Редгрейн Лебовски – Беспокойная Анна (страница 45)

Кай достал из кармана телефон и, открыв утреннее сообщение о Жатве, положил его на стол. Взглянув на дисплей, Алистер только вопросительно изогнул бровь, ожидая дальнейших объяснений.

– Это какая-то ошибка, – сказал Жнец, когда пауза начала мучительно затягиваться.

– Исключено, – без малейшей тени сомнения заверил его мужчина. – Ты ведь знаешь, что я никогда не ошибаюсь.

Сердце Кая замерло.

– Проверь все еще раз, –  дернулся он. Видя каменное лицо Алистера, Жнец немного поумерил пыл и, судорожно вдохнув воздух, прошептал: – Пожалуйста…

Наставник прищурился и, подавшись вперед, уперся локтями в столешницу.

– В чем дело, Кай? – Спросил он, впившись озабоченным взглядом в подопечного. – У тебя возникли какие-то проблемы?

– Просто сделай это! – В голосе парня отчетливо зазвучали высокие нотки. Чем дальше все это затягивалось, тем меньше у него оставалось терпения, и возрастал риск сорваться на крик.

Ничего не говоря, мужчина достал из выдвижного ящика толстенный блокнот и открыл одну из заложенных страниц. Проведя пальцем по списку, он остановился на строке, где было написано «Грейс Уотсон» и занервничал. Повертевшись в кресле, он нетерпеливо забарабанил пальцами по столу.

– Все верно, – казалось, он с трудом выдавливает из себя каждое слово. – А теперь объясни мне, почему это имя до сих пор не зачеркнуто? Время ее смерти давно прошло… Почему ты не забрал ее душу, Кай?

Жнец молчал. Он хотел рассказать столько всего, а сейчас не мог склеить вместе и двух слов. Петра, как всегда, оказалась права, советуя рассказать наставнику все от начала и до конца. Но тот сейчас был явно не в состоянии выслушать подопечного. Именно в этот момент для Алистера разом исчезло все вокруг – Анна, демоны, сумасшествие, весь мир… Сейчас его интересовало только то, почему девушка, которая должна была умереть, до сих пор жива.

– ОТВЕЧАЙ! – Взревел мужчина, стукнув блокнотом по столу.

– Я не буду забирать ее, – сказал Кай, пытаясь придать своему голосу как можно больше уверенности.

– Повтори, что ты только что сказал? – Прошипел Алистер, медленно  поднимаясь из-за стола.

– Я не буду забирать Грейс Уотсон, – отрешенно повторил Жнец, глядя на наставника. Ему еще не приходилось видеть его таким разъяренным.

Пробормотав себе под нос несколько ругательств, мужчина подошел к парню почти вплотную.

– Ты прекрасно знаешь, что происходит с душами, которые не покинули этот мир в отведенное им время. – Он задумчиво потер кончики усов. – Ты никогда не упоминал, что знаком с этой девушкой… Если б я знал это, то не сделал бы тебя ее Жнецом… Но теперь слишком поздно. Я отдал ее душу под твою опеку, так что будь добр, иди и сделай свою работу, как тебе и положено. Если б ты раньше удосужился поведать мне о своих привязанностях, я б приставил к ней другого Жнеца. Не разочаровывай меня, Кай.

Парень сделал несколько шагов назад и покачал головой.

– Грейс останется, – он не желал больше продолжать этот разговор, ведь никакие угрозы и причитания наставника в любом случае не изменили бы его решения. Он что-то придумает, он найдет выход из этого положения, и Алистер должен понять, что Жнец не послушается его. На этот раз он возьмет все в свои руки.

– Ты не посмеешь, – прошипел мужчина, злобно сверкнув глазами. Ярость, полыхавшая в них, казалось, только и ждет момента, чтоб вырваться наружу.

– А ты попробуй меня остановить, – насмешливо фыркнул Кай и направился к двери. Он не  хотел грубить, но все получилось само собой. Надев непроницаемую маску самоуверенности, он весьма вжился в роль, невзирая на то, что она была вопиюще фальшивой. Но нельзя было позволить Алистеру понять, насколько парень раним, ведь тогда бой будет проигран.

– ОНА. ДОЛЖНА. УМЕРЕТЬ! – Проревел мужчина прежде, чем Жнец закрыл за собой дверь.

Судя по удивленно вытянувшемуся и побледневшему лицу Ингрид, Алистеру придется изрядно попотеть, объясняя эту недвусмысленную фразу. Но Каю было все равно. Вылетев из приемной, он помчался вниз по лестнице. Теперь он точно знал, что ему нужно сделать. Теперь он просто обязан рассказать Грейс абсолютно все.

12. Я не твой герой

– Послушай… То, что я хочу тебе рассказать… –  начал было Кай, но замолчал, нервно переминая пальцы и стараясь не смотреть на Грейс. Девушка оперлась на кухонный стол и, явно недоумевая, уставилась на него.

Парень весьма озадачил ее, заявившись без предупреждения и стараясь сохранять дистанцию. Как только он пришел, Грейс заключила его в объятия и попыталась поцеловать, но Кай, бессвязно пробормотав себе что-то под нос, высвободился и проскользнул на кухню. Он понимал, что такое поведение весьма неприятно для Грейс, но ничего не мог с собой поделать. Если он сейчас все ей не расскажет, то вряд ли найдет в себе силы сделать это потом. Все его естество протестовало против открытия своей самой сокровенной тайны, и, возможно, при других обстоятельствах Жнец прислушался бы к внутреннему голосу, но встреча с наставником все изменила. 

– Что происходит? – Голос Грейс прозвучал весьма неуверенно, словно она  сама еще не решила, хочет ли услышать ответ. Скрестив руки на груди, она склонила голову набок и несколько дредов скользнули по обнаженному плечу.  Одетая в потертые джинсы и майку на тонких бретельках, девушка зябко съежилась.

Проливной дождь застилал окна пеленой, превращая мир за стенами дома в большое размытое пятно. Струйки воды стекали по стеклам, оставляя тонкие следы, которые почти сразу смывало очередной волной капель. Кай зачарованно смотрел в окно, словно надеялся, что все решится само собой, как только он выйдет из ступора. Но это были лишь пустые мечты. Последние слова Алистера отдавались в ушах протяжным эхом, заставляя парня еще больше переживать.  Как рассказать человеку, что он должен скоро умереть, и что именно ты заберешь его душу? Какие подобрать слова, чтоб все прозвучало более осмысленно, чем все те речи, что вертелись в его голове? Грейс не поверить ни единому его слову, или же побежит к прокурору с просьбой выписать ордер, запрещающий Каю приближаться к ней ближе, чем на десять метров. В любом случае итог один – он потеряет единственную девушку, которую так отчаянно боялся потерять.  

– Кай? – Нахмурившись, позвала Грейс. Недоумение в ее глазах сменилось тревогой.

– Ладно, – прошептал Жнец, с трудом отрывая взгляд от гипнотизирующего дождя. – Ты должна знать, что все, что я скажу… я никогда никому об этом не рассказывал. Об этом знают только мои лучшие друзья и те, кто такие же, как и я.

– Такие же, как и ты? – Девушка недоверчиво прищурилась.

– Ты сейчас все поймешь, – Кай запустил дрожащую ладонь в волосы. Со стороны это выглядело так, будто он пытается не то взлохматить их, не то повыдергивать. –  Только для начала я должен сказать, что сейчас я нахожусь в здравом уме… И я ничего не употреблял. Все, что я расскажу, может показаться тебе бредом, и я вполне осознаю, то это будет нормальной реакцией… Испуг, желание вызвать полицию – это все будет абсолютно нормальным, так что не стесняйся. Единственное, что я прошу: выслушай меня до конца. И если потом ты захочешь, чтоб я ушел, просто скажи.   

– Кай, прекрати… Ты меня пугаешь, – сдавленно выдохнула Грейс и, выдвинув из-за стола кресло, мягко опустилась на него. На ее миловидном личике отображалась смесь такой неподдельной тревоги и смущения, что парень больше не смог тянуть. Собравшись с духом, он глубоко вдохнул и затараторил:

– Грейс, на самом деле я не обычный парень. Я – Мрачный Жнец. Я умер в тысяча восемьсот восемнадцатом году, когда мне было двадцать лет. – Заметив, что ошарашенная девушка открыла рот, чтоб что-то сказать, Кай жестом велел ей промолчать. – Пожалуйста, сначала просто выслушай. А потом скажешь все, что захочешь, если, конечно, захочешь. И еще раз хочу заверить тебя в том, что я не сумасшедший и не пьяный. Так вот, я родился и вырос в Англии, в дворянской семье, занимающей значительное положение при дворе короля Георга III. Я рос в окружении дорогих вещей, знатной компании, тщеславия и полной вседозволенности, которая пряталась за благородством «голубой» крови. Если у тебя были деньги и титул – считай, у тебя было все, что пожелаешь. Так было в то время, и, должен признать, до сих пор в мире ничего не изменилось. В моем кругу образованность и прекрасные манеры дивным образом сочетались с дерзостью и расточительством. Я веду к тому, что именно мое положение сделало меня тем, кем я стал, хотя, в любом случаем, это не оправдание. То, что я покинул мир живых отъявленным козлом отнюдь не повод для гордости… Хотя, не все так безнадежно, ведь были моменты, когда я вел себя весьма достойно и совершал благие деяния. За те моменты просветления меня можно было даже назвать джентльменом, но, к сожалению, этот термин появился уже после моей смерти. Так вот, когда меня обуревали добрые намерения, я помогал тем, кому мог помочь и делал все возможное, чтоб хоть немного облегчить участь тех, помочь кому было выше моих сил. Сейчас все эти добрые поступки кажутся мне просто ничтожно маленькими, но, как мне удалось узнать в день своей смерти от своего Жнеца, именно они послужили той  спасительной соломинкой, которая уберегла меня от Ада. Другими словами, моя душа была недостаточно светлой для Эдемских кущ, но и не успела испачкаться настолько, чтоб отправиться в Адское пламя. И мне предоставили выбор: остаться на Земле беспокойным призраком, или же взять на себя обязанности Мрачного Жнеца и попытаться заслужить билет в Рай. Как видишь, я выбрал второе. Моя работа заключается в том, что в момент смерти человека я высвобождаю его душу из тела и указываю дальнейший путь. Я провожу ее до своеобразного перевалочного пункта, до определенной границы, за которую уже не могу заглянуть. После этого я снова погружаюсь в привычную жизнь смертных.