Рэки Кавахара – Accel World 23: Признание Черноснежки (страница 7)
«Семпай, ощути этот поток», — мысленно обратился он к Черноснежке.
«Хорошо», — раздался в ответ немного неуверенный голос. — «Вот так?»
«Да, а теперь сосредоточься… Пора!»
Воскликнув, Харуюки синхронизировал свой разум с ускоряющимся потоком света. Фоновый шум «Святой земли» стих, мир перед глазами залила белизна…
И их разум вознёсся ещё выше под звук повторного ускорения.
Глава 3
— Слуга, ты уверен, что сюда стоило приводить Лотос?
Именно такими словами архангел Метатрон встретила Харуюки и Черноснежку, когда они оказались на высшем уровне.
— А?.. В смысле? — переспросил Харуюки, не понимая, что в этом плохого.
Судя по прекрасному лицу архангела, которая как всегда стояла с закрытыми глазами, недогадливость Харуюки слегка разочаровала её.
— Разве ты забыл, о чём говорил, когда приходил сюда с Рейкер? Ты сказал, что Лотос наверняка захочет добраться сюда сама, без моей помощи.
— А… да, точно…
— Впрочем, это всё равно невозможно. Я уже говорила и готова повторить: за всю историю BB2039 ещё ни одному воину не удалось добраться до высшего уровня без помощи существ.
Харуюки слушал слова Метатрон, боязливо поглядывая на Черноснежку.
Королева стояла спиной к Харуюки на небольшом расстоянии от них и неотрывно смотрела на звёздное море под своими ногами.
Огоньки далеко внизу на самом деле были метками социальных камер реального мира — правда, Метатрон называла их «узлами» — а все вместе они складывались в подробную карту Токио. Аватары Харуюки и Черноснежки тоже состояли из крошечных нематериальных огоньков — именно поэтому на этом поле не работали никакие атаки.
Харуюки ускорил Черноснежку и подключил к этому миру, ничего заранее не объяснив. Что она сейчас чувствует, о чём думает? Харуюки долго ждал, затаив дыхание, пока не услышал тихий шёпот:
— Значит, вот он какой, высший уровень… истинный облик Ускоренного Мира.
В её словах было гораздо меньше волнения, чем ожидал Харуюки, так что он решил воспользоваться моментом и извиниться:
— А-а, семпай, прости меня… я притащил тебя сюда, ничего не объяснив.
— Тебе не за что извиняться, — Черноснежка медленно развернулась и развела руками. — После ваших с Рейкер рассказов мне тоже захотелось побывать здесь. Правда, я не думала, что это случится именно сегодня.
— Тогда почему ты не попросила слугу раньше? Ты могла прийти в любое время, — спросила, недоумевая, Метатрон.
— Ну, как сказать… — Черноснежка опустила руки и пожала плечами. — Возможно, я просто немного испугалась. Я живу ради того, чтобы получить десятый уровень, захватить запечатанный в Имперском Замке последний Артефакт и узнать правду об этом мире, но… не знала, что подумаю, когда увижу Ускоренный Мир с высоты…
— И как?.. Что ты подумала?.. — робко спросил Харуюки, и Черноснежка ответила лаконично:
— Он огромный.
— И… и это всё?
— Что, тебя не устроил мой ответ?
— Нет-нет, дело не в этом, просто…
— Вообще, я тоже удивилась своей реакции. Я ожидала, что либо буду потрясена и сбита с толку размерами Ускоренного Мира, либо разочаруюсь в нём, сказав: «И это всё?», но сейчас у меня нет никаких других мыслей, кроме: «Он огромный». Интересно, почему так?.. — пробормотала Черноснежка.
Затем к ней обратилась Метатрон:
— Лотос. Я думаю, дело в том, что сам по себе мир, то есть сосуд, тебя не интересует.
— Хм? По-моему, ты ошибаешься.
— Просто я и сама так думаю. Этот мир огромный и глубокий, но… это всего лишь сосуд — шкатулка, созданная кем-то с определённой целью. Как и мы, существа… Поэтому я хочу знать, в чём смысл нашей жизни и жизни этого мира.
Когда архангел высказалась, Чёрная Королева пару секунд молча смотрела ей в лицо. Наконец, её аватар коротко кивнул.
— Да, ты права. Я тоже хочу узнать, для чего был создан Брейн Бёрст, ради чего сражаются бёрст линкеры… и что лежит в основе этого мира. Я всегда считала, что должно быть что-то ещё, что дуэльные аватары и человеческие тела — лишь оболочки, вне которых должно быть что-то, чего никто ещё не видел…
Черноснежка не столько говорила, сколько посылала свои мысли прямо в голову Харуюки.
Он вытаращил глаза, ведь слова показались ему знакомыми. Именно об этом Черноснежка говорила по кабельному соединению за дальним столиком в одном кафе в Коэндзи вскоре после передачи программы.
Черноснежка не изменилась. За девять месяцев, прошедших с того разговора, произошло множество важнейших событий и перемен, но затаённое в глубине души желание Черноснежки осталось тем же самым.
В тот раз Харуюки ответил ей, что считает дураками всех, кто лишь бездумно бродит по миру игры и не стремится пройти её до конца. Он предположил, что раз у аватаров есть предельный уровень, то к нему нужно стремиться, ведь Брейн Бёрст наверняка ради этого и создан.
Харуюки положил правую руку на грудь своего бесплотного аватара и обратился сам к себе:
«Мои чувства тоже не изменились. Я по-прежнему хочу пройти игру вместе с Черноснежкой и увидеть то, о чём она говорит. Поэтому…»
— Мы пройдём этот путь вместе, семпай, — сказал он вслух, подошёл к своей Королеве и коснулся её правой руки.
Конечно, он не ощутил прикосновения, но пальцы почувствовали слабое тепло.
— Мы дойдём до самого края… то есть, сердца мира. Ты, я, Метатрон и весь наш Легион.
— Да, ты прав…
Черноснежка улыбнулась — правда, Харуюки мог судить о выражении её лица только по глазам-линзам Блэк Лотос — и заговорила чуть громче, меняя тему:
— Ну что же. Я не думаю, что ты притащил меня сюда лишь затем, чтобы я полюбовалась на мир. Чего же ты хотел?
— А… ах да. Э-э… — Харуюки отступил на шаг и повернулся к архангелу. — Как тебе Аэрохижина, Метатрон? — спросил он, решив начать издалека.
Метатрон слегка насупила тонкие брови, но ответила спокойным голосом:
— Она меня более-менее устраивает. Конечно, её глупо сравнивать с моей крепостью, но мне и правда лучше побыть в этом доме, пока мои раны не зажили. Не хочу столкнуться с безрассудными воинами, которым может взбрести в голову напасть на меня.
— П-понятно… И как твои раны? Ты уже восстановилась после битвы с Белым Легионом?
— Мне кажется, этот вопрос стоило задать в самую первую очередь, слуга.
Метатрон вытянула руку и легонько щёлкнула Харуюки по шлему — почему-то он даже на высшем уровне продолжал ощущать прикосновения архангела, когда той приходило в голову его немножко проучить.
— Во время битвы с Бронёй Бедствия 2 я растеряла всю составляющую меня информацию, за исключением ядра. Восстановить её крайне нелегко, но благодаря Аэрохижине Рейкер я могу отключить все чувства, кроме связи с тобой, и всецело сосредоточиться на восстановлении. В настоящее время реконструкция завершена на 78,3 процента. Это значит, что я восстановлюсь спустя примерно десять лет сна по времени этого мира.
— Десять лет?! — ошарашенно воскликнул Харуюки, и Метатрон устало вздохнула.
— Для меня это сущая мелочь. В конце концов, в пересчёте на время низшего уровня это меньше трёх дней, не так ли?
— Ну-у, это, конечно, так…
Хотя Харуюки и согласился с Метатрон, новость его не обрадовала. Если до конца лечения на них нападёт очередной невообразимо сильный враг уровня Брони 2, Метатрон вновь придётся преждевременно израсходовать силы.
Из-за этого Харуюки чуть было не передумал обращаться к Метатрон с просьбой, но, как ни крути, нынешнее дело не терпело никаких отлагательств. Поэтому Харуюки собрал в кулак всю решимость и перешёл к сути:
— Метатрон, я обратился к тебе потому, что хочу ещё раз поговорить с Аматерасу. Если точнее, с её подругой Роуз Миледи, но Аматерасу — мой единственный способ связи с ней…
От этих слов вздрогнула даже Черноснежка, не говоря уже о Метатрон.
— Теперь понятно… Слуга, твоя просьба имеет какое-то отношение к инциденту на среднем уровне?
— К-какому инциденту?..
— Его не назвать масштабным, но такого за всю историю Ускоренного Мира ещё не было. Бог Солнца Инти, который всегда бесцельно катался по среднему уровню, вдруг остановился возле зоны 00… то есть, Имперского Замка. Я заметила это только сейчас, сразу после того как откликнулась на твою просьбу и перенесла вас на высший уровень. На моей памяти это перекати-поле никогда не подкатывалось так близко к Замку.
— Перекати-поле?.. Метатрон, ты недолюбливаешь Инти?