Регина Андреева – Крылатый факультет (страница 8)

От этих мыслей настроение немного улучшилось.

Рано утром Хлоя передала буклет с индивидуальным расписанием. Не было знакомых физики и математики в разных формулировках. В списке значились история миров, история оборотничества, базовые основы целительства, основы артефакторики… Тут я немного замялась, эти названия мне ничего не говорили. То, к чему меня готовили в школе много лет, здесь оказалось бесполезным.

Хотя был один схожий предмет, который я до сих пор вспоминала с содроганием. Я ненавидела его в школе, не любила в универе. И теперь…

Тяжело вздохнула, глядя в листок с расписанием. Первая пара – занятие по физической подготовке.

Кристина спрыгнула с кровати.

– Всё, я готова. А ты?

– Тоже, – я осмотрела свой спортивный костюм.

То есть, не совсем мой. Его передала мне Хлоя вместе с расписанием и книгами на первую неделю.

Простая футболка, серые свободные брюки и кофта. Мягкая, как махровый плед. Кофта уютно согревала, что было кстати, учитывая погоду с утра. Над островом сгустились тучи. Ночью моросило, отчего растения вокруг блестели от влаги.

– Тогда идем скорей! Профессор Чонг не любит, когда опаздывают.

Профессора Чонга я увидела издалека. Сложно не заметить высокого мужчину с громким басом, от которого в первую же минуту захотелось пригнуть голову. Еще больше осунулась, когда узнала в нем громилу, который меня обыскивал в первый день. Смуглый, восточной внешности, я бы сказала, ближе к китайцу. На круглом лице отражалось раздражение. Подняв какого-то парня на ноги, он громко отчитывал его за опоздание.

Мы с Кристиной незаметно просочились в ряды тех адептов, кто успел прийти вовремя. Сердце бешено колотилось. Эта академия и ее порядки мне не нравились. Хочу домой!

– Доброе утро! – поприветствовал адептов профессор Чонг. – У нас новенькая, но я вам ее не представлю. Пусть сначала покажет, на что способна.

Адепты, стоящие впереди, ухмыльнулись.

– Это он так со всеми, – Кристина сжала мою руку. – Его задача – научить нас стойко преодолевать препятствия, уметь держать себя в тонусе, физическом и моральном.

– Прилюдная насмешка – не лучший способ.

– Просто не обращай внимания. Если будешь выполнять норматив, он сразу отцепится.

– Угу…

– Бегом марш! – рявкнул профессор Чонг.

Сонная кучка адептов покачнулась от громкого голоса, дружно оттолкнулась от земли и побежала в лес.

Кристина убежала вперед, я отстала. Незнакомые запахи смешались, от чистого влажного воздуха кружилась голова. Мокрые после дождя листья хлестали по щекам, одежда промокла, внутри разлился адреналин.

Справа от меня раздался шелест, я насторожилась. Сбавив скорость, со мной поравнялся Норт.

– Привет, нарушительница порядка. Идем сегодня отрабатывать? – спросил буднично.

– После.. пар.. сходим..

– Окей.

Норт умчался вперед, а я еле добежала в числе последних.

– Плохо, новенькая, – профессор Чонг нашел меня среди толпы. – Ты – пустое место, пока не докажешь обратное.

Адепты столпились на поляне.

– Упражнения на выносливость начинай!

Покрывшись испариной после физ-ры, я, наконец, выползла из леса. Добралась до общежития и встала в самый конец очереди в душ. Раньше я думала, что мой школьный учитель по физ-ре – зверь.

Нет…

Звери – они в этой академии. Злые, жестокие, крылатые.

Кристина сказала, что во время бега у нас должны открываться внутренние источники силы, магия будоражит тело, отчего хочется скорее обернуться и взлететь в небо. Так и сделали некоторые адепты, среди которые был Норт-ворон, несколько белых голубей и около десяти драконов. Ими Чонг был весьма доволен.

Но я…

Я совершенно ничего не почувствовала, кроме привычного адреналина. Магия – ее будто не было во мне.

И это пугало.

Глава 7. Столовая

Подняв голову, я рассматривала высокий потолок в форме купола. Мы были в студенческой столовой размером с целый дворец!

Сквозь высокие витражные окна проникал мягкий свет. На полу – мелкая мозаика двух цветов: белого и золотого. Столы и стулья из темного дерева придавали роскоши, будто я в музее, где можно только смотреть и нельзя трогать.

Впрочем, это определенно точно была столовая. Об этом навязчиво напоминал аромат еды, стук посуды, звон столовых приборов. Горячий пар над столиком с какао.

В животе заурчало.

Понаблюдав за другими, я увидела, что они не платят за еду, а просто берут порции по одной. Я даже порывалась спросить об этом повара, которая разливала напитки, но она была слишком занята. В итоге взяла то же, что и другие адепты. Сладкую кашу, какао и бутерброд.

Студенты сидели группами по пять-шесть человек за широкими круглыми столиками. И, что странно, были четко разделены на стихии. Там, где сидели адепты в красных жилетках, не было ни одного в черной. И наоборот.

Какое-то соперничество? Пф… Я не собиралась в этом участвовать.

Посмотрела на себя. После душа я переоделась в форму, что оставила Хлоя в первый день. Белая блузка, юбка, колготки.

Мне еще не выдали жилетку согласно стихии, поэтому сейчас я казалась в зале белой вороной. Буквально.

Повернулась в сторону, куда ушла Кристина, и замерла. Вместе с другими огневиками она сидела за столом в самом центре столовой. Она сидела спиной, я не видела ее лица, но видела чужие.

Нервно переступила с ноги на ногу. Четыре, шесть, десять! У Кристины было много друзей. Все, как она, высокие, красиво одетые. Девушки в пестрых платьях, парни в хулиганистых рубашках и расслабленных галстуках. В глазах зарябило от множества новых лиц.

Ну, нет. В другой раз.

С подносом в руках, я остановилась возле маленького стола в уголке зала.

– Присяду?

Черные жилетки развернулись ко мне. И самым темным и приятным глазу пятном был Норт.

Черная матовая рубашка небрежно расстегнута в районе ворота, сверху – такая же черная, но уже блестящая, жилетка с серебряными пуговицами. В ухе металлическая серьга, а на запястьях множество грубых кожаных браслетов.

Если бы я познакомила его с мамой, она бы немедленно окрестила его "готом". А потом прочитала длинную лекцию, как опасны молодежные группировки, субкультуры с сомнительными интересами и специфическим имиджем. Мама любила читать нотации, благо ни один из ее советов мне не понадобился. В группировки я никогда не входила, неслась по жизни одиночкой, крутилась как белка в колесе, училась, подрабатывала. Ждала, что однажды отращу крылья и вылечу из гнезда.

Дождалась.

Вылетела… Как же теперь вернуться обратно?

Увидев меня, Норт оторвался от завтрака. Кивнул на пустой стул и, не говоря ни звука, зажевал свой бутерброд.

– Привет, – я посмотрела на девушек, что сидели за столом рядом с Нортом.

Обе русые, невзрачные, а глаза голубые-голубые.

– Привет! – дружелюбно улыбнулась одна. – Я Клара, а это Рита.

Они мило защебетали об уроках и домашнем задании по артефакторике, а я принялась за свой завтрак.

К косым взглядам проходящих мимо я уже привыкла. Похоже, тут вообще не любили новеньких. А Норт, наоборот, проявлял повышенный интерес и был совсем не против моей компании. Ничего, прорвемся! Где наша не пропадала. Хотя, по правде, нигде особо не пропадала. Это у меня первый раз так неудачно. Раз – и в другой мир.

– Клара, – я не знала, кого лучше об этом спросить, – почему огневики и воздушники сидят отдельно? Мне кажется, я чего-то не знаю.

Девушки мило переглянулись.

– Нас, способных к обороту, мало осталось, – пожала плечами, – мы стараемся держаться вместе, дружить с такими же или похожими видами.