Рэки Кавахара – Sword Art Online. Том 18. Алисизация. Непрерывность (страница 37)

Но, увы, они не получили назад сломанное и отобранное в бою снаряжение. Разумеется, речь шла о редких предметах, которые невозможно просто так добыть, поэтому Лизбет и остальные вовсю вели переговоры с администраторами VRMMO о возможности восстановить данные.

Практически все компании придерживаются позиции, что потеря предметов после конвертации — вина самих игроков. Однако Хига из «Рэс» уже подтвердил, что если на сервере Андерворлда остались данные, их можно вернуть. Но он, кажется, ждёт восстановления связи…

— Ясно… Скорее всего, Хига что-нибудь придумает. А что там… насчёт китайских и корейских игроков?

— Всё очень сложно. — Лизбет ещё больше помрачнела. — Всё-таки это было ужасное побоище… Но есть мнение, что мы сами отчасти виноваты, ведь Япония запрещает иностранцам подключаться к кластеру «Семени». Поэтому сейчас идут переговоры об открытии ALO, что даст возможность для общения. Вроде бы мы сегодня как раз собирались обсудить этот вопрос.

— Очень хорошо. Стены всегда отдаляют людей друг от друга, — ответил я, невольно задумываясь о неприступном Краевом хребте Андерворлда, который сотни лет разделял мир людей и мир тьмы.

Полюбовавшись покрытым дымкой горизонтом Альвхейма, я перевёл взгляд на корни Иггдрасиля. Игроки постепенно заходили под купол через распахнутые мраморные ворота.

— Ладно, давайте пойдём, — предложил я товарищам, сделал первый шаг…

И вдруг увидел перед глазами сообщение о входящем голосовом вызове — причём не из ALO, а снаружи.

— А, мне звонят. Идите без меня.

Асуна кивнула и пошла вместе с остальными. Я отошёл от толпы в другую сторону и щёлкнул по кнопке начала разговора:

— Алло?

— Кирито, — раздался в ответ знакомый голос. — Это я, Алиса.

— Алиса! Ох, как давно я тебя не видел. Кажется, ты собиралась посетить сегодняшнюю встречу в Альвхейме…

— Я… Прости. Я сейчас на вечеринке, и она все никак не заканчивается. Передай остальным мои извинения.

— Ясно…

Я кивнул и нахмурился.

Будучи первым универсальным искусственным интеллектом, Алиса вынуждена ежедневно появляться на всевозможных мероприятиях и вечеринках, чтобы произвести впечатление на жителей реального мира. Профессор Кодзиро тоже извинялась за её плотный график. Сама Алиса понимала, что по-другому нельзя, но гордому рыцарю вряд ли было легко смириться с тем, что её считают аттракционом.

— Хорошо, я обязательно им передам. Алиса, не мучай себя. Если не хочешь этим заниматься, так и скажи.

— Я рыцарь, я исполню свой долг, каким бы он ни был.

Но что бы она ни заявляла, её голос был уже не таким звонким, как раньше. Увы, прямо сейчас я почти ничем не мог ей помочь.

— Ладно, Кирито… До скорого.

— Ага… Пока, — ответил я, ожидая, что Алиса сама закончит вызов.

Но после молчания я услышал тихий голос:

— Кирито… я… гнию здесь заживо.

Не успел я ответить, как звонок завершился.

Часть 6

Хига колебался битый час.

На его коленях лежала старая клавиатура, и он никак не мог решиться нажать на стёртую кнопку Enter.

Комната на тринадцать квадратов квартиры в восточной Готанде была доверху завалена компьютерным железом, копившимся ещё с университетских времён. Древний кондиционер не мог справиться с жарой и духотой, возникавшими из-за работы кремниевого барахла, Хига не включал свет, чтобы хотя бы лампы не усугубляли жару, поэтому темноту рассеивало лишь мерцание красных, зелёных и синих светодиодов.

Хига сидел на низком стуле, подобрав под себя ноги. Напротив него тускло светился поставленный на котацу[15] тридцатидвухдюймовый монитор. На экране ничего не двигалось. Было открыто одно окно, но и оно показывало серую пустоту.

Хига вздохнул в очередной раз и откинулся на спинку стула. Скрипнул ржавый каркас.

Он сказал остальным сотрудникам «Рэс», что забежит домой переодеться, поэтому через полчаса должен был вернуться в Роппонги. После признания полковника Кикуоки умершим профессор Кодзиро взяла на себя управление компанией, а Хига превратился в фактического руководителя проекта «Алисизация.

Но если хоть одна живая душа узнает, что Хига воспользовался своим положением, чтобы тайком унести домой кое-какой предмет, ему однозначно объявят выговор… и выгонят взашей.

Предмет этот лежал справа на котацу, подключённый к сложному самодельному прибору, состоявшему из каркаса подставки и мешанины проводов. Это, несомненно, было самое дорогое и продвинутое устройство во всей комнате — единственный переходник для лайткуба за пределами «Оушн Тёртл» и механического тела Алисы.

Прямо сейчас в нём находился шестисантиметровый металлический куб.

— Ну не должно же получиться, да? — пробормотал Хига, глядя на холодный блеск куба и сгибая зависший над кнопкой «энтер» палец, — Очевидно он немедленно разрушится, как это было с копиями меня и Кикусана. Лайткуб с человеческой душой не может смириться с мыслью о том, что он копия. Даже… даже если это копия…

Не договорив, Хига вдохнул и задержал дыхание. Он вновь выпрямил палец и нажал на Enter. Запустилась программа. Внутри огромного системного блока загудели вентиляторы. В середине пустого окна на мониторе появилось колечко радужной ряби, похожее на новорождённую звезду. Бесчисленные всполохи прорезали тьму. Дрожь, флуктуация, свет.

Наконец из стереодинамиков рядом с монитором послышался знакомый тихий голос:

— Это, должно быть, ты, Хига?

— Да… это я, — сглотнув, ответил программист.

— Ты не стёр меня… Вернее, ты снял копию, да?

— Как… как я мог тебя стереть?! — приглушённо воскликнул Хига, словно оправдываясь за свои действия. — Ты первый в мире флактлайт, проживший двести с лишним лет! Более того, ты величайший долгожитель в истории человечества! Ты же понимаешь, что я не могу стереть тебя, Кирито?!

Прокричав имя собеседника, Хига ощутил, что его ладони стали мокрыми от пота. В верхней части окна неумолимо работал счётчик секунд, прошедших с момента запуска программы. Тридцать две… тридцать три…

Кадзуто Киригая, проживший в Андерворлде все двести лет фазы максимального ускорения, теперь знает, что он всего лишь копия, снятая после пробуждения. Во всех предыдущих экспериментах копии, осознавая сущность, теряли самообладание, впадали в безумие и, истошно вопя, разрушались.

Хига стиснул зубы в ожидании ответа. Прошло несколько секунд.

— Я догадывался, что это случится… — послышался спокойный шёпот, — Хига, ты скопировал только мой флактлайт?

— А… да. Мне пришлось работать тайком, стирая воспоминания. Если бы я скопировал больше одного флактлайта, Кикуока и Кодзиро заподозрили бы неладное.

— Ясно… Копия внутри лайткуба немного помолчала и продолжила всё тем же спокойным голосом: — Однажды мы с королевой… то есть с Асуной, уже обсуждали, как быть в такой ситуации. Она сказала, что, если ее скопируют одну, она попросит, чтобы её немедленно стерли. Если обоих — то мы попытаемся помирить Реалворлд и Андерворлд, хотя вряд ли еще долго протянем…

— А если, тебя одного? Что тогда? — с замиранием сердца спросил Хига.

И услышал ответ, который потряс его до глубины души:

— Я решил, что в таком случае буду сражаться только за Андерворлд. В конце концов, я защитник того мира.

— Сражаться?..

— Я правильно понимаю, что Андерворлд находится в крайне опасном положении?

— Да… Это так…

— Как ни прискорбно, он практически бессилен перед Реалворлдом. Электричество, железо, техобслуживание, Сеть — Андерворлд вынужден полагаться на людей Реалворлда для поддержания собственной инфраструктуры. В долгосрочной перспективе это угроза для мира.

Счётчик показывал уже две с лишним минуты, однако копия продолжала говорить спокойным голосом и не собиралась разрушаться.

Хига выпрямил спину и неуверенно возразил:

— Но с этим ничего нельзя сделать. Ядро Андерворлда — кластер лайткубов — невозможно вынести с «Оушн Тертл», а судно находится под полным контролем государства. Если правительство захочет, кластер уже завтра могут обесточить и сбросить в начальное состояние…

— На сколько хватит топлива в ядерном реакторе? — раздался в ответ неожиданный вопрос.

— Э-э… — Хига моргнул. — На платформе установлен водо-водяной ядерный реактор от подлодки… Если он будет питать только кластер, его хватит на четыре-пять лет. — И он всё это время сможет работать без дозаправки? То есть если не допустить вмешательства извне, Андерворлд будет жить дальше?

— Ч-что значит «не допустить»? На «Оушн Тёртл» нет никаких средств защиты…

— Я уже сказал, что буду сражаться, — ответил тихий, спокойный, но убийственный, словно клинок, голос.

— Сра… жаться? Но спутниковая связь отключена, мы не можем даже выйти на связь с «Оушн Тертл»…

— Канал связи есть. Его не может не быть.

— Где?! — Хига подался вперёд и услышал очередной неожиданный ответ: