Рэки Кавахара – Sword Art Online. Том 7. Розарий матери (страница 35)
Последнее воскресенье марта, два часа дня. Пешеходы на улицах улыбались, словно им не терпелось дождаться настоящей весны. Асуна бежала мимо них в сторону станции.
Как она проверяла расписание поездов, как ехала – она не помнила. Пришла в себя Асуна, уже когда выбегала с вокзала. В голове плескалась боль, как при мигрени, обрывки мыслей возникали и исчезали.
Девушка стиснула зубы, ее лицо исказилось.
Похоже, в регистратуре уже были предупреждены. Не успела Асуна раскрыть рот, чтобы объяснить свои намерения, как медсестра протянула ей пропуск и сказала поспешить на верхний этаж центрального блока.
Асуна нетерпеливо ждала, глядя на сменяющиеся номера этажей, и выскочила из лифта, едва его дверь открылась. Неуклюже приложив пропуск к сканеру следующей двери, она бросилась бегом, хоть и знала, что нарушает правила. Она мчалась по монотонно-белому коридору. Наконец последний поворот – и вот уже дверь в стерильную комнату, где спала Юки.
…Асуна могла лишь смотреть, распахнув глаза, на открывшуюся перед ней картину.
Две двери одна напротив другой – вход в комнату наблюдения. Дальше в глубине – стерильная комната. Асуна уже проходила через эти толстые двери; а сейчас они были распахнуты настежь. Пока она смотрела, кто-то из персонала в хирургическом халате подошел к ней.
Врач кивнул и прошептал: «Пожалуйста, поспеши». Этот голос будто подтолкнул Асуну; она на трясущихся ногах сделала несколько шагов вперед – и снова остановилась у внутренней двери.
Ее глазам открылась белая комната.
Машины, установленные здесь в большом количестве, были все отодвинуты к левой стене. Две медсестры и врач стояли вокруг гелевой кровати в середине комнаты и наблюдали за лежащим там хрупким тельцем. Все трое были в обычной белой одежде.
Увидев это, Асуна поняла – сделать уже ничего нельзя. Оставалось лишь стоять возле кровати и ждать наступления «этого момента». Все предрешено.
Доктор Курахаси поднял голову, увидел Асуну и жестом левой руки пригласил ее подойти ближе. Асуна, волоча непослушные ноги, вошла в комнату.
До гелевой кровати было всего несколько метров, но это расстояние казалось ей гигантским. Приближаясь шаг за шагом к жестокой реальности, Асуна добралась наконец до кровати.
Тощая девушка лежала на матрасе, укрытая до шеи белым одеялом. Маленькая грудь слегка приподнималась. Рядом стоял монитор ЭКГ, в его правом верхнем углу пульсировала зеленая кривая.
Медикубоид по-прежнему покрывал голову девушки, однако сейчас его квадратная туша была разделена надвое. Та часть, что располагалась от ушей и выше, была откинута на 90 градусов назад и уже не покрывала лица спящей девушки.
Впервые Асуна видела тело Юки в реальном мире. Девушка была такая хилая, такая худая, с такой бледной кожей, что сердце разрывалось. Лицо ее таило в себе какую-то таинственную красоту; Асуне даже показалось, что так бы выглядела пикси, если бы они существовали.
Какое-то время она молча смотрела на Юки. Потом доктор Курахаси прошептал:
– Слава богу… вы успели вовремя.
Не в силах осознать эти слова, что «она успела вовремя», Асуна подняла глаза на доктора, но его умные глаза смотрели из-за линз очков совершенно серьезно. Потом доктор продолжил:
– Сорок минут назад ее сердце остановилось. С помощью лекарств и дефибриллятора мы его снова запустили, но в следующий раз…
Асуна, едва дыша, попыталась продавить голос сквозь сжатые зубы. Однако осмысленной фразы произнести никак не удавалось.
– Почему… почему же… Юки, она еще…
Доктор кивнул, потом покачал головой.
– …По правде говоря, в январе, когда вы сюда пришли, она уже была в таком состоянии, что это могло случиться в любой момент. ВИЧ пожирает все; у нее был жар, и лимфома дала метастазы в центральную нервную систему; Юки-кун действительно была на грани смерти. Однако она сражалась еще целых три месяца – мы все поражены. Даже в безнадежной битве она продолжала держаться. Она действительно сделала все, что могла… нет – если мне будет позволено сказать…
Голос доктора задрожал.
– Для Юки-кун все эти пятнадцать лет были одной долгой битвой. И не только с ВИЧ… она еще боролась с холодной и жестокой действительностью. Тестирование Медикубоида, должно быть, принесло ей немало страданий. Но… Юки-кун ни разу не отступила. Без ее помощи, думаю, мы смогли бы нормально пользоваться Медикубоидом на год позже. Так что сейчас – лучше всего дать ей отдых…
Услышав слова доктора, Асуна молча обратилась к той Юки, что была в ее сердце.
И вдруг.
Голова Юки слегка шевельнулась. Тонкие веки задрожали и приподнялись. Глаза, которые, казалось, должны были потускнеть, сияли, глядя на Асуну.
Губы того же цвета, что и кожа, чуть дернулись; тонкая правая рука под одеялом задрожала и медленно-медленно потянулась к Асуне.
Доктор произнес:
– Асуна-сан… пожалуйста, возьмите ее за руку.
Он даже договорить не успел, а Асуна уже потянулась к Юки и обхватила ладонями ее руку, тонкую, как карандашный грифель. Ледяная ладонь вцепилась в пальцы Асуны, словно моля о чем-то.
На Асуну то ли озарение снизошло, то ли еще что – она поняла, что хотела сказать Юки.
Крепко сжав руку Юки, она подняла голову и спросила:
– Доктор… можно мы сейчас воспользуемся Медикубоидом?
– Ээ… это возможно, надо только включить питание… но… Юки-кун, наверное, хочет побыть вне машины…
– Нет, Юки хочет еще раз вернуться в тот мир. Я понимаю, что она сейчас чувствует. Пожалуйста… позвольте ей снова воспользоваться Медикубоидом!
Несколько секунд доктор смотрел Асуне в лицо и наконец согласился. Он отдал несколько распоряжений медсестрам и, взявшись за ручку на боку Медикубоида, накрыл им голову Юки.
– На его включение уйдет примерно минута… что вы будете делать?
– Я возьму Амусферу в соседней комнате!
С этими словами Асуна еще крепче сжала руку Юки и опустила рядом с хрупким телом. «Дождись меня, я скоро», – прошептав эти слова, она встала и отошла от кровати.
Буквально вылетев из стерильной комнаты, она очутилась в комнате наблюдения. Открыла соседнюю дверь, запрыгнула в одно из двух кресел и надела висевшую на подлокотнике Амусферу. Включив питание, она стала ждать, пока пройдет загрузка, но сердце ее было уже на той стороне.
Очнувшись в лесном домике, Асуна выпрыгнула в окно, как и в предыдущий раз, когда она ныряла из больницы, и полетела к жилой зоне уровня. На лету она открыла окно и отправила сообщения Лизбет, Сиуне и остальным – она заранее сказала им всем быть онлайн, на всякий случай.
К порталу, потом мгновенно в Панарезе. Едва очутившись в городе возле озера, она помчалась к знакомому островку. Разумеется, целью ее было большое дерево, под которым они с Юки встретились впервые.
В Айнкраде сейчас был вечер. Закатные лучи, проникающие снаружи, окрасили гладь озера в золотые тона. Это золотое сияние словно вело Асуну к островку; долетев, Асуна тут же приземлилась на мягкую почву лужайки.
Искать среди деревьев не пришлось. Юки стояла там, где они с Асуной сражались при их первой встрече. События того дня были, казалось, давным-давно. Длинные черно-фиолетовые волосы, от которых исходило какое-то холодное ощущение, колыхались на ветру. Девушка-имп медленно обернулась.
Увидев приближающуюся Асуну, Юки тотчас улыбнулась, и Асуна улыбнулась в ответ.
– …Спасибо, Асуна. Я забыла кое-что важное. Я должна тебе кое-что вернуть, поэтому мне обязательно надо было встретиться здесь с тобой.
Голос ее звучал энергично, как всегда, только чуть-чуть дрожал. Асуна чувствовала, что Юки напрягала все силы, чтобы просто говорить.
Однако Асуна, подойдя к Юки, переспросила таким же бодрым тоном:
– Что ты хотела мне передать?
– Ээ… сейчас сделаю. Подожди чуть-чуть.
Юки улыбнулась и, вызвав окно меню, быстро что-то там сделала. Когда окно исчезло, она с лязгом извлекла из ножен на поясе меч.
Обсидиановый клинок Юки в закатном свете пламенел. Поместив меч перед собой, Юки нацелила его на толстый древесный ствол. Так она стояла, пытаясь прийти в полную неподвижность, точно вкладывая в кончик меча весь остаток своих сил.
Лицо Юки исказилось от боли. Грудь и плечи чуть качались, но расставленные ноги отчаянно пытались удержать тело.
Больше всего Асуне хотелось сказать Юки, чтобы она не напрягалась так, но она закусила губу и ждала. Внезапно по поляне прошелся порыв ветра. И, как только он стих, Юки пришла в движение.
– ЙЯАА!!!
Одновременно с этим внезапным выкриком правая рука Юки метнулась вперед. Острие меча оставило на стволе дерева пять отметин, идущих наискосок влево-вниз; невооруженным глазом за этим движением даже уследить было нельзя. Юки отвела меч назад, и к пяти отметинам добавились еще пять – наискосок вправо-вниз. С каждым выпадом ствол издавал неестественно громкий звук, и все громадное дерево содрогалось. Если бы деревья были разрушаемыми объектами, оно бы уже развалилось надвое.
Нанеся десять ударов, Юки, напрягая остаток сил, отвела меч и сделала последний выпад – в центр, где пересекались отметины. Все вокруг озарилось вспышкой сине-фиолетового света, трава под ногами полегла, словно ее отбросило что-то.