Регина Колчина – Любовь во сне и наяву (страница 7)

– Вам надо лечь и постараться расслабиться. Ваше состояние близко к критичному, мы можем дать вам восстановление, но, к сожалению, вы сильно опустошены, и полностью резерв не восстановится.

– Благодарю вас и за такую помощь.

Любовь легла на ложе, туман окутал её тело. Она закрыла глаза и постаралась уснуть. Почувствовала, как её стало наполнять сладкое состояние покоя, и что-то мягкое и пушистое коснулось ноги. Шерсть была очень приятной и расслабляющей. Это кот, большой-большой кот, и он крался вдоль тела выше. Чуть позже Любовь почувствовала, как его морда ткнулась ей в ухо, и он стал мурчать, девушка провалилась в сон. Она не знает, сколько прошло времени и сколько она проспала, но, проснувшись, чувствовала себя заметно отдохнувшей.

– Мне стало намного лучше, благодарю Вас за помощь. Нам пора, у нас не так много времени для того, чтобы спасти Наташу и Сергея.

– Да, мы восполнили вас, но смею вас предупредить, постарайтесь не обращаться к вашим дарам и вашим возможностям. Ваш ресурс только на половине, для полного восстановления нужно больше времени.

– Я постараюсь, но вы же понимаете, если нужно будет, то у меня нет выхода. Мне придётся, и я не знаю, в этот раз как будут просыпаться наши дары, если так же, как и у первой пары, то, боюсь, я потрачу остатки.

– Хорошо, я вас понимаю, так же бы поступил на вашем месте. Мы постараемся вам помочь. Конечно, в пределах разумного, в нашем деле есть очень тонкая грань между сном и смертью, и её нужно соблюдать, иначе люди погибнут.

Хотя я и вышла на больничный, но просто сидеть дома целый день невыносимо. Последний месяц лета радовал тёплой и комфортной погодой, грех не воспользоваться свободным временем. Прогуливаясь, не заметила, как забрела в любимый парк. Постаралась выкинуть все надоедливые мысли из головы, сейчас требовался отдых для восстановления душевных сил.

Эмоциональное состояние лишь ухудшалось с каждым днём. Жуткий сон продолжал преследовать из ночи в ночь. Правда, после случая в больнице смотрю его словно фильм, в такие дни удаётся поспать и отдохнуть.

Спустя некоторое время с начала сновидений почувствовала, ими можно управлять. Усилием воли или, может, какой-либо другой силы, данная возможность осталась для меня загадкой, поменяла исход сновидения. Удалось спасти всех детей, но только ценой собственной жизни.

В продолжение незнакомый мужчина с чистыми голубыми глазами падает на колени и начинает реветь, словно зверь, над моим бездыханным телом. От этой картины сердце всегда сковывало стальными обручами и сжимало. Точно знаю, никогда раньше не встречала этого человека, почему же невыносимо больно смотреть на его слёзы?

После перерыва снова вернулась в спортивный зал, только изнуряющие тренировки не приносили желаемой усталости. Тело было в полном порядке, а мышцы – в прекрасной физической форме, удары так же быстры и сильны. Так что физические заболевания были полностью исключены.

Пытаясь найти причину, отправилась к психологу. Понимаю, именно душевное состояние дало сбой, и только найдя причину, можно его вывести в равновесие. Позади уже несколько сеансов посещений, а результат остался нулевым. От моих раздумий отвлёк телефонный звонок.

– Слушаю.

– Наталья Леонидовна! У нас ЧП, большая авария, много пострадавших, просили вызвать всех! Вы приедете?

– Да, я недалеко.

Хорошо, что гуляю в кроссовках и спортивной форме, больница находилась в одном квартале от парка. Быстро закинула телефон в карман рюкзака и побежала на работу. Больница и спасение жизней – это смысл моего существования, моё предназначение. Очень стараюсь сделать всё возможное, а порой и за гранью сил, спасая жизни.

Влетела в холл, и, пока восстанавливала дыхание, пробежалась взглядом, оценивая ситуацию. В больше царил полный аншлаг, куча пострадавших, все стонут, и ноют, и плачут. Персонал сортирует людей по тяжести полученных травм.

Медсестра Ольга, заметив меня, подбежала:

– Наталья Леонидовна, там в операционную больного повезли, анализы, рентген и УЗИ у вас на столе. Там плохо всё, и врачей не хватает. Возьмётесь?

– Пойду посмотрю, беги, время не теряй.

Быстро переодеваясь, схватила результаты обследования и направилась в операционную, на ходу осматривая записи. У мужчины, что лежал на столе, время шло на минуты, и медлить нельзя. Пока медсёстры помогли облачиться в специальный костюм, голова работала и строила план операции. Работа предстоит серьёзная, да и восстановительный период будет довольно долгим и сложным.

Двери открылись, оставив сомнения в предоперационной, уверенно шагнула к столу. Обведя присутствующих взглядом, приветственно произнесла:

– Здравствуйте всем! О, Ефим Андреевич, как хорошо, что вы с нами, и Валентина Геннадьевна в строю! Как я рада вас видеть!

– Наталья Леонидовна! Какие люди? Как больничный?

– Скучно! На работе, в родных стенах намного лучше.

– Да и мы по вам скучали, у меня всё готово.

– А у вас, Ефим Андреевич? Можно начинать?

Это люди, с которыми я работаю с самого начала своей карьеры в этой больнице, операционная сестра и анестезиолог. Ещё бы ассистента сюда, да только он пока занят другим больным, и как только освободится, обязательно подключится.

– Минуту, и можно будет начинать, ну что, паренёк, тебе сегодня повезло, сам ангел прилетел тебя спасать.

– Ох, и скажете же вы, Ефим Андреевич, сложно у него всё, а я, к сожалению, не ангел.

Дверь в операционную открылась, и зашёл ассистент, тоже хирург, Тарас. Смышлёный молодой человек, схватывает на лету, не любит лишних разговоров и не смог сработаться ни с одним из хирургов данной больницы, кроме меня.

Нет, конечно, когда нужен помощник, он не отказывает другим, да и сам, если оперирует, то принимает в помощники любого, но гармоничные и понятные отношения только в тандеме, как сейчас. Полное взаимопонимание и связь на высшем уровне в операционной.

– Я готов, – он встал к столу и посмотрел на анестезиолога.

– Ну что, ребята, всё хорошо, можно начинать.

Работа закипела, привычные движения, понятные задачи. Как могли, собирали в кучу месиво в животе у пострадавшего, огромная кровопотеря, пришлось заказать донорскую. Несколько часов работы, куча ненормативной лексики и литр пота с наших лбов. Спина уже начала болеть от напряжения. Оставался последний шов.

– Всё, операция закончена, пациента в реанимацию, а мы идём дальше работать, может, ещё есть люди, кому нужна помощь. Мы все большие молодцы, осталось верить, что молодой организм справится.

Валентина Геннадьевна, как всегда, пересчитав все инструменты и салфетки, произнесла:

– Будет жить! Никуда не денется, эту ночь за ним присмотрим, а там уже и на поправку пойдёт.

Я всегда удивлялась её неиссякаемому оптимизму. Но верила в её слова, когда она так говорила про пациента, он всегда поправлялся.

Из операционной снова направилась в приёмное отделение, пострадавших было много, и хотя у многих были незначительные травмы, им тоже нужна помощь. Меня догнал Тарас.

– Наталья Леонидовна! Как вы?!

– Да нормально, знаешь, на работе даже лучше. Не надо было вообще больничный брать.

– Это хорошо, тут говорят, у вас проблемы в личной жизни и вообще… – оборвавшись на полуслове, сконфуженно опустил глаза в пол. – Вы, если что, обращайтесь, помогу чем смогу.

Прекрасно понимаю, кто слухи распространяет. Даже понимаю, почему, только причина эта надуманная и ко мне не имеет никакого отношения. А всё – женский норов и ревность, глаза совсем затуманили. Не спорю, отношения между мной и главным врачом больницы выходят за рамки служебных. Да только дружеские отношения у нас со времён прохождения службы на передовой, но разве я должна объяснять что-либо?

– А ещё что говорят?

– Да много чего, вы уволиться надумали? Зачем? Или нашли другую работу?

В таких разговорах много нового про себя узнаешь. Даже то, что совершенно не собираешься делать.

– Я пока не думала над этим и не собиралась. А ты голову себе не забивай лишними мыслями, тебе они зачем, о работе думай, о пациентах.

– Я не могу не думать… Я переживаю о вас.

– Я уже взрослая тётенька, зачем за меня переживать.

– Вы мне нравитесь. И как человек, и как хирург, и как женщина. Поэтому переживаю, да и работать мне с вами очень комфортно, не говоря уж о знаниях, которые я от вас черпаю, они бесценны.

Что?! Этот молчаливый мальчишка, который лет на шесть меня младше, умеет так много говорить?! Да ещё и слова-то какие нашёл!!!

– Что ты сейчас говоришь? Перестань нести чепуху и пошли работать!

Хорошо, что в приёмном было много пострадавших, и мы с головой ушли в работу. После такого признания чувствовала крайнее неудобство и раздражение. Чувство смятения сковывало от непонимания, как себя вести.

Мужчин на работе всегда воспринимала как коллег, по наивности полагая, что такое отношение взаимно. А оказывается, не все, да, именно от Тараса такое поведение стало полной неожиданностью. Мы с ним вообще мало общаемся, на работе только о работе, о диагнозе или процессе лечения и ходе операции. В операционной вообще диалоги не особо приветствую, сегодня был максимум наших переговоров, а обычно мы говорим только по делу.

Было довольно комфортно работать и уже привычно слышать лишь мычание в знак согласия или как отзыв, что задачу поняли. Он может вообще ни слова не произнести, но это нисколько не мешало мне, а, наоборот, работа протекала очень хорошо. Так что диалог в коридоре, да и его содержание меня крайне удивили.