Регина Андреева – Леди с дефектом (страница 28)
Мужчина отложил газету с изображением очередного сбежавшего заключённого крупным планом. Не тюрьма, а решето!
Оказалось, в соседнем Даосе тоже начали пропадать люди, обычные, не преступники. Вот они есть, живы, работают, а на следующий день как ветром сдуло.
Соседские СМИ винили в этом маньяка из Бьорна, а местные следователи пытались унять толпу сухими отписками. От "следственные действия ведутся" до "мы делаем всё возможное". А людям все равно. Им важно просто жить в безопасности, с которой у государства сейчас были явные проблемы.
По мнению Мэй Френси из "Бьорнских хроник", маньяк действительно существовал, и был он злым доктором! Помогал заключенным Бьорна сбежать, а потом ставил над ними опыты. Кто-то выживал и бросался в бега (о тех сбежавших, чьи трупы не нашли). А кому-то была уготована участь навсегда умереть в тисках злого доктора. Теперь же маньяк добрался до соседнего города и ставит свои эксперименты там.
Имела ли теория Мэй Френси право на существование? Думаю, да. Во всяком случае в ней была логика.
Почему одних находят убитыми, а других не находят вовсе? Куда-то же они деваются.
— Не боишься исчезнуть? — странным тоном спросил Рик, когда мы выехали.
— Не боюсь, — улыбнулась. — У меня нож в рукаве.
— Бесстрашная охотница на преступников!
— Кто бы говорил.
Бесколесник привез нас отнюдь не к апартаментам лорда Ричарда Орсо, а на край людной площади. На секунду засомневалась, по погоде ли оделась. Гулять я, вообще-то, не планировала. До тех пор, пока не увидела праздничные ворота из дерева, украшающие вход на торговую аллею.
Каждый столб огромных ворот был усыпан бумажными цветами и лентами. Как детская поделка из дерева и цветной бумаги, только размером с двухэтажный дом.
— Вау! — вырвалось у меня.
— Знал, что оценишь.
Ветер взметнулся, унося в небо бумажные гирлянды с ближайшего столба.
В пути не заметила, как стемнело. Высоко в небе уже зажглись звезды, а под ними раскинулся фестиваль.
Я поняла это, едва ступив на брусчатую дорожку. Подобно созвездию, фестивальные площадки сосредоточились в определенных точках.
От одной точки к другой тянулись тропинки. В поле видимости разглядела и лавки торговые, и развлекательные. Люди перебегали от пятачка с уличной едой к пятачку с танцполом и громко веселились.
— Пестрый фестиваль, — Рик предложил мне руку, — сегодня открытие.
Наши ладони встретились, сначала осторожно, затем увереннее. И я с трудом призналась — скучала.
— Значит, мы сначала на фестиваль, а потом…
— Что потом?
Щеки заалели. Сделала вид, что поправляю платье, хотя поправлять там было нечего, оно сидело на мне как влитое. Наверное, я впервые в жизни потратила весь день на шоппинг, но оно того стоило.
— Не заставляй меня это говорить!
Я воинственно подняла голову и уткнулась в хитрый смеющийся взгляд. Он забавлялся!
— Ты специально так написал! Чтобы я подумала… Неважно!
Напыжилась в попытках вернуть руку, но встретила сопротивление.
Рик весело засмеялся, притягивая меня ближе. Приковав стальными руками мое тело к своему, он посмотрел мне в глаза.
— Постель — не единственное место, куда я хочу тебя пригласить.
— М-м-м…
Прозвучало жалко.
Уткнувшись в мужскую грудь, я нервно засмеялась. Вот же дурочка.
Приподнявшись на цыпочках, приблизилась к мужской шее.
— Ты не знаешь, от чего отказываешься, — прошептала я притворно-томным голосом. Несмотря на явную наигранность, тело Рика дрогнуло, подбородок напрягся. Но больше я намеков видеть не желала, хватило одного конфуза.
Уперевшись в мужскую грудь, ловко оттолкнулась.
— Идем! — бодро позвала я. — Покажешь, что тут интересного.
Ветер приветственно всколыхнул подол утонченного платья, коснулся густых локонов цвета вороного крыла. Женская фигура замерла в ожидании и предвкушении. Глядя отчего-то грустными глазами цвета синего моря, она с нетерпением облизнула губы.
Рик моргнул дважды. Сжал кулаки и отрешённо подумал: "Идиот".
Глава 17. Пёстрый фестиваль
Если целью фестиваля было удивить столичных, скажу — это удалось. Столько искусственных цветов и красок в одном месте я никогда не видела. Омрачало лишь то, что искусственных. Декорации не благоухали, не трепыхали, не жили.
Местные строители за короткий срок из обычной груды дерева сваяли помпезную груду дерева. А потом набежали детишки и по шаблонам воспитателей навырезали много-много цветов и птичек. Развешиванием занимались они же, только уже без воспитателей. Те решили, что их миссия выполнена и тихонько ушли.
Бумажные украшений самых разных мастей висели то там, то тут. Одни держались на ниточках, другие — с силой намотаны до сгиба бумаги. Третьи давно унесло ветром, сегодня он разгулялся не на шутку. Потому смотрелись украшения неорганично, но зрелищно.
Без всяких сомнений — зрелищно!
За деревянными воротами раскинулся первый пятачок с шариками для детей и механическими развлечениями для взрослых. В одном ларьке мужчины играли в дартс, пытаясь попасть в подарок на крутящемся циферблате. В другом — женщины спорили за самую удобную заколку: паучок или змейка?
Спор этот начался с самого создания этих заколок, на рынок они вышли в один день и тут же поделили женскую половину человечества на два лагеря.
На мой взгляд, обе заколки выглядели страшными, а процесс закалывания ими волос вообще на грани ужасов. Только представлю, как механический паук ползет по моей голове в поиске удобного места для создания прически — брр! Мороз по коже дерет! Возможно, поэтому я длинные волосы никогда не отращивала. Объяснять каждой мадаме, на чьей я стороне, было выше моих сил.
Держась подальше от ларьков с механизмами, я повела Рика на следующую площадку. В растерянности бродила недолго. Уловив носом запах жареных кофейных зерен, последовала за ним и не прогадала. На одном из пятачков фестивального созвездия расположилась зона уличной еды. Нос привел меня к лавке с кофе.
— Пожалуй, тебе хватит! — Рик попытался увести очередную кружку у меня из-под носа.
Возмущенно сжав зубы, спрятала кружку в ладонях, как за живым щитом. Ну уж нет!
— Оно меня успокаивает!
— Кофе по определению не может успокаивать.
Мы с владельцем кофейного ларька снисходительно переглянулись. Северяне, что с них взять.
Продавец в кофейном ларьке северянином не был. Загорелый на вид он высматривал в толпе неприхотливых покупателей и подсчитывал прибыль. Видно, на Пёстрый фестиваль правда съезжались со всей страны. В том числе — чтобы подзаработать.
К сожалению, от любимого напитка меня таки оторвали. Оглушительно визжа, мимо промчалась стайка ребят. Я упиралась изо всех сил, но они вихрем снесли меня к соседнему ларьку.
Врезалась в маленькую витрину и навсегда прилипла к ней. Аромат жареной курочки запал в ноздри.
— Внуснотища!
Пока Рик вежливо проталкивался ко мне, я изучала ассортимент ларька с уличной едой. Здесь продавали аппетитную куриную грудку с овощами, завернутую в тонкий лаваш.
— Рик! — не глядя, схватила знакомое плечо. — Хочу это… эту..
— Два куриных рулетика, — сделал заказ мой спутник.
Кажется, он жалел, что подшутил надо мной и таким образом пытался извиниться. Шел туда, куда мне хотелось. Покупал всё, на что я показывала. Это было, конечно, мило, но как-то слишком.
— Если не хочешь…
— Брось, все любят куриные рулетики. Соус — с ума сойти.
Мы дождались заказ и сели за едва освободившийся столик.