Регина Грез – Мой нежный хищник (СИ) (страница 33)

Катя убедилась, что дождь уже кончился, переоделась в свою «походную» одежду и, даже ни у кого не отпрашиваясь, выбралась из замка на прогулку.

— «Интересно, явится или нет… понял ли меня вчера… или исчез так же неожиданно как и появился… Что ему до меня — дикому зверю».

Будущая баронесса с трудом добралась через мокрый луг до мелководной тихонькой речушки, сапожки девушки просто увязли в размокшей глине. Катюша даже успела пожалеть о такой неосмотрительной «вылазке», но вдруг увидела на другом берегу своего вчерашнего Серого Приятеля. Волк сделал несколько быстрых прыжков из стороны в сторону и даже покрутился на месте, выражая искреннюю радость от появления Кати.

А, между тем, Солнце, словно раскаиваясь за утреннюю прохладу, теперь немилосердно палило землю, желая вернуть в небо всю выпавшую недавно влагу. Недолго думая, Катя разулась и стащила с себя теплую безрукавку.

— Что тут у них за страна, утром от холода из постели не выберешься, а в обед просто Африка, да и только. Ну, привет, дружище! Ты хоть не вымок? Конечно, нет! Попробуй-ка промочи такую знатную шубу!

Катя потрепала Волка по загривку и аккуратно подвернула брючки. Зверь крутился рядом и будто бы даже пытался ей с этим делом помочь, хотя, кажется, больше был занят голыми Катиными ножками, чем ее одеждой.

— Ай, я немного боюсь щекотки! Вот же шалун! Если бы эту сцену видел Веймар, непременно полез бы драться, но ведь ты зверь, с тебя-то какой спрос.

Катя смеялась, да и Волк был невероятно рад такому развитию событий, иначе с чего бы он вдруг лизнул Катю прямо в лицо, а потом в тот треугольничек белой кожи на груди, что был виден из распахнутого ворота Катиной блузки. Девушка неловко качнулась назад, совершенно не ожидая от зверя столь бурного проявления дружеских чувств.

— Ну, и что ты натворил, чудик! Здесь же мокрая трава, у меня вся рубашка промокла, смотри… Что мне, идти домой? Не хочу… Я бы искупалась с удовольствием и высушила одежду на берегу, но здесь так мелко… кто-нибудь еще заметит из замка.

Волк вдруг ухватил Катю за штанину крепкими зубами и потащил в сторону леса.

— Что ты делаешь, дурачок! Это же мои единственные джинсы, ничего, что подпольного производства, мне бы их еще надолго хватило… Осторожно, говорю! Отпусти! Я все поняла, что ты куда-то меня зовешь, ну, пойдем… если это не очень далеко, конечно… мне, правда, «его светлость» разрешили болтаться по всей округе, но нельзя же злоупотреблять доверием «его светлости»… Веймар куда-то опять исчез… скучаю… просто не могу без него уже… представляешь?

Волк разжал челюсти и уставился на Катю с явным удивлением.

— И что ты так на меня смотришь? Да, влюбилась! Как последняя дура! А, почему сразу как дура… подумаешь, ну, барон… Я полюбила бы его и без замка… и без подарков… он удивительный… необыкновенный… у него такие глаза… вот, почти как у тебя.

Волк немедленно отвернулся и потрусил вперед, впрочем постоянно оглядываясь, идет ли за ним следом Катюша. Так вскоре они добрались до ближайшего леса на новом пригорке, а спустившись в небольшую лощинку, девушка обнаружила, что речушка размыла пологие песчаные берега в небольшом котловане наподобие чаши.

И за редкими деревьями девушку уже не было видно даже со сторожевых башен замка, так что лучшего места для купания и придумать нельзя. Однако Катя не спешила.

— Наверно, вода совсем холодная, такой утром был сильный дождь. Нет, нет, что ты, я же просто так сказала, я не собираюсь заходить в воду.

Тогда Волк сам подбежал к маленькому водоему и ткнул носом воду, а после чего вполне удовлетворенно фыркнул и выразительно уставился на колеблющуюся девушку.

— Утверждаешь, что она уже успела нагреться? Сейчас проверим…

Катя босыми ногами зашла в воду у самого берега и сама убедилась, что купаться в таком «парном молоке» было бы одним удовольствием. Оставалось всего-ничего — скинуть одежду и окунуться в эту ласковую влагу. Катя собрала волосы в узел потуже и укрепила прическу лентой, что прежде служила лишь украшением. Потом девушка сняла промокшую на спине рубашку и разложила ее на высоком бережке под жаркими лучами, «высохнет за пять минут». Сейчас же рядом легли ее джинсы.

Девушка с наслаждением потянулась, оставаясь в коротенькой белой маечке, что удобно поддерживала грудь и шортиках из такого же приятного эластичного материала. Кстати, этот комплект своеобразного белья, как и несколько других пар одежды еще вчера вечером Катя получила от трех местных швей. Все было раскроено и сшито по личным Катиным просьбам буквально за пару дней.

Волк какое-то время стоял, как каменный, безмолвно взирая на полуодетую девушку, а потом отчего-то засуетился и отвернулся, с явным намерением бежать прочь.

— Эй, постой-ка! Я же тебя не гоню… Ты вполне можешь остаться, только отвернись, я тебя тоже чуть-чуть стесняюсь, хоть ты и не человек!

Волк неуверенно оглянулся, чтобы тут же снова опустить голову, Катюша уже избавилась от оставшихся на ней тряпочек и теперь медленно входила в теплую воду.

— Ах, как же здорово! Это просто огромная песчаная ванна, сам ты не желаешь побарахтаться со мной, дружок?

Катя уже зашла в котлованчик по пояс и с наслаждением поливала себя водой из ладоней.

— Ты, наверно, не умеешь плавать, эх, ты… у тебя сколько меха… потом надо полдня сушить, мне-то хорошо, я совсем голышка… только посмотри, как я могу…

Катя плескалась и дурачилась, как ребенок, которому в летний денек, наконец, разрешили добраться до речного мелководья. Девушка даже подбегала к самому берегу и пару раз окатила и самого зверя, что теперь лежал у воды и, опустив лохматую голову на лапы, взирал на нее почему-то с самым несчастным видом, даже тонко поскуливая порой.

— Я понимаю, тебе очень жаль, малыш, что ты не можешь со мной поплавать, но что поделать, придется тебе поскучать на берегу… Не повезло, значит, не повезло!

И, тяжко вздыхая, Веймар подумал, что когда-нибудь этой дерзкой девчонке здорово достанется от него за такое издевательство над Его звериной сутью… а пока… пока можно только смотреть на нее, глотая слюну, и строить множество планов на первую ночь, один привлекательнее другого…

Но вот Катя выбежала из воды и, вздрагивая всем делом, буквально залетела на пригорок, где находилась ее рубашка.

— Б-р-р, вот же холод! А в речке просто благодать…

Катя торопливо натянула на мокрое тело шортики и, чтобы быстрее согреться, сразу же взялась за рубашку, буквально пропитанную солнцем.

— Вот теперь можно и позагорать…

Катя улеглась на траву, раскинув руки и ноги как морская звезда и даже закрыла глаза от удовольствия.

— Просто счастье! Вот если бы еще здесь был Он…

Голой Катиной коленки коснулся влажный нос Зверя. «Я же совсем рядом, Любимая… ты ведь даже не представляешь, насколько я рядом… и как хочу быть еще ближе…»

Катя вдруг ощутила как горячий шершавый язык осторожно облизывает ее ножки, поднимаясь все выше и выше до самого края коротеньких шортиков и едва ли не пробираясь под них.

— «Это ведь уже как-то неправильно… надо бы это все остановить! Это даже странно, ведь не с волчицей же он меня спутал… от долгого своего одиночества».

Но Катя отчего-то медлила, сама удивляясь тому, сколько приятных откликов вызвали в ее теле какие-то чересчур умелые действия Зверя.

— «Это все оттого, что у меня давно не было мужчины… я же тоже человек, я же тоже хочу иногда… вот даже прямо сейчас… очень-очень…»

Катя протянула руку и попробовала оттолкнуть чересчур нахальную лохматую голову от своих бедер, но ее движение было слишком неуверенным, вряд ли оно могло остановить «голодного» самца.

— Послушай, прекрати… также нельзя…

Волк огрызнулся и зубами осторожно оттянул ее шортики книзу, Кате стало совершенно не по себе. Она тут же села и попыталась вернуть одежду на место, а Волк немедленно переключился на Катины плечи и грудь. Так же зубами он вдруг резко дернул ткань у ворота и сейчас же разорвал рукав.

Катя ахнула, прикрывая открывший розовый сосок, но Волк, словно вдруг осознав свое дурное поведение, жалобно заскулил и лег рядом, положив голову на Катины колени.

Несколько минут девушка сидела смирно, даже боясь пошевелится, а потом несмело погладила серую шерсть на холке зверя.

— Слушай, Волк, а ты меня напугал! Никогда больше так не делай, ясно? Вот уж не думала, что ты такой у нас озабоченный… ну, что теперь… я же не собачка, вылизывать меня тебе уж точно не следует… хотя бы с точки зрения гигиены и здравого смысла. Но, знаешь… Я сама сейчас кое-что поняла… Я больше не хочу ждать… я не хочу дожидаться этой дурацкой свадьбы! Мне срочно нужен мужчина и этот мужчина Веймар!

— «Ну, вот и славно…»

Волк довольно лязгнул зубами и поудобнее устроился на Катиных ножках, потешаясь в душе над своим человеческим собратом:

— «Всему-то вас людей надо учить, а этой женщине требовалось лишь немного настоящей звериной нежности, и она уже сама готова дарить нежность в ответ… ну, пусть и человеку, что ж, Волк совсем даже не против, он ведь тоже будет рядом, он проследит, чтобы все прошло хорошо, чтобы собрат не сплоховал в самый ответственный момент, потому что есть такие моменты, когда сила и выносливость Зверя человеческому мужчине точно не помешает».

Где-то вдали раздался зычный звук охотничьего рога. Волк немедленно вскочил и потянул носом воздух, пахло бедой… Катя тоже поднялась и начала одеваться. Волк снова потянул ее за штанину, только теперь уже в сторону замка.