Рэки Кавахара – Accel World 14: Архангел неистового света (страница 31)
Сто семьдесят пять градусов.
Отражённый лазер коснулся прозрачной головы Метатрона.
Очертания фигуры стали чуть ярче, но больше ничего не произошло. Огромный Энеми продолжал испускать лазер. А Харуюки продолжал выпрямлять руки, доверяя как своим друзьям, так и таинственному голосу. Его локти уже полностью выпрямились. Вслед за ними он вытянул ладони, затем пальцы, направляя луч в ту точку, которая его порождала…
Сто восемьдесят градусов.
Что-то случилось.
Первые впечатления можно описать лишь этой фразой. Ни взрыва, ни грохота, одно лишь ощущение того, что лазер, который должен был пройти сквозь Энеми, во что-то попал. Столб света начал постепенно слабеть. Постепенно начало отступать отталкивающее аватара давление. Оно всё слабело и слабело… и, наконец, пропало.
Когда он пришёл в чувство, то заметил, что пропал и тот белый свет, что закрывал собой мир, и вибрирующий звук. Остались лишь далёкие звуки падающих на землю обломков разрубленного пополам Мидтаун Тауэра.
Нет. Был ещё один странный скрипучий звук, похожий на быстрое таяние ледяной глыбы. Скрип становился всё громче, наполняя атмосферу неприятным предчувствием. Судя по всему, слышал его не только Харуюки, поскольку стоящие за ним десять аватаров хоть и не дрогнули, но явно вслушивались.
В голове стоящего столбом Харуюки вновь послышался тот самый голос:
А затем послышался сухой грохот, словно звук команды «бёрст линк» раздался по всему уровню… или сам уровень только что разорвало в клочья.
И тогда Харуюки увидел, как в пятидесяти метрах от него раскололось пространство, и из него появилась фигура.
Первым, что он увидел — расправленные крылья. Но не крылья хищной птицы, и не чешуйчатые крылья Кроу. Каждое крыло составлено из ряда сложных полотен и такое огромное, что размах крыльев фигуры, пожалуй, даже больше ширины Мидтаун Тауэра. Кроме того, с каждой стороны крыльев по два, а всего — четыре.
Тело же, находящееся под крыльями, состоит из бесчисленных белых колец. Из нижней части туловища растут около дюжины похожих на трубы ног.
Голова его — огромный шар диаметром в семь-восемь метров. Она сама по себе могла потягаться по размерам с некоторыми Энеми Звериного класса. Поверхность шара расписана паутиной дуг, которые сходились в одной центральной точке, но на месте этой точки располагался чёрный провал. Скорее всего, это и есть тот самый орган, с помощью которого он испускал «Трисагион».
Сверху голову венчала корона, похожая на платиновое кольцо. Из самого центра головы же тянулся вверх странной формы рог. Остальные детали этого странного силуэта с такого расстояния не разглядеть.
Когда Харуюки переварил всю эту информацию, Черноснежка, державшая его с правой стороны, выпрямилась. Тихим, но очень напряжённым голосом, она заявила:
— Сомнений быть не может. Это и есть Энеми Легендарного класса Архангел Метатрон.
После этих слов остальные девять бёрст линкеров медленно отпрянули от Харуюки. Наконец, Харуюки опустил вытянутые руки. Вновь послышался шёпот Черноснежки:
— Мажента Сизза. Ты не будешь против, если мы отложим нашу битву? Нам нужно победить его.
Мажента отозвалась негромким голосом:
— Почему вы не хотите сбежать? По-моему, у вас ещё есть возможность сделать это.
— Если мы сейчас сбежим, то усилия Кроу будут напрасны. Второго такого шанса у нас не будет — у этого монстра больше нет лазера, его сильнейшего оружия, и он лишился своей неуязвимости. Если ты того желаешь — мы сразимся с тобой вновь, но после победы над Метатроном.
— … — после небольшой паузы Мажента сказала: — Вижу, слухи о твоей гордыне не преувеличены. Но… прямо сейчас она меня не раздражает. Сразимся в другой раз. Аво… идём.
Мажента развернулась. И к её груди, и к груди медленно поднимающегося с земли Авокадо всё ещё крепились полуживые ISS комплекты. А значит, лазер не задел тело комплекта, и оно до сих пор активно.
Харуюки не понимал, как именно им удаётся сопротивляться влиянию комплектов, но одно он знал совершенно точно. Ни Мажента Сизза, ни Авокадо Авойдер не отбросили свою гордость бёрст линкеров.
Провожая уходящую на север Маженту, Харуюки всё же смог бросить ей вдогонку:
— А-а, Мажента, спасибо тебе. Если бы ты не поддержала меня в тот момент, меня бы испепелило.
— …Взаимно. Благодарю за то, что ты спас моих товарищей.
Нижние части уходящих аватаров обуглились от магмы.
Мажента должна понимать, что команда Харуюки собиралась сразиться с Метатроном, чтобы проникнуть внутрь Мидтаун Тауэра и уничтожить тело ISS комплекта. И что если им удастся это сделать, то погибнут все терминалы, которые дают силу ей и её товарищам.
Когда Харуюки провожал их взглядом, в его груди пылали чувства, которые он не мог выразить словами. Однако взгляд его продлился недолго. Земля поля в очередной раз тяжело содрогнулась.
Обернувшись, он увидел, что Метатрон, видимо, оправившийся от уничтожения своего лазера, вновь начал движение. Харуюки не видел его глаз, но отчётливо ощущал на себе пристальный взгляд и механическое желание уничтожить тех, кто посмел вторгнуться на его ареал.
— Вот он — момент истины нашей миссии, — торжественно объявила Черноснежка, совершенно не показывая голосом усталости. — Пусть Метатрон больше не может использовать лазер, но он всё ещё крайне опасный противник. И всё же мы должны победить его. Решимость и воля Кроу позволили ему выполнить сложнейшее задание, и нам нельзя разочаровывать его…
— Потому что иначе грош нам цена как бёрст линкерам! — тут же бодро подхватила Нико. Вслед за этим она сжала правый кулак и выбросила его в сторону начавшего медленно двигаться вперёд Метатрона. — Я просто сгораю от нетерпения — ребята с ISS комплектами оказались жутко упорными. Если вы хотите, чтобы ваш Легион воспринимали всерьёз, сейчас вам нужно выложиться по полной! Слышали?.. Нужно порвать этого гиганта в клочья!
Неожиданно решившую выступить вместо Чёрной Королевы Нико поддержала Утай:
— В клочья!
А в ответ на голоса двух красных аватаров, успевших за сегодня крепко сдружиться, остальные семеро бодро откликнулись «да!» (и только Черноснежка немного не попала в хор).
Глава 7
Во время обсуждения на Старой Токийской Башне они сошлись на следующей тактике битвы с Архангелом Метатроном: все силы должны быть направлены на уклонение, а пока Харуюки отражает лазер, остальные аватары должны проникнуть внутрь Мидтаун Тауэра.
Но поскольку Метатрон опустился на землю, тактику необходимо серьёзно изменить. Трудно представить, что Энеми отстал бы от них, если бы они добежали до башни, а если внутри неё ждут в засаде войска противников, то они и вовсе могут оказаться зажаты между ними и Метатроном.
Ещё одним непредвиденным, но благоприятным обстоятельством стало то, что сильнейшее орудие Метатрона — его сверхмощный лазер — вышло из строя, а кроме того, он потерял прозрачность, придающую ему неуязвимость ко всем атакам. Именно эти факторы делали битву с Метатроном невозможной на всех уровнях кроме Ада. Конечно, силу Энеми Легендарного класса и теперь нельзя недооценивать, но, по крайней мере, он должен стать куда менее грозным по сравнению с Энеми Ультра класса, сторожившими вход в Имперский Замок.
А главное — победа над Метатроном означала бы, что в следующий раз он воскреснет на своей истинной территории — в самом конце подземелья сада Сиба. Они до сих пор не знали, кто и как передвинул его на крышу Мидтаун Тауэра, но вряд ли ему удалось бы так просто повторить этот трюк. Другими словами, даже если с уничтожением тела ISS комплекта возникнут проблемы, по крайней мере Тауэр на какое-то время останется без защиты.
Именно поэтому девять аватаров полнились решимостью вызвать Архангела Метатрона на бой.
Однако спустя две с половиной минуты с момента начала битвы…
Команда Харуюки начала отчётливо понимать, что сильно недооценила своего противника.
— Атака крыльями! Готовьтесь уклоняться! — скомандовала Черноснежка.
Передовой отряд, состоявший из Харуюки, Такуму, Фуко и Пард, резко отпрыгнул назад и посмотрел наверх. Метатрон широко расправил все четыре крыла, каждое из которых состояло из двенадцати сегментов. Сегменты вспыхнули голубым светом, а в следующее мгновение метнулись к земле со скоростью молнии.
Каждый сегмент шириной около метра, но тонкий, словно бумага, и ему ничего не стоит разрубить броню аватара. Отряд Харуюки отчаянно вглядывался в летящие по случайным траекториям сегменты, старательно уворачиваясь от них. Промахнувшиеся голубые клинки глубоко вонзались в землю.
Когда Харуюки уже показалось, что ему удалось увернуться от атаки, сзади послышался крик:
— Кроу, берегись!
В следующее мгновение он услышал сильный удар, но урона практически не получил.
Обернувшись, он увидел, что прямо за его спиной стоял Циан Пайл со вскинутой правой рукой. Острый сегмент крыла пробил крепкую броню его Усиливающего Снаряжения и проник в тело аватара. Он уже много раз использовал свой фирменный Сваебой для защиты от атак Метатрона, а с учётом тех повреждений, что оно получило во время использования Инкарнационного Цианового Клинка, Снаряжение выглядело далеко не лучшим образом. Но оно всё ещё оставалось целым, а кол хоть и стал весь изрезан, но всё так же сверкал.