Редьярд Киплинг – Сказки (страница 5)

Что поделать!

Прыгал он по камням, прыгал он по песку, прыгал он по всем пустыням Средней Австралии, прыгал, как прыгают кенгуру.

Сначала он прыгнул на один аршин[11], потом – на три аршина, потом – на пять аршин. Ноги его окрепли и удлинились. Ему некогда было отдохнуть или закусить, хотя он в этом очень нуждался.

Динго, жёлтый пёс Динго, рассвирепев от голода, гнался за ним как бешеный и не мог надивиться, отчего старый кенгуру вдруг запрыгал.

А он прыгал, как кузнечик, как горошина в кастрюле, как резиновый мячик в детской.

Что поделать!

Он поджал передние лапы и прыгал на одних задних. Чтобы не потерять равновесия, он вытянул хвост и всё прыгал и прыгал по равнине.

Что поделать!

Динго, усталый пёс Динго, всё более голодный и разъярённый, бежал, недоумевая, когда же кенгуру остановится.

В это время Нконг вышел из своего соляного озера и сказал:

– Уже пять часов.

Динго, бедный пёс Динго, вечно голодный и грязный, сел, высунул язык и завыл.

Сел также и кенгуру, старый кенгуру, расправил хвост и воскликнул:

– Слава богу, что это кончилось!

Тогда Нконг, всегда необыкновенно вежливый, сказал ему:

– Что же ты не благодаришь жёлтого пса Динго? Почему ты до сих пор не выразишь ему признательности за всё, что он для тебя сделал?

Кенгуру, измученный старый кенгуру, ответил:

– Я не понимаю, за что. Он прогнал меня из тех мест, где я провёл детство, он не дал мне покушать, наконец, он изуродовал мои ноги.

Нконг возразил:

– Если не ошибаюсь, ты просил меня сделать тебя непохожим на других зверей, чтобы все заговорили о тебе. Это свершилось, и сейчас ровно пять часов.

– Да, – сказал кенгуру, – лучше бы я не просил тебя. Я думал, что ты пустишь в ход какие-нибудь чары, а ты просто посмеялся надо мною.

– Посмеялся! – крикнул Нконг из воды, куда он опять влез. – А ну, повтори ещё раз! Я позову Динго и заставлю его гнаться за тобой до тех пор, пока ты не останешься совсем без задних ног.

– Нет, нет! – сказал кенгуру. – Прошу прощения. Ноги всё-таки – ноги, и без них нельзя обойтись. Я хотел только объяснить, что с утра ничего не ел и в животе у меня совсем пусто.

– И я тоже, – вставил Динго, жёлтый пёс Динго. – Я сделал его непохожим на других зверей и за это хотел бы что-нибудь получить на чай.

Нконг ответил им из своей соляной ванны:

– Завтра изложите свои просьбы, а теперь я буду купаться.

Старый кенгуру и жёлтый пёс Динго остались друг против друга в самой середине Австралии, и каждый из них твердил:

– Это ты во всём виноват!

Первые броненосцы

Я хочу рассказать вам, милые мои, ещё одну сказочку из очень отдалённых времён. Был на свете тогда Забияка Колючий Ёжик, и жил он на берегу быстрой реки Амазонки, питаясь улитками и слизняками. У него была приятельница Медлительная Степенная Черепаха, которая также жила на берегу быстрой реки Амазонки и питалась зелёным салатом и всякой травой.

Так-то, милые мои!

В те же отдалённые времена жил-был Пятнистый Ягуар. Он также обитал на берегу быстрой реки Амазонки и питался всем, что только мог поймать. Если ему не попадались олени или обезьяны, он ел лягушек и жуков. Если он не находил лягушек и жуков, то бежал к своей матери Ягуарихе, которая учила его, как есть ёжиков и черепах.

Она часто повторяла ему, грациозно помахивая хвостом:

– Сын мой, когда ты найдёшь ёжика, то брось его в воду, и он развернётся. Когда же ты найдёшь черепаху, то выцарапай её лапой из-под её рогового щита.

Так-то, милые мои!

В одну прекрасную ночь Пятнистый Ягуар нашёл под стволом упавшего дерева Забияку Колючего Ёжика и Медлительную Степенную Черепаху. Убежать им не удалось, и потому Забияка Колючий Ёжик свернулся в клубочек – недаром он был ёжиком, а Медлительная Степенная Черепаха, насколько возможно было, втянула голову и ножки под роговой щит – недаром она была черепахой.

Так-то, милые мои!

– Вот затруднение! – воскликнул Пятнистый Ягуар. – Мать учила меня, что, когда я встречу ёжика, надо бросить его в воду, и он развернётся, а если я встречу черепаху, то должен выцарапать её лапой. Но кто же из вас ёжик, а кто черепаха? Клянусь своей пятнистой шкурой, я не знаю.

– Ты не спутал ли, чему тебя учила мама? – спросил Забияка Колючий Ёжик. – Может быть, она сказала, что черепаху надо развернуть, а ёжика выцарапать лапой?

– Ты не спутал ли, чему тебя учила мама? – спросила Медлительная Степенная Черепаха. – Может быть, она сказала, что ёжика надо выцарапать, а черепаху бросить в воду?

– Кажется, что не так, – ответил Пятнистый Ягуар, порядком озадаченный. – Пожалуйста, повторите ещё раз, да только яснее.

– Если ты выцарапаешь лапой воду, то развернёшь ёжика, – сказал Колючий Забияка. – Хорошенько запомни, это очень важно.

– Однако, – перебила Черепаха, – если ты выцарапаешь мясо, то уронишь черепаху. Неужели ты не понимаешь?

– Ну вас совсем. Я ваших разъяснений не спрашиваю. Мне нужно знать одно: кто из вас ёжик, а кто черепаха.

– Этого я тебе не скажу, – ответил Колючий Забияка. – Но ты можешь, если угодно, выцарапать меня из-под моего щита.

– Ага! – воскликнул Пятнистый Ягуар. – Вот ты и проговорился. Теперь я знаю, что ты черепаха. Ты думал, я не узнаю? Как же!

Пятнистый Ягуар протянул свою лапу, а в это время Ёжик свернулся клубочком, и, конечно, иглы впились в лапу Ягуара. Но хуже всего то, что Ягуар отбросил Колючего Забияку в кусты, где было так темно, что он не мог его найти. От боли Ягуар сунул лапу в рот, но иглы от этого вонзились ещё глубже. Как только он был в состоянии вымолвить хоть слово, то воскликнул:

– Теперь я знаю, что ты не черепаха. А впрочем, – добавил он, почёсывая затылок здоровой лапой, – почём знать, что другая действительно черепаха?

– Конечно, я черепаха, – сказала Медлительная Степенная особа. – Твоя мама была права. Она говорила, что ты должен меня выцарапать из-под щита. Ну, начинай!

– Только что ты рассказывала совсем другое, – ответил Пятнистый Ягуар, выбирая занозы из своей лапы. – Ты уверяла, что мама учила меня как-то иначе.

– Может быть, я и уверяла, что она учила иначе, что ж такого? Если она говорила то, что ты говорил, будто я говорила, то это всё равно, как если б я сказала то, что она сказала. А если ты думаешь, что она учила тебя развернуть меня лапой, то это уже не моя вина.

– Но ведь ты же хотела, чтобы я попробовал выцарапать тебя из-под щита? – спросил Пятнистый Ягуар.

– Подумай хорошенько, тогда ты вспомнишь, что ничего подобного не было. Я тебе говорила, что твоя мать тебе говорила, чтобы ты выцарапал меня из-под щита, – сказала Черепаха.

– Что, если я попробую? – спросил Пятнистый Ягуар, нерешительно протягивая лапу.

– Не знаю, меня ещё никогда не выцарапывали. Но если хочешь посмотреть, как я плаваю, то брось меня в воду.

– Не верю я тебе, – сказал Пятнистый Ягуар. – Ты меня сбила с толку тем, что мама говорила и что ты говорила. Теперь я сам не знаю, стою ли я на голове или на своём пёстром хвосте. Когда ты говоришь ясно, то я путаюсь ещё больше. Мама сказала мне, что одного из вас надо бросить в воду. А ты так добиваешься, чтобы я тебя бросил в воду, что, вероятно, совсем этого не хочешь. Ну так прыгай же в быструю Амазонку, да поживее!

– Предупреждаю тебя, что твоя мама будет недовольна. Не говори ей, что я тебе этого не говорила, – ответила Черепаха.

– Если ты скажешь ещё одно слово о том, что сказала моя мать, – начал Ягуар, но оборвал свою речь, так как Черепаха преспокойно нырнула в Амазонку, долго плыла под водой и наконец вышла на берег в том месте, где её ожидал Колючий Забияка.

– Насилу-то спаслись! – воскликнул Ёжик. – Не нравится мне этот Пятнистый Ягуар. Что ты ему сказала?

– Я честно призналась, что я черепаха, но он не поверил и велел мне прыгнуть в воду, чтобы посмотреть, действительно ли я черепаха. Когда он в этом убедился, то был очень удивлён. Теперь он всё расскажет своей маме. Вот послушай!

Пятнистый Ягуар рычал под деревьями на берегу быстрой Амазонки до тех пор, пока к нему не пришла его мать.

– Сынок, сынок! – несколько раз повторила мать, грациозно виляя хвостом. – Зачем ты делал то, чего не надо было делать?

– Я тронул зверька, который хотел, чтобы я его выцарапал, и занозил себе лапу, – жаловался Пятнистый Ягуар.

– Сынок, сынок! – твердила мать, грациозно виляя хвостом. – По твоим занозам я вижу, что это был ёжик. Ты должен был бросить его в воду.

– Я бросил в воду другого зверька. Он называл себя черепахой, но я не поверил, а оказывается, что это была правда. Он нырнул в быструю Амазонку и больше не вылезает, а я до сих пор ничего не ел. Пойдём лучше поищем себе другое жильё. Здесь, на берегу Амазонки, звери для меня слишком умны.