Рэки Кавахара – Accel World 14: Архангел неистового света (страница 21)

— Да. Даже у Энеми Легендарного класса запас энергии не может быть бесконечным. Если он будет атаковать много раз подряд, то когда-нибудь она должна закончиться… что скажешь, Ворон-сан?

Взгляды всех аватаров собрались на Харуюки. Тот поднял голову и медленно покачал ей.

— Нет… боюсь, это не сработает. Я увидел лазер Метатрона после того, как Паунд специально спровоцировал его. Я правильно понимаю, что если сбить Ракетный Кулак в воздухе, аватар будет безруким, пока не покинет поле?

Подождав, пока Фуко кивнёт, он продолжил:

— В таком случае у Паунда должны были быть причины, по которым он не метнул камень. Скорее всего, Метатрон реагирует на приближение либо дуэльного аватара, либо какой-либо его части…

— Хм, ясно… какая примерно задержка между обнаружением нарушителя и выстрелом лазера? — спросила уже Черноснежка, заставив Харуюки вспомнить события десятидневной давности.

— Э-э, Ракетный Кулак сначала перелетел через дорогу, затем приблизился к Мидтаун Тауэру… затем на вершине башни сдвинулось что-то прозрачное, расправило огромные крылья, потом сверкнуло ими… и в следующий момент выпустило лазер. От реакции до залпа прошло… где-то в районе двух секунд…

— Две секунды?.. За такое время последние двести метров до башни не пробежишь… — сказала Черноснежка, и все аватары кивнули.

Если бы башню штурмовали Харуюки и Фуко, они могли бы попробовать добраться до неё, передвигаясь на максимальной скорости. Но никто не знал, что ждёт смельчака, отважившегося вторгнуться в Тауэр. Общество Исследования Ускорения действовало очень предусмотрительно, и трудно поверить в то, что они доверят охрану тела ISS комплекта одному лишь Метатрону. Поскольку он вряд ли стал бы их единственным врагом, пытаться штурмовать башню столь малыми силами слишком опасно.

Ещё совсем недавно Харуюки вполне смог бы глупо и безрассудно предложить отправить себя одного. Но этот месяц, проведённый в тяжёлых битвах, научил его тому, что бывают как времена, когда нужно сражаться в одиночку, так и времена, когда нужно полагаться на друзей.

Поэтому, когда Харуюки вышел в центр круга аватаров, он спокойным голосом произнёс:

— Не беспокойтесь… я буду защищать вас от лазеров Метатрона, пока все вы не доберётесь до Тауэра.

В ответ на это восемь аватаров какое-то время молча смотрели на него, не показывая никаких эмоций.

А когда Харуюки уже задумался над тем, не сморозил ли он очередную глупость…

— От всего сердца желаю тебе удачи, Ку-сан, — послышались слова Утай, а затем к ней подключились и остальные:

— Удачи, Хару!

— Мы все рассчитываем на тебя!

— Надеюсь, ты справишься.

— Уверена, у тебя получится!

— GL.

— Я верю в тебя, Ворон-сан.

Наконец, Черноснежка кивнула и сказала:

— Мне жаль, что нам приходится просить тебя о таком большом одолжении сразу после битвы с Сэйрю, Кроу… но я верю, что именно твои крылья откроют будущее Нега Небьюласа и всего Ускоренного Мира. Прошу тебя — поделись с нами силой, чтобы мы смогли уничтожить тело ISS комплекта, развеять тьму, что нависла над Ускоренным Миром… и спасти нашего дорогого друга.

С ответом на эти слова Харуюки не сомневался ни секунды:

— Моя сила всегда была твоей, Чёрная Королева. Дай мне приказ, и я полечу хоть на край света.

— Хорошо. Раз так…

Черноснежка подошла к Харуюки, а затем протянула правый клинок. Острие окутал мягкий Оверрей… а затем лезвие беззвучно разделилось, превратившись в пальцы. Аватары, за исключением Харуюки, дружно ахнули. Следующими словами Черноснежки стал не приказ, а мягкое обращение:

— Давай сражаться вместе.

— …Да!

Харуюки кивнул и мягко пожал протянутую «руку».

До сих пор Черноснежке не удавалось поддерживать эту небоевую практическую Инкарнацию дольше двадцати секунд. Но когда она отпустила ладонь Харуюки, вслед за этим она пожала руки и всем остальным аватарам. Последней она пожала руку Фуко, после чего раздался звонкий звук, и пальцы вновь превратились в клинок. Раньше после окончания техники её рука рассыпалась на осколки, так что поработать она успела не только над длительностью.

Скорее всего, Акиру, Утай и Фуко, знавших её дольше прочих, эта сцена поразила до глубины души. Вновь встав на своё место, Черноснежка ещё какое-то время смотрела на свою руку. Вместо лишившихся дара речи легионеров Нега Небьюласа бодро заговорила Нико:

— Если уж Лотос пошла на такое, то и нам нужно постараться! Энеми можно не жалеть, сметём его Инкарнацией!

Аватары хором откликнулись на эти слова. От их голосов в роднике образовалась новая волна.

Следующий час они потратили на тактическое обсуждение, в котором, помимо всего прочего, обсудили маршрут до Мидтаун Тауэра и боевое построение.

Когда до начала старта операции оставалось пять минут, Харуюки в голову неожиданно пришла мысль, и он вновь подошёл к западному краю вершины. Перед ним вновь открылся вид на район Минато. Если во время разговора с Черноснежкой он не отрывал глаз от Мидтаун Тауэра, то теперь он вспомнил, что есть ещё одно место, которое ему следует хорошенько запомнить.

Поскольку в обычной жизни он в этом районе почти не бывал, географию его он знал не лучше Сибуйской, но постарался оживить в голове карту Токио и наложить её на ландшафт уровня Закат.

К югу от Старой Токийской Башни проходила дорога, называемая Третьей Кольцевой Линией. За ней начинался район Азабу, где находились всевозможные посольства. К югу от него же расположился элитный жилой район Сирогане, о котором Харуюки знал, пожалуй, одно лишь название.

Сирогане плотно застроен небольшими храмовыми руинами (в реальности каждым наверняка соответствовали роскошные особняки). Харуюки внимательно вгляделся в него и вскоре заметил довольно крупную площадку в самом центре. По площади она лишь немного не дотягивала до парка Сиба, в котором стояла Старая Токийская Башня. На территории площадки на значительном удалении друг от друга расположились крупные храмы. Все они как на подбор прекрасны и чинно сияют в лучах закатного солнца. В отличие от многих строений они выглядят не разрушенными, а только-только построенными.

— Скорее всего… это она… — прошептал Харуюки, внимательно вглядываясь в храмы и выжигая их расположение и внешний вид в памяти.

Скорее всего, это и есть та самая женская общеобразовательная школа, о которой говорила Черноснежка. Она же — база Легиона «Осциллатори Юниверс».

Из всех Шести Великих Легионов этот знаком ему меньше всего. Он не встречал Белых легионеров не только в территориальных баталиях, но и в обычных дуэлях. Единственным линкером, который принадлежал этому Легиону, и которого Харуюки видел — Айвори Тауэр, уполномоченный представитель Белой Королевы на Конференциях Семи Королей. И даже о нём Харуюки не знал почти ничего.

Но если Черноснежка будет стремиться к десятому уровню, то однажды Белый Легион должен будет встать на её пути. Именно Белая Королева Вайт Космос обманом заставила Черноснежку, учившуюся на тот момент в начальной школе, убить Первого Красного Короля Рэд Райдера, и таким образом стала её главным врагом. Конечно, Новый Нега Небьюлас, только-только разросшийся до семи человек, пока не мог выступить против неё, но однажды они должны будут сразиться с ней.

«И тогда я обязательно скажу Белой Королеве всё, что думаю.

Неужели она думает, что обманывать свою сестру, доводить её до слёз и выгонять из дома — поступок, достойный «родителя»?»

Отпечатав в сознании эти решительные слова, Харуюки продолжил вглядываться в базу Осциллатори Юниверс.

Наконец, он обернулся и как раз увидел Такуму, махавшего ему рукой с северной стороны башни.

— Э-эй, Хару, мы уже уходим!

— Извините, уже иду!

Когда он добежал до них, мысли его снова заполонил лишь предстоящий бой с Метатроном.

Глава 5

Токио Мидтаун — огромный комплекс, открывшийся в 2007 году, ровно сорок лет назад.

Он построен на участке земли, который раньше занимало переехавшее в Итигаю министерство обороны, и затраты на возведение составили около трёхсот семидесяти миллиардов йен. В 2047 году экономика Японии переживает очередную рецессию, и сегодня частные компании ни за что бы не смогли осилить проект такого уровня… по крайней мере, Харуюки читал об этом в сети. Наряду с башней Роппонги Хилз (стоимость которой составляла двести семьдесят миллиардов) Мидтаун и сегодня относится к главным достопримечательностям центра города.

Башня Мидтаун Тауэр высотой двести сорок восемь метров — центр этого комплекса. Конечно же, за те сорок лет, что прошли с её строительства, в Токио, да и во всей Японии, появилось множество зданий, значительно обгонявших башню по высоте, но величие этого сооружения, со всех сторон укрытого зеркальными окнами, ничуть не померкло со временем. Нижние этажи занимают банки, клиники, выставочные залы и так далее, средняя часть башни была отдана под офисы, ну а верх оккупировал безумно дорогой отель.

На предыдущей Конференции Семи Королей, прошедшей в прошлое воскресенье и посвящённой, в основном, обсуждению планов по уничтожению тела ISS комплекта, помимо очевидной тактики, включавшей в себя защиту от атак Метатрона до проникновения в Тауэр, предлагался и вариант с проникновением в Мидтаун Тауэр в реальном мире с последующим ускорением оттуда.

Конечно, до офисных этажей добраться почти невозможно, но в банки на нижних этажах пускают всех желающих. Однако проблема в том, что в башне нет места, откуда можно безопасно погрузиться на неограниченное нейтральное поле. Если бы речь шла об обычной дуэли, занимавшей в реальном мире не более 1,8 секунд, можно было бы погрузиться прямо в фойе банка, но сколько времени может занять битва на неограниченном поле — сказать трудно. Никто не мог даже предположить, сколько времени потребуется на то, чтобы добраться с первых этажей до последних и уничтожить тело. Если операция затянется на несколько дней, то вряд ли охрана банка хорошо отнесётся к толпе детей, дружно оккупировавших банковские скамейки на пять-десять минут.