Рэки Кавахара – Accel World 14: Архангел неистового света (страница 18)

С правой стороны, вдалеке, виднелось огромное пространство, окружённое бездонной пропастью — тот самый Имперский Замок, возле которого они сошлись в яростной схватке с Сэйрю. Но Тиюри говорила не о нём, а о высоких многоэтажных храмах перед ним. Сочетание коринфских (?) колонн с бесчисленными этажами, которые они поддерживали, создавало впечатление смеси древнегреческого города с мегаполисом будущего.

Когда Харуюки увидел эту величественную панораму, жалобы моментально вылетели из его головы. Черноснежка, которую он держал правой рукой, вытянула правый клинок.

— Это Касумигасеки и Нагататё. Справа налево — минфин, минсельхоз, кабмин… вон то здание сзади, чуть пониже остальных, — парламент. Вас в эти места не водили на экскурсию в младших классах?

Не успел Харуюки что-либо на это ответить, как…

— А, водили-водили, семпай! Хару там потеряться умудрился, вот мы с ним намучились! — неожиданно раскрыла Тиюри сверхсекретную информацию, заставив Харуюки в спешке возразить:

— Н-не терялся я! Я просто пошёл проверить кое-что! Я слышал, что под зданием американского конгресса есть тайные залы, вот и решил проверить, нет ли и в Японии чего-то такого…

— Так это же мы с тобой вместе в фильме видели! Нет таких тайных комнат ни в Америке, ни в Японии!

— Ты-то откуда знаешь?! Если они тайные, то от народа их скрывают!

— О боже, ты серьёзно в это веришь? В средней-то школе?!

— И-и что тут такого?! Романтиком можно быть в любом возрасте!

Когда Харуюки и Тиюри, забыв о пейзаже, начали спорить друг с другом, вдруг раздался тихий смех прилипшей к груди Харуюки Карент.

— Это так похоже на Кроу… заранее прошу прощения за возможно разрушенные мечты, но есть вполне простой способ проверить, действительно ли там есть тайные залы.

— Э?.. П-прокрасться туда, что ли? — изумился Харуюки. Справа послышался смех Черноснежки.

— Ага, именно так. Только не в реальном мире, а в Ускоренном. Если в этих тайных залах стоят социальные камеры, то они будут существовать и в этом мире. Правда, Закат довольно сильно меняет архитектуру… можно попробовать, если будет уровень вроде Завода или Стали…

— О, ясно! Давайте на следующих выходных проверим?!

— Ага, а кто сейчас говорил, что уже всё там облазил?!

Они продолжили спорить друг с другом, постепенно поднимаясь. Вскоре и Замок, и здание парламента скрылись под облаками. Харуюки посмотрел вверх и увидел зелёную дугу вершины, отчётливо выделявшуюся на фоне неба. Остальные аватары, видимо, уже добрались до неё, и их видно не было.

Как он и ожидал, энергии ему хватало с избытком, поэтому за тридцать метров до вершины он ускорился и быстро покорил высоту Старой Токийской Башни. Перед глазами появился знакомый по воспоминаниям дворик, в котором стояла Фуко и остальные аватары.

— Спасибо, что подождали! — обратился к ним Харуюки, переключаясь на планирование.

Первым оторвался Такуму и с гулким звуком приземлился на лужайку. Харуюки едва успел выбрать место для посадки и коснулся земли. Девушки спрыгнули с его рук и груди, поблагодарив за полет.

Осознавая, что задачу по переносу людей на вершину башни они успешно выполнили, Харуюки протяжно вздохнул, но тут он заметил, что Такуму и до полёта, и во время него оставался на удивление тихим. Харуюки собирался уже спросить его, не испугался ли тот высоты, но первой голос подала Фуко:

— Добро пожаловать в мой дворик. Столько гостей у меня ещё не было, но давайте зайдём ко мне домой.

Несмотря на это приглашение, Харуюки помнил, что дом Фуко, в котором ему довелось однажды ночевать (и который теперь, судя по всему, будут называть «Аэрохижиной Фуко»), весьма небольшой. Задумавшись о том, вместятся ли в него девять человек, Харуюки перевёл взгляд в центр сада… а затем удивлённо выпучил глаза.

В самом центре двора располагался родник. В самом центре водной глади, казавшейся оранжевой в лучах заката, мерцал синий овал портала. И родник, и портал Харуюки помнил, но того изящного белого коттеджа с зелёной крышей, который стоял возле него, на вершине башни не обнаружилось.

Забыв о таинственном молчании Такуму, Харуюки выбросил палец в восточную часть двора и воскликнул:

— А, а-а, учитель! Дом! Дома нет!

В ответ на это Фуко, которая уже сняла Ураганные Сопла и переоделась в платье, качнула широкой шляпой и улыбнулась.

— Хе-хе, не переживай, его не унесло ураганом, и его не разломали волки. Запертые дома проявляются в мире только при приближении хозяина.

Вслед за этим она взмахнула рукой, нажала что-то в меню, и в руке её появился маленький старинный ключ, переливающийся серебром.

И действительно, Харуюки и самому девять дней назад пришлось искать спрятанный в укромном уголке неограниченного поля ключ, чтобы открыть с его помощью дом, который без ключа оставался незаметным. Ключ он оставил внутри дома вместе с двумя Усиливающими Снаряжениями невероятной силы. Теперь этот дом найти не смог бы никто.

Фуко сделала несколько шагов в сторону родника, сжимая в руке свой ключ. И действительно, прямо из воздуха появился знакомый белый домик. «О-о!» — послышались восторженные возгласы Тиюри и Нико. Фуко обернулась и поманила всех за собой.

— Что же, заходите. У меня и еда должна была остаться. Правда, срок годности у неё истёк где-то в прошлом тысячелетии.

Глава 4

Послышался тихий звук.

Харуюки приоткрыл веки и успел заметить, как закрылась единственная дверь, ведущая из комнаты. Кто-то только что вышел.

Приподняв голову, Харуюки огляделся. На полу на удивление просторной «Аэрохижины» спали в самых разных позах его друзья. Естественно, все они облачены в формы дуэльных аватаров.

Пард свернулась на полу, словно кошка, а Нико использовала её тело в качестве подушки. Фуко спала на боку, крепко обнимая Утай. Недалеко от неё мерцал шарик — Акира спала, свернувшись в клубок. Такуму заснул, прислонившись к стене, а Тиюри, спавшая рядом с Харуюки, лежала с раскинутыми руками и ногами.

Но единственная кровать комнаты пустовала.

Она была выдана в единоличное пользование Чёрной Королеве, которой из-за угловатой формы неприятно спать на полу. А значит, именно Черноснежка несколько секунд назад вышла из комнаты. Будь они в реальном мире, Харуюки решил бы, что она пошла в туалет, но хотя в Ускоренном Мире существовала и еда, и вода, необходимость справлять естественные надобности не возникала.

— …

Харуюки ещё несколько секунд сражался с сонливостью, после чего медленно оторвался от пола.

Осторожно поднявшись на ноги, он на цыпочках прошёл по деревянному полу к противоположной стороне комнаты. Стоило ему коснуться дверной ручки, как дверь отворилась наружу. Харуюки тихо выскользнул и осторожно закрыл дверь за собой. Скорее всего, тот звук, что разбудил Харуюки — дуновение ветра, просочившегося в приоткрытую дверь.

Снаружи дом всё так же окутывал сочный свет заката. Проверив общее время погружения в меню, Харуюки понял, что проспал около пяти часов. Похоже, что Перехода за это время не случилось.

Закрыв меню, Харуюки огляделся по сторонам и заметил силуэт, сидящий на скамейке у западного края крыши. С точки зрения Харуюки эта скамейка находилась точно перед алым солнцем, выглядывавшим из-за горизонта.

Хотя в битвах острые формы этой фигуры выглядели очень внушительно, сейчас она отчего-то казалась хрупкой, словно стекло, и Харуюки никак не мог оторвать от неё взгляд. Вновь подул ветерок, от которого на поверхности родниковой воды появилась рябь. Ветер словно подтолкнул Харуюки в спину, и он пошёл вперёд.

Черноснежка уже успела заметить, что кто-то вышел из дома, и что этим кем-то оказался Харуюки, поэтому, когда до скамейки ему оставалась пара метров, послышался тихий голос:

— Прости. Я тебя разбудила?

— Ничего, я вполне выспался, — ответил Харуюки, стоя на месте.

Черноснежка молча подвинулась вправо. Сделав ещё пять шагов, Харуюки оказался слева от скамейки, а затем и сам сел на неё.

Прямо у их ног небесный сад кончался обрывом. Никаких ограждений на башне не было, и благодаря этому перед ними расстилалась прекрасная панорама Ускоренного Мира. Они видели не только центр города, простиравшийся от Роппонги до Сибуи, но и уходящие вдаль улицы, переходящие сначала в Сетагаю, потом в Тёфу, затем в Хатиодзи, а на самом горизонте — в горы Окутама, освещаемые вечным закатом. От картины захватывало дух.

— Здорово, наверное, было бы слетать с тобой в закат… — услышал Харуюки шёпот справа от себя и кивнул.

— Наверное… когда я вижу всё это, кажется, что мне под силу долететь до самого конца Ускоренного Мира, — мечтательно произнёс он, а затем, опомнившись, добавил: — Но на самом деле у меня где-то в Сибуе кончилась бы энергия.

После короткого молчания Черноснежка неожиданно спросила:

— А если ты воспользуешься Инкарнацией?..

— Э-э…

Харуюки повернул голову, но маска Чёрной Королевы похожа на маску аватара Харуюки тем, что скрывает выражение лица. Вновь повернувшись к закату, Харуюки подумал, а затем ответил:

— Эм-м… если подлететь как можно выше с помощью Скорости Света, а затем спланировать вниз, то, повторяя этот цикл, можно улететь довольно далеко… но среди всех моих Инкарнационных техник эта — самая непослушная. Я тренировался использовать эту технику, но у меня до сих пор частенько не получается активировать её из-за нехватки воображения…