RedDetonator – Владимир, сын Волка (страница 59)

То есть, имелась тенденция к увеличению арабских пожертвований — скоро КГБ узнает подробности «бизнес-плана» Усамы и получит в своё распоряжение всю его бухгалтерию. Вряд ли он сможет слишком долго сопротивляться специально обученным людям…

— Гром-1, Дрозд-1 на связи, — произнёс генерал-майор Воскобойников. — Принято — хорошая работа.

Директор заулыбался, как и остальные офицеры в помещении.

— Да, товарищи офицеры, — улыбнулся Борис Николаевич. — Объект на нашей территории и летит в Кабул. Всех поздравляю — хорошо поработали.

Поднялся шум, очень радостный Орлов похлопал Директора по плечу.

— Вот кто же знал, что всё так обернётся, а⁈ — спросил он. — Если бы мы не успели, если бы не допросили того душмана!

— Мои орлы! — подошёл к ним радостный генерал-майор Гаськов и потрепал их по волосам. — С такими никаких бед и печалей! Сегодня собираемся у меня! Это надо отметить!

Ситуация с бен Ладеном очень странная: с одной стороны, он привлекает для душманов огромные деньги, но с другой, он всё ещё остаётся среди них почти никем.

Деньги — это для афганцев, скорее, что-то вроде абстракции. Они понимают их ценность, они знают, что на эти деньги закупаются оружие и боеприпасы, но в людях они ценят, прежде всего, личные качества.

В этом местные жители импонируют Директору — их взгляды на деньги очень традиционны, поэтому они воспринимают их как инструмент, а не самоцель. Если какому-нибудь старейшине предложить ковёр или эквивалент его стоимости в долларах, он выберет ковёр, потому что с деньгами слишком много возни, а ковёр — вот он…

Поэтому кишлачных старейшин и мулл почти бессмысленно подкупать деньгами — это может быть воспринято как оскорбление. Принести деньги — значит подойти к нему как к торговцу на базаре, а не как к уважаемому лидеру.

«Восток — дело тонкое…» — подумал Директор. — «И всё это написано в учебниках, всё это дают в учебках…»

Усама бен Ладен, к сожалению, для него, проявить личные качества перед душманами просто не успел. Положение его не было достаточно весомым, чтобы ему предоставили серьёзную охрану.

Группа «Вымпела», согласно плану, пешком пересекла афгано-пакистанскую границу, не подняв тревоги, добралась до нужного тренировочного лагеря и захватила бен Ладена.

Многократно проще было бы его убить, что тоже бы сильно испортило жизнь душманам, но сведения о каналах финансирования, о ключевых лицах, сидящих в Пешаваре и управляющих распределением средств, номера счетов, конкретные шейхи, финансирующие душманов — всё это было слишком ценным, чтобы просто убить бен Ладена.

Директор долго думал о том, что даёт успех этой операции.

Краткосрочно — хаос в рядах арабских добровольцев и шейхов-спонсоров, паранойя в ISI и ЦРУ, потому что без вести пропал «бухгалтер» их партнёров по «Циклону», а это хуже, чем просто его смерть, ведь неизвестно, куда именно он пропал без вести.

Среднесрочно — скорее всего, после недолгой остановки, финансирование продолжится, но уже не всеми шейхами, а ещё это плохо скажется на потоке добровольцев из арабских стран, потому что если даже целый миллионер пропал, то об остальных даже задумываться не хочется. Ну и, само собой, больше не будет какого-то одного «финансиста джихада», который будет фокусировать на себе все потоки денег.

Долгосрочно — всё вернётся на круги своя, потому что свято место пусто не бывает, но Аль-Каида не возникнет в том виде, в каком она возникла в 1989 году, что уже хорошо.

Но что-то обязательно возникнет, потому что тенденцию одним похищением не остановить. Исламисты будут радикализироваться, ведь у них очень много теоретиков разной степени радикальности.

«Талибы сейчас — это просто мальчишки в лагерях для беженцев в приграничье Пакистана», — подумал Директор. — «Но они ещё скажут своё слово, лет через десять».

* Демократическая республика Афганистан, город Кабул, район Шашдарак, здание ХАД , 3 декабря 198 4 года*

— Суетится, да? — поинтересовался Директор.

— Да, — сдержанно улыбнулся Саид. — Волнуется и пытается понять, что значит эта смена руководителя Представительства.

— И правильно делает, — произнёс Директор, прикурив сигарету «Lucky Strike». — Ничего хорошего, для него, это не значит…

Прослушку из его кабинета убрали — по приказу нового руководителя Представительства КГБ в Афганистане, генерал-майора Гаськова.

Наверху решили, что с Воскобойникова хватит — похищение сверхценного араба и так очень хорошо скажется на его послужном списке, поэтому операцию «Кишмиш» должен закончить генерал-майор Гаськов.

По итогам допросов бен Ладена, Бориса Николаевича собираются представлять к Ордену Ленина, потому что Усама поведал информацию стратегической ценности. Оказалось, что он знает некоторые подробности операции «Циклон», а также хорошо помнит имена и лица ряда очень интересных командиров движения моджахедов, о которых КГБ было не известно почти ничего.

Но ценнее были сведения об арабских шейхах и подробностях набора добровольцев в странах Ближнего Востока…

А переполох, поднявшийся по ту сторону южной границы, сложно описать, потому что там начался хаос — прилетел представитель арабов и требовал выяснить, куда делся Усама, Файзулла позвал Директора на внеочередную встречу и потребовал выяснить всё, что он знает о произошедшем, обещая взамен поставку в 2000 видеомагнитофонов.

То есть, как минимум, созданы разногласия между арабами и душманами, а ещё руководство ISI надрало хвост подчинённым, чтобы шевелились быстрее.

— Скажи своим ребятам, чтобы не отсвечивали и не проявляли активности, — попросил Директор. — Не нужно привлекать его внимания, а то возможны инциденты. Чует моё сердце, что скоро в ХАД произойдут большие изменения…

— А когда я полечу в Москву? — спросил Саид.

— Как только решится вопрос с Наджибуллой, — ответил Директор. — И как только ты удостоверишься, что Мансур, действительно, соответствует нашим высоким стандартам. Если он сможет заменять тебя полгода, то ты без лишних тревог окончишь ускоренный курс и вернёшься, а он поедет в Москву.

Мансур Хуссаини — это новый перспективный кадр, найденный в ходе тщательного отбора кандидатов на службу в ХАД. В отличие от Саида, он не так молод — ему тридцать четыре года, он армейский капитан, решивший попытать удачу. Родом он из хазарейцев, на лицо — выглядит как обычный выходец из Центральной Азии.

Несмотря на возраст, он сдал тесты на «отлично», а также показал неплохой потенциал в финальном тесте — выявлены склонность к гуманитарным наукам и некоторые успехи в точных науках. Такое не берётся с пустого места, поэтому Директор направил его в существующий в подвешенном состоянии отдел Саида.

Люди, которые нужны Директору, те 2–3%, согласно нормальному распределению, как правило, и так неплохо устраиваются в жизни. И это необязательно какие-то высокие и значимые посты, потому что далеко не все люди амбициозны.

Пока что, таких талантов у него всего два, но он уверен, что, со временем, их станет больше.

И такие люди открывают большие возможности: Саид великолепно выполняет свою работу и собирает досье на каждого сотрудника ХАД. Официального разрешения ему никто не давал, поэтому он делает это негласно и уже адаптировался к этому.

Он уже разоблачил троих офицеров, получающих деньги от душманов — сведения о них были переданы КГБ и ими занимаются.

На взгляд Директора, в ХАД слишком много шпионов и предателей, аномально много — так быть не должно, речь ведь, всё-таки, о спецслужбе…

Но факты говорят о том, что тут офицеры дают взятки даже друг другу и продают сведения, полученные за деньги, душманам. Причём не очень дорого, даже если мерить местными мерками.

А кадровая политика Наджибуллы лишь усугубляет положение, потому что он упорно расширяет штат, чтобы получить больше влияния. До Наджибуллы в ХАД числилось до 5000 человек, а сейчас общая численность — около 40 000 человек.

Внедрение тестирования кандидатов лишь замедлило процесс наращивания личного состава ХАД, потому что охватывает только офицеров, а так, Наджибулла активно набирает штат в других подразделениях.

И если его снимут, а на его место поставят кого-то более внимательно прислушивающегося к советам КГБ, перед Директором, Саидом и Мансуром будет стоять большая и амбициозная работа. Нужно будет наладить кадровую службу и заняться тщательной чисткой рядов.

Директору не нужен покорный орган государственной безопасности ДРА — ему нужен эффективный ХАД.

С этого всё и начнётся.

ХАД, а через него армия и Царандой.

«Надеюсь, Эдуардыч не подведёт и дожмёт Наджибуллу», — подумал Директор, туша окурок в пепельнице.

Примечания:

1 — Об убийстве Тараки Амином — в нашем полночном эфире снова рубрика «Red, зачем ты мне всё это рассказываешь⁈» — тут нужна небольшая историческая справка. Изначально Народно-демократическую партию Афганистана возглавлял Нур Мохаммад Тараки, который её и основал 1 января 1965 года, на учредительном съезде. Важным моментом является то, что Тараки ездил в СССР, много общался с членами КПСС, консультировался и напитывался вдохновением, чтобы совершить в Афганистане революцию. Следовательно, КПСС видела в нём лицензионного амбассадора марксизма-ленинизма. Но затем случилась ерунда — оказалось, что в НДПА собрались люди с различающимися взглядами на то, как должен строиться социализм в Афганистане, поэтому Бабрак Кармаль собрал сторонников своих взглядов и осенью 1966 года вышел из состава партии, сформировав фракцию Парчам (переводится как «Знамя»), а Мохаммад Тараки, собрав оставшихся, сформировал фракцию Хальк (переводится как «Народ»). По сути, произошёл раскол на «большевиков» и «меньшевиков». Так и жили. А потом Мухаммед Дауд — мистер Твистер, бывший премьер-министр, решил, что надо избавляться от монархии и устроил небольшую революцию, при ограниченном участии НДПА, преимущественно фракции Хальк. Дауд был большим другом СССР, поэтому пользовался его поддержкой — советские специалисты начали многие инфраструктурные проекты именно тогда. На радостях и осознавая свою неспособность объединить массы под одним стягом, он даже дал посты членам НДПА, преимущественно Хальку. Но потом эта большая дружба начала проходить, потому что Дауд принял новую конституцию, в которой провозглашалась однопартийность, с главенством Национально-революционной партии Дауда, а все остальные партии отныне запрещены. Это вызвало сильную нестабильность, начались заговоры, попытки убийства, репрессии и так далее. Но хуже всего то, что Дауд начал смотреть на запад, налаживать отношения с Пакистаном и даже сотрудничать со спецслужбами иранского шахиншаха, чтобы покончить с коммунистами. И тут очень кстати пришлась НДПА, которая и устроила Саурскую революцию против Дауда. Локомотивом революции была партия Хальк, которая и заняла подавляющее большинство постов во власти. Возглавил всё Мохаммад Тараки, который поставил своим замом Хафизуллу Амина. Фракция Хальк начала радикальные реформы, но Тараки пользовался расположением СССР, поэтому считалось, что всё нормально. По сути, эти реформы и вызвали гражданскую войну в Афганистане, а затем Амин, которому стало мало поста вечного зама, устроил микропереворот, в ходе которого Мохаммад Тараки был свергнут, арестован, а затем загадочно убит. Заслуживает внимания то, как именно это произошло. Противоречия между Тараки и Амином нарастали, поэтому первый решил встретиться, чтобы обсудить ситуацию. Амин пришёл с вооружёнными телохранителями — добром это не закончилось. Началась перестрелка, как у настоящих гэнгста, из которой победителем вышел Амин — фактическая власть к тому моменту была в его руках, поэтому он использовал эту перестрелку как благовидный повод для смещения Тараки. Обстоятельства перестрелки неоднозначны — разные источники дают разную оценку. Кто-то говорит, что это Тараки пытался взять Амина под арест, кто-то говорит, что Амин устроил этот замес, чтобы получить формальный предлог. Мы уже не узнаем правды, к сожалению. В итоге, Тараки арестовали и, по одной из версий, задушили подушкой. Тут тоже непонятно. Но одно точно — Брежнев был в ярости, потому что Тараки был его человеком, которому он давал гарантии безопасности. Это стало ещё одним фактором, способствовавшим принятию уже обдумываемого решения о вводе войск. Теперь о слухах о том, что Амин сотрудничал с ЦРУ — подтверждений этому, спустя столько лет, так и не нашлось, но факт того, что Амин начал активно общаться с США и Пакистаном, задокументирован. Амина быстро грохнули, Хальк оттащили от кормила власти и поставили альтернативного, всего такого скромного и красивого, Бабрака Кармаля, который всё так же возглавлял Парчам. Собственно, так всё и привело к тому, что ты, уважаемый читатель, видишь на страницах этого произведения — изначально дерьмовый расклад, выхода из которого не видно и, скорее всего, просто нет. Куда ни кинь — всюду клин. И Саурскую революцию делать надо было, потому что Дауд двигал Афганистан на очень скользкую дорожку. И Хальк поддерживать было нельзя, потому что это бы только усугубило кризис и обострило гражданскую войну. И Парчам — это несмешные клоуны, которые ничего не смогли, а потом их режим рухнул, через пару дней после того, как кончился авиационный керосин. В общем-то, изначально это было неочевидно для советского руководства, поэтому оно влезло в эту историю и поплатилось. Впрочем, настоящее недоумение у меня вызывает тот факт, что потом, в 2001 году, в ответ на 11 сентября, туда влезли США — неужели они не поняли, что там просто место проклято? Что это было? Слепая вера в американскую исключительность? Я тебе так скажу, уважаемый читатель: в нынешней околорецессионной ситуации (вообще, это называется технической рецессией, ведь два квартала подряд идёт отрицательный рост ВВП), вокруг которой сейчас лихорадочно крутится экономика США, есть заметный вклад Афганистана.