Реми Медьяр – Свид 24. Книга 1 (страница 99)

Бойцы бесновались, подходя к самому краю линии, что-то кричали, хватались за голову и снова отходили. Анри отвернулась, не могла смотреть на это. Уткнувшись лицом в плечо подруги, она всё также крепко сжимала её руку, почти до боли, но Мари терпела, она понимала, что сейчас это необходимо.

Стекло треснуло и осколки посыпали на испуганное лицо Мерсада. Ник остановился, склонился над ним и опустил лицевой щит. С такого расстояния никто не мог понять, что там происходит, но все замерли.

– Ты должен победить – тихо сказал он. Мерсад опешил, он был обездвижен, лицевой щит разбит, Нику нужен был лишь один удар и его голова размажется по задней стенке машины.

– Что? – проговорил, задыхаясь он.

– Если я выиграю, ты потеряешь авторитет и их всех убьют, понимаешь? – Ник показал глазами в сторону толпы пленных. Мерсад вдруг осознал, что за всей его злобой и ненавистью он совсем забыл о людях, о тех самых людях, которых он всё это время пытался уберечь от кровожадных бойцов, а Ник мало того, что бился на уровне, так ещё и помнил обо всем.

– Как? – с отчаянием сказал Мерсад. Ник скривил лицо, ему ещё надо было объяснять своему противника, как тот может его прикончить.

– Ноги, приподними меня ногами и выброси, потом сразу беги и долби о ту стену – Ник стал подниматься, затем замахнулся железной рукой, специально растягивая время. Бойцы Рауков с ужасом ждали развязки не в их пользу. Но неожиданно Мерсад зашевелился, в секунду сбросил себя Ника и тут же рванул в его сторону, тот почти успел подняться, но был схвачен крепкими руками Мерсада, который с силой швырнул его в стену. Толпа бойцов ревела от восторга. Пленные охали, женщины отворачивались, чтобы не видеть всего ужаса боя, но Анри больше не могла отвести взгляда, каждый удар Мерсада, словно бил её в самое сердце.

– Вот это пошла жара – весело проговорила Розалин – но что-то мне подсказывает, что не всё тут так просто – шепнула она Мари, но та её не поняла. Она уже не знала за кого переживать больше, за Мерсада, которого так желала или за Ника, который был ей уже настоящим другом. Только он никогда не был с ней связан какими-то любовными намеками, слащавыми комплиментами. Впервые Мари поймала себя на мысли, что у неё был друг мужчина, друг, который не видел её тела, не воспринимал её физически, но тем не менее защищал, словно брат или отец, которого у неё никогда не было.

Мерсад схватил Ника у самой стены и стал с силой ударять. Метал трещал по швам. Ник уже не сопротивлялся, хотя ранен и не был, но всякий раз, боль отдавалась в спину или голову, которая начала кружиться от количества ударов. Мерсад понимал, что нужно устроить шоу, он снова швырнул Раук Ника на землю и стал бить, слыша, как бойцы беснуются в состоянии эйфории. Он бил в щит, бил в стекло, без разбора, понимая, что каждый удар, может непоправимо сказаться на том, кто до последнего защищал своих близких, кто делал то, что не смог Мерсад сделать для своей семьи. Он не замечал, как слёзы градом лились из его глаз и продолжал бить.

Анри замерла, ей казалось, что Ник уже давно мертв, разом умерла её сестра, родители и все близкие люди из Туринии, мысли остановились, смысл жизни исчез. Она отпустила руку Мари, колени подкосились, и она села на мягкую, немного утоптанную траву. Плакать уже не могла, ей не хотелось ничего, лишь тихо умереть. Удары Мерсада о железо эхом доносились до её ушей пока не стихли.

Стекло разбилось, Мерсад увидел измученное лицо Ника, но тот через силу улыбнулся и что-то прошептал. Потом закрыл глаза. Ник ждал, что его убьют, знал, что будет больнее чем от расстрела, но всё же быстро. Он тихо проговорил:

– Прости, Анри – и Мерсад замер, потом медленно встал, не отрывая взгляда от словно спящего Ника, который улыбался в Рауке, как малыш в колыбели и ни о чем уже не беспокоился.

– Нет, не могу, не могу! – кричал он, но крики толпы заглушали его голос. Потом он схватился за щит Раука и вырвал его, выбросив в сторону. Мари отвернулась, она больше не могла смотреть на это. Розалин ждала развязки, ей было грустно, сама смерть её не радовала. Но неожиданно Мерсад протянул руку лежащему Нику. Толпа стихла.

– Эй, Ник – тот открыл глаза.

– Ты что делаешь, давай добивай, ты дебил нет? – негодовал он – мне ещё надо уговаривать тебя убить меня?

– Нет, я не буду тебя убивать, победа очевидна, но я не пойду на поводу у толпы, я не могу, пусть они хоть порвут меня на куски, но я не буду, а пока они будут рвать меня, вы успеете смыться. Дай руку это будет символический жест, который может их успокоит – Ник неуверенно вытащил руку из машины и протянул Рауку, тот мягко её обхватил и вытащил бойца из разбитого Раука. Мерсад включил общую рацию и начал говорить.

– В очередной раз мы показали свое превосходство над никирийцами в бою, но мы должны показать свое превосходство и в милосердии, которое свойственно только нашей саандорийской культуре – толпа съела наживку и заорала, Рауки стали палить в небо и огни словно салют разлетались в бесконечной синеве – а теперь, я думаю, нам стоит выпить, только тем кто не в смене – толпа ревела, пленные медленно стали уходить с поля, боясь, что беснующиеся люди кинутся на них. Мари и Розалин подхватили Анри под руки и потащили в корпус, та всё время закрывала уши и слышала лишь бешенные крики людей расценивая их как весть о смерти бойца Свидов.

Глава 16

За основными корпусами Свид 24 находилось бесчисленное количество ангаров. В первые дни Рауки облазили в них каждый уголок, но ничего интересного кроме медицинских принадлежностей, свалки металлома и пустых стен не обнаружили. У самого забора была выставлена пара бойцов для контроля территории, которые большую часть времени отсыпались, а потом начали выпивать, когда товарищи, после ночных вылазок в город, стали привозить ящики с алкоголем, которые группа бойцов договорилась прятать в одном из опустевших ангаров.

Ник шёл в пятый ангар, он уже неоднократно наблюдал, как делегация из пяти человек проходила сюда в течение последних трех дней, поэтому за каждым углом он выжидал и перемещался перебежками. Алкоголь его не интересовал, здесь было что-то куда более важное, чем винные бутылки. Тело ещё не отошло после боя, ему хотелось прилечь, но времени было в обрез. Уходя Мерсад шепнул ему, что завтра утром к шести часам, он выведет большую часть на проверку аэропорта, в котором на его удачу, было замечено движение, а значит у Ника оставалось не так много времени, чтобы подготовить побег. Но будучи достаточно смышлёным человеком, он уже в первый день захвата центр собрал в укромном уголке всех имевшихся бойцов Свидов и предложил план по выведению людей на другую сторону реки. Возражений он не встретил, все бойцы прекрасно понимали, что их ждало с приходом второй линии саандорийцев. Среди них, на его счастье, было достаточно опытных бойцов, которые понимали с чем имеют дело и знали, как сражаться на такой территории. Двоих новичков они решили поставить в сопровождение колонны, которая должна была начать двигаться в сторону моста в момент сражения. Остальные будут удерживать Рауки на территории центра до тех пора, пока колонна не выйдет на мост. Оставалась лишь одна проблема, даже в том случае если Мерсад уведет большую часть своих в город и им для возвращения в центр понадобиться не меньше полутора часов, так как аэропорт находился на окраине, здесь оставалось ещё около сотни бойцов второй смены. Ник понимал, что с их численностью в двенадцать человек задача была практически невыполнима, но иного варианта не было.

За неделю он смог довести до рабочего состояния четыре Свида в офисе Марка, пять стояли уже готовые к бою. Где можно было взять ещё три он не знал, поэтому начал рыскать в ангарах по ночам. К его удивлению, он обнаружил ещё шесть готовых Свидов последней модели, которые лежали в забитых коробах среди медицинского оборудования. Саандорийцы не ковыряли коробки так глубоко, и вскрыв пару сверху, нашли лишь шприцы и ватные тампоны, потеряв интерес, они не сунулись ниже. Зато Ник с его врождённым любопытством, зажав в зубах фонарик, вскрыл почти все коробки и нашёл то, что даже уже не надеялся найти. Но проверить их работоспособность так и не успел, а ждать до ночи не мог. Он воспользовался общей попойкой после поединка, в котором как все думали Ник позорно проиграл.

До ангара оставались какие-то десять метров, когда Ник хотел пробежать от угла до входа, но споткнулся о неожиданно выставленную ногу и смачно упал на землю. За спиной послышался знакомый смех:

– Куда спешим? – Ник обернулся, Розалин подошла к нему и протянула руку, чтобы помочь подняться.

– Ты прям ниндзя какой-то – удивлённо сказал он.

– А то, я тебя сразу заметила, как ты сюда ломанулся, мог бы быть поосторожнее, они в эту же сторону за бутылками бегают – она указала рукой на крайний ангар.

– Так я тоже, а ты думала, чего я такой веселый – усмехнулся он и двинулся в сторону пятого ангара, Розалин пошла следом.

– Может попробовать Свид Гарычева собрать? – говорила она на ходу.

– А тебе зачем, ты же вроде не хотела участвовать, остаешься? – Ник остановился и посмотрел на Розалин, та скривилась.

– Ну, я взвесила всё и как-то не хочется туда ехать, кто его знает, чем мне обернётся годовое отсутствие, а тут я точно знаю, что меня ждет. Неведение, не моя тема – она пожала плечами, и они зашли в ангар, плотно закрыв за собой двери.