадаченный, наполовину рассерженный, но всё же смеющий надеяться, что наконец-то обладаю чем-то важным. Усмехнувшись и пожав плечами, я направился домой.

2

Мои надежды более чем оправдались, как я вскоре установил, оказавшись в своём уединённом жилище. Книга с обложками, обшитыми металлом, была огромной — размером с большой гроссбух, и очень толстой. Переплёт из чёрной выцветшей ткани, незнакомой мне, и пожелтевшие страницы тоже оказались какой-то странной, упругой фактуры. Страницы были исписаны странными угловатыми символами, длинными, узкими и строго перпендикулярными. Я попытался найти ключевое слово или символ, но они отсутствовали, поэтому я уставился на страницы, задаваясь вопросом, как мне расшифровать их.