Регина Птица – Сага о погасшем солнце (СИ) (страница 32)

— Нет, — Сэйд качнул головой. — Она напоминает мне о тебе. Просто… пока что это не мой дом. И я не хочу быть так далеко от тебя. Я вообще не уверен, что хочу расставаться с тобой.

— Ты же мой Страж, — напомнила Ариана. — Я всё равно всегда тебя найду. Давай и тебе покажу, как меня позвать. Давно пора.

Под властью Вараана — владыки твердыни — находилось множество средних и малых кланов, которым требовалась защита каменных стен и магия Сердца Цитадели. Среди них были как те, кто состоял с князем в далёком родстве — наследники его родных и двоюродных братьев, сестёр, даже кузенов, — так и те, кто просто пришёл в твердыню со своими воинами и присягнул Вараану на верность.

Кровное родство не всегда решало всё. Случалось, у сильнейшего варлока рождался сын, не владевший его силой или мало способный к обучению. Случалось, у никому неизвестной продажной женщины рождался ребёнок, который со временем достигал высот мастерства и основывал свой клан. Хотя родовые связи имели значение для экономики города, для спокойствия в окружении князя, они в итоге мало значили при сборе дружины, и Ариана это отлично понимала. Она выбирала себе соратников по мастерству и с самого начала определила пятерых сильных варлоков, которые, как и она, только ещё собирались отправиться в первый поход. Сколько всего человек брать, зависело только от неё. Случалось, собирали целую сотню, но такая дружина скорее требовалась тем, кто намеревался идти походом на другие твердыни или грабить их караваны. Да и то для последнего вполне хватило бы пары десятков человек. Никаких внятных мирных договоров между князьями не было. Время от времени заключались торговые соглашения, которые легко шли прахом. Если бы даже Вараан захотел следить за тем, что делали его молодцы, у него бы это не получилось — выходя за пределы твердыни, молодые варлоки переставали ему подчиняться. Обычно в дипломатических отношениях обе стороны это понимали, и в случае чего обе стороны отказывались отвечать за действия подобных горячих голов.

Ариана не собиралась ни грабить караваны, ни идти войной на земли других кланов. Напротив, хотела как можно скорее и с наименьшим числом проблем обойти несколько мест, где можно было обогатиться новыми техниками и амулетами. Такой поход не требовал большого числа людей, а требовал осторожности, дисциплины и мастерства. Многим, к кому можно было обратиться с предложением вступить в дружину, тактика Арианы казалась трусливой, скучной, либо проигрышной. Другие не устраивали её саму.

Из тех же пятерых, о ком шла речь, двое согласились без особой охоты, и Ариана откровенно видела, что они идут на уступку приказам отцов. Таким варлокам она бы не доверила свою жизнь в бою.

Оставшиеся трое тренировались вместе и были известны среди других мастеров сплочённой командой. Ариана уже поняла, что обращаться к родителям плохая тактика, если она хочет завоевать уважение сыновей, и на сей раз пошла с предложением напрямую к главарю этой троицы — однако, само предложение озвучила ему при его друзьях. Она понимала, что брать к себе сплочённую компанию опасно, потому что у них наверняка сложилась своя иерархия и они будут верны своему вожаку. И всё же, сделав своё предложение в присутствии всех троих, получила ту реакцию, которой и ожидала.

— Хочешь, чтобы мы трое вступили в твою дружину? — с улыбкой поинтересовался один из варлоков, тот, кого звали Нараном. — А с чего бы нам подчиняться тебе? Нас трое, а ты одна. Ищешь союзников, чтобы пойти в первый поход — возможно, мы согласились бы принять тебя к себе.

Ариана приклеила на лицо холодную улыбку и ждала.

— Мы знаем, что ты - хороший воин, — продолжил второй, тот, кого звали Сансар, — но Кайсан доказал своё мастерство в бою множество раз. Мы привыкли подчиняться ему. Победи его — и возможно, мы согласимся пойти за тобой.

— Докажу, — легко согласился Ариана. — Хочешь — выйду против Кайсана в одиночку. Хочешь — против вас троих вместе со своим Стражем.

— Рабом, — поморщился Наран, — негоже свободному драться против раба. Но ты права, три против одного было бы несправедливо. Победи Кайсана и мы пойдём за тобой.

— Назначай — когда.

Бой назначили на утро следующего дня.

— Говоришь, с двоими она не сговорилась… — Нариана как обычно отдыхала в окружении двух своих любимых мужчин. Рансар стоял у неё за плечом, неподвижно глядя в огонь камина, а Эстегар массировал обнажённые ножки. Соглядатай, которого принцесса приставила следить за сестрой, стоял на коленях на расстоянии нескольких шагов, опустив глаза в пол. — Да только толку от тех двоих, если Кайсан отдаст ей своих парней, все усилия пойдут прахом. Почему вокруг меня одни идиоты? Неужели не ясно, что опозорить мою сестрицу в походе — самый простой способ сделать её дурой перед отцом? Неужели не ясно, что если отец будет больше любить меня, а не её, то и вам достанется…

— Крошек с хозяйского стола? — предельно вежливо закончил Рансар за неё.

— Почему-то мне кажется, что ты хотел мне нагрубить, Рансар!

— Простите, если был слишком своеволен, закончив вашу мысль.

Нариана раздражённо повела плечом и уставилась в огонь.

— Если сестрица будет драться с Кайсаном, исход очевиден. Один на один она справится с любым варлоком младшего поколения, даже со мной. Жаль, что эти оболтусы не согласились выйти против неё втроём.

— Против неё и её раба, — напомнил Эстегар.

Нариана в удивлении приподняла бровь и посмотрела на него, как бы спрашивая, с какой это стати раб решился без дозволения открыть рот.

— Я просто хотел напомнить вам, госпожа, что у вашей сестры появился любимый раб. И раб этот успел доставить ей немало проблем.

— И что? — спросила Нариана несколько раздражённо и всё же почти мягко, потому что чувствовала, что Эстегар решился заговорить не просто так.

— С вашего позволения, госпожа, напомню о том, что у многих в замке так же есть любимые рабы. О том, что не все относятся к своим любимцам с таким безразличием, как вы.

— Ты смеешь меня попрекать?

— Никогда, — хором ответили Эстегар и Рансар. Последний при этом, пользуясь тем, что принцесса не смотрит, закатил глаза.

— В надежде заслужить милость госпожи, я бы рискнул кое-что предпринять, — закончил Эстегар. — Могу ли я рассчитывать на награду, если сумею рассорить княжну Ариану и этих троих?

— Сначала рассорь… — рассеянно заметила Нариана, впрочем, в её глазах Эстегар прочитал: «да». Больше принцесса уже не смотрела на него и, вновь заговорив, обращалась уже тоже не к нему. — А ты бездельничаешь, Рансар. Тебе давно пора начать собирать дружину для меня.

— Госпожа?.. — озадаченно переспросил тот.

— Ты меня слышал, — Нариана дёрнула плечом. — Как ещё мне привлечь внимание отца? Полагаю, он станет больше меня уважать, если я вернусь со славой и артефактами. Тем более теперь, когда он ждёт этого от Арианы.

— Что вы хотите от меня? — глухо спросил Рансар.

— Не знаю, — Нариана дёрнула плечом. — Придумай сам, ты же мужчина, в конце концов… подкупай, уговаривай, угрожай… Собери пару дюжин тех, кто станет драться за меня. Разумеется — отборных бойцов. И этих пятерых, которых выбрала Ариана, я тоже должна взять с собой.

Бой за право превосходства оказался предсказуемым и недолгим.

С вечера Ариана немного волновалась и потому спать не пошла, а вместо этого поднялась на верхнюю площадку башни и, сев посреди неё, медитировала до самого утра. Спустившись перед боем вниз, она велела принести завтрак в лабораторию — чтобы не разбудить Сэйда. Но от Йена узнала, что тот ушёл ещё вечером, едва заглянул после тренировки и, поняв, что Ариана не собирается спускаться в спальню, отправился в гарем.

Ариана хмыкнула, но велела себе не обращать внимания на подобные странности. Слегка заглушив голод, но так, чтобы тело не стало медлительным, она отправилась к месту встречи. Кайсан бился красиво, его удары были быстрыми, но Ариана была быстрей, изящней и смертоносней. Конечно же, поражение не обрадовало противника, но данному слову он остался верен.

— Когда настанет час выходить — позови, — сказал он и отправился к себе, бинтовать ушибы.

Ариана же осталась на площади, раздумывая о том, что делать дальше. Трое - это всё ещё было слишком мало, да и уверенности в команде Кайсана она по-прежнему не испытывала. Выходило, что и они собираются пойти за ней по принуждению. Она уже намеревалась отправиться к Сайпферу за советом, когда одновременно два события разрушили её планы: во-первых, Ариану охватила паника. Иррациональная, острая, яростная и абсолютно непохожая на всё, что чувствовала княжна в своей жизни. Нахлынувшая волна охватила всё её существо. Ариана почувствовала себя хищником, загнанным в ловушку, прижатым к скале под прицелами охотников.

Ровно в то же мгновение и ни секундой раньше, Ариана увидела, как вдалеке над нижней крепостью, там, где находился гарем, в небо взметнулись яростные языки огня.

Ариана выругалась, мгновенно вспомнив о том, что Сэйд с вечера собирался туда. Бросилась в сторону гарема бегом и остановилась только у самых ворот — увидев Йена. Пожар за оградой тушили десятки рабов, а Йен бросился к ней наперерез с криком:

— Госпожа! Я как раз собирался вас искать! Ваш раб устроил драку и поджог!