Реджина Томасауэр – Женщина, которая светится изнутри. Как найти свой источник женской силы и сексуальности (страница 13)
Пора прислушаться к той, благодаря которой мы живем. Пришло время отдать дань почтения той части нас, которой так долго незаслуженно пренебрегали. Время поклониться новому храму, вновь освятить так долго осквернявшийся алтарь и восстановить утраченную связь с сердцем и душой вашей жизни, сердцем и душой этой книги – киской.
Когда женщина впервые решается найти утраченную связь с киской, на ее пути встает несколько препятствий. Нас так долго учили игнорировать ее и обходить эту тему, что теперь сама мысль о том, чтобы поладить с собственной киской, кажется неприличной. Гораздо привычнее продолжать это обособленное от нее существование. Нам ведь не хочется рисковать собственной репутацией, правда?
По своему опыту могу сказать, что восстановление контакта женщины с киской включает в себя несколько стадий:
Стадия 1: Полное отвращение. «Фу, кошмар, какая гадость!» Все, что связано с киской, кажется отвратительным и мерзким – хуже, чем вынести мусор или убрать за собакой.
Стадия 2: Она надевает на себя мантию исследователя и в этой воображаемой мантии обретает присущие настоящему исследователю любопытство и образ мышления. На киску можно смотреть без приступов тошноты.
Стадия 3: Природное любопытство растет. Женщина становится увлеченным исследователем, которого интересует строение и манит сверкающая аура объекта под названием «киска», ее многообразие и разновидности. Она начинает подозревать, что если не изучит эти 8000 нервных окончаний, то никогда не познает до конца этот аспект женской природы.
Стадия 4: Она становится страстной почитательницей киски. Знатоком, если угодно. Начинает с гордостью исследовать ее ландшафт, архитектуру, потенциал, который дарит факт обладания центром клиторального удовольствия. Она понимает, что женщина, владеющая своей киской, становится хозяйкой собственной жизни. Коренным образом меняется и отношение к самой себе, а уверенность в себе взлетает до небывалых и неожиданных высот.
Стадия 5: Оргазм. Чистый и незамутненный. Так чувствовал себя Гюстав Курбе, когда писал «Происхождение мира». (Не знаете это произведение? Погуглите!) Или Микален Томас в момент создания «Рождения вселенной» (точно стоит загуглить!). Женщина видит, чувствует – пропускает через себя – благоговейный трепет. Она обретает силу портала в саму жизнь. Ее переполняют слезы благодарности и потрясения от того факта, что она родилась женщиной – живыми и дышащими вратами созидания. Она слышит гимн Генделя «Аллилуйя» и «Пусть небеса и природа поют» или песню Киа «My Neck, My Back». (Найдите слова в Сети, но – не на работе!)
В общем, я хочу привести вас к Стадии 5.
Хочу убедить довериться собственной киске. Довериться и прислушаться к внутреннему Навигатору.
Именно этому посвящена оставшаяся часть книги – и вся моя жизнь.
В тот день во время демонстрации со Стивом Бодански все изменилось еще круче. Мы объяснили аудитории из более сотни женщин и мужчин, что Веру увезли в больницу, а я согласилась выступить вместо нее. Еще пояснили, что я никогда раньше не участвовала в публичных демонстрациях, но уже более десяти лет изучаю феномен оргазма. Любой желающий мог вернуть деньги – но никто этого не сделал.
Тогда я разделась и легла на массажный стол, раздвинув ноги перед сотней зрителей, и в течение следующего часа Стив подарил мне мощный продолжительный оргазм. Это было потрясающе. Никогда еще я не испытывала подобных ощущений и столь сильного удовольствия. Все случилось с точностью до наоборот – совсем не так, как я представляла: киске понравилось внимание аудитории. Если подумать, я получила все, что ей так нравится: внимание, одобрение, благодарность, похвалу и удовольствие. Я испытывала непередаваемое ощущение связи с каждым живым существом и со всей планетой. Я была электрическим током, проводником, источником силы, ветром в деревьях, солнечным светом, океанскими волнами. Я была не только нитью в энергетической ткани вселенной, но и отдавала свою энергию. Я, которая еще несколько лет назад была самым отчужденным, оторванным существом, какое только можно представить. И вот я превратилась в разодетую в блестки тамбурмажоретку[5], шагающую впереди парадного оркестра киски. Я не просто стала звездой собственного шоу, но теперь глазами киски увидела, что всегда ею была. Вся предыдущая жизнь была лишь прелюдией к этому моменту. Богиня внутри освободилась.
Я делала это ради своей подруги Веры, но на самом деле – это она оказала мне услугу, помогла оказаться там, куда раньше я не могла попасть из-за стыда и страданий, перенесенных в процессе взросления, и теперь не было пути обратно. Я была свободна, и моя киска освободила меня. Моя благодарность не знала предела. Я была женщиной, оторванной от внешнего мира, от своего тела, от собственного имени. Но в тот день киска помогла мне восстановить связь настолько мощную, что я снова почувствовала контакт с внешним миром.
Ваша жаждет сделать то же самое. (Не волнуйтесь: следовать ее указаниям вовсе не означает оказаться с раздвинутыми ногами на массажном столе перед сотней незнакомцев. Это было мое приключение, а ваша киска сама найдет приключение для тебя.) Именно поэтому она заставила тебя взять с полки эту книгу. Она жаждет установить связь с вами – чтобы, в свою очередь, стать связующим звеном между вами и миром. Она назначает вас звездой, а не актрисой второго плана. Она хочет, чтобы вы почувствовали все свое великолепие, чтобы вновь засияли ярким светом, заполнив все пространство, которое она освободила для вас. Она хочет, чтобы вы познали революцию удовольствия, чтобы узнали, что все мы – сестры, все способны творить и что удовольствие не просто даровано нам от рождения, но является нашим порталом к Богине. Теперь она Великая Преобразовательница, и так было всегда, и в следующей главе я расскажу, что она умеет.
3
Великая преобразовательница
Итак, киска – источник нашего удовольствия, а удовольствие – источник нашей силы. И тем не менее каждый год, приветствуя новобранцев в «Школе женских искусств», я вижу класс из нескольких сотен женщин, уверенных, что в них все не так. Начиная с внешнего вида и самочувствия и заканчивая телами, доставшимися им при рождении.
Под влиянием мировой патриархальной культуры в женщинах формируется стойкая уверенность, что они неправильные и сломленные. На мой взгляд, причина тому – жестокое обращение в детстве. Я выросла в полной уверенности, что со мной что-то не так, и ужасно этого стыдилась. В возрасте двадцати пяти лет я попыталась решить эту проблему посредством терапии, самолечения и околоакадемического исследования – только эти инструменты пришли мне в голову. Но что бы я ни делала, улучшить самочувствие не удавалось. Я никак не могла заставить себя радоваться. Если бы меня спросили, в чем проблема, то и в мыслях не было бы связать это с издевательствами брата. Они настолько прочно вошли в раннее детство, что я перестала воспринимать их проблемой. Но именно с ощущением сломленности вставала каждое утро и каждый вечер ложилась спать. Я знала: меньше всего на свете мне хочется возвращаться домой и быть с семьей.
Я отчаянно пыталась пробудить в себе врожденную страсть, и в то же время во мне глубоко и безнадежно укоренилась уверенность, что это никогда не удастся. Ни при жизни, ни после.
Тогда я еще не понимала, что переживаю стадию «до». Видите ли, в жизни каждой женщины бывает «до» и «после».
До
Мое «до» началось с детства, полного насилия, плавно перешедшего в студенческие годы, когда я изо всех сил старалась адаптироваться в мировой патриархальной культуре, сгибаясь под тяжестью детской травмы. После окончания колледжа это переросло в отчаяние, мешавшее сделать хоть шаг к осуществлению желаний.
Я не знала почему. Я говорила себе, что мне некогда – и, по правде говоря, так и было.
Я была занята тем, что читала работы Карла Юнга, изучала феномен архетипов, читала о древней Японии и Древней Греции, знакомилась с трудами Джозефа Кемпбелла, Мерлина Стоуна, Марии Гимбутас, учила древнегреческий. И все записывала в дневники – мечты, чувства, мысли. У меня были ночные кошмары, я боялась темноты. И понятия не имела, чего боюсь, сидя в своей тихой и уютной студии.
Оглядываясь назад, я понимаю, что именно тогда вышли из строя мои механизмы, отвечающие за выживание. Вся жизнь до того момента сводилась к попытке выглядеть хорошо, скрывая невысказанную боль, раны и последствия жестокого обращения. Я не только не могла говорить о происходящем дома, но и вынуждена была сносить бремя разочарованности во мне родителей. Я не вышла замуж за еврея и не поступила в школу для медсестер. Они не одобряли актерскую карьеру, которую я избрала. Я не могла сделать нужные шаги по карьерной лестнице, потому что испытывала невероятный стыд и парализующую боль. Я не могла вынести, чтобы к моему неприятию себя прибавилось еще и их неодобрение. Терапия, казалось, только усугубила проблемы: теперь я знала, почему была сломлена и кого следовало в этом винить, но не было нужных инструментов, чтобы залечить рану.