RedDetonator – Владимир, Сын Волка 2 (страница 3)
Первомайскую демонстрацию в Киеве Горбачёв не отменил, хотя не мог не знать, что на улицах сильно превышен уровень радиации — Владимир очень хорошо помнит, как читал, что Горбачёв настаивал на её проведении, а также угрожал первому секретарю ЦК КПУ Щербицкому, что если демонстрация не будет проведена, то недолго тому быть первым секретарём.
По мнению Жириновского, Горбачёв выжидал, надеясь, что всё обойдётся и удастся всё замолчать. Но не удалось, потому что масштаб катастрофы оказался слишком велик…
«… и тогда он подпрыгнул, в прыжке переобулся, а затем вытащил из шкафа наспех сшитое знамя гласности и демократизации, чтобы перевести все стрелки на парафиновых номенклатурщиков», — подумал Владимир.
Теперь ему хотелось посмотреть, что будет, когда не случится аварии на ЧАЭС. Но вся надежда на Орлова, который придумал какой-то относительно надёжный план.
Горбачёв уже заводил в своих выступлениях разговоры о гласности — это старая заготовка, поэтому он обязательно попробует использовать её, но теперь у него не будет очень удачного повода.
Это слишком хорошая карта, чтобы её не использовать — Горбачёв там не один и его позиции, пока что, довольно шатки. Брежневские номенклатурщики ещё очень влиятельны, поэтому нужно что-то, что лишит их власти и ограничит в возможностях.
«Гласность» — это практически идеальный инструмент, который разделит партию на «прогрессивного и демократического Горбачёва» и «замшелых и авторитарных номенклатурщиков». Народ, естественно, будет за Горбачёва, потому что чувствует, что власти ведут страну куда-то не туда.
«ГоМоСек начнёт её, но позже», — подумал Владимир. — «Болтали в разное время, мол, дурак, ничего не понимает, но этот мерзавец всё прекрасно понимает и хитёр, как подколодная змея. Во время внутрипартийной борьбы он съел не одного человека».
Но он даже не подозревает, к чему приведёт применение этого почти идеального инструмента для борьбы с конкурентами.
«Товарищ, знай!» — мысленно процитировал Жириновский. — «Пройдёт она — эпоха горбачёвской гласности. И вот тогда госбезопасность, припомнит наши имена!»
Но ему ещё рано в Москву — нужно закончить начатую работу.
Он не из тех людей, которые бросают дела на полпути или при первой трудности. Афганистан важен стратегически.
Каждый камешек, которым он укрепляет эту страну, спасает тысячи и тысячи людей. Афганистан должен стать дамбой, которая удержит волну наркотиков, которые хлынут в постсоветские страны сразу же, как рухнут режимы.
Уже сейчас есть признаки, что кто-то везёт опиум и героин в среднеазиатские страны — пограничники перехватывают наркокараваны, а таможенники останавливают дембелей, везущих с собой пакетики с героином.
«Уксусный ангидрид…» — вспомнил Жириновский. — «Нужно сделать так, чтобы афганские лаборатории перестали получать его. Тогда не будет никакого героина, а это резко сократит доходы душманов».
С плантациями опиумного мака бороться нужно, но подконтрольные душманам дехкане всё равно будут выращивать его.
ОКСВА ежегодно сжигает гектары маковых полей, но объёмы выращивания продолжают расти.
«Мак можно вырастить почти в любом уголке Афганистана», — продолжил размышлять Владимир. — «А вот уксусный ангидрид нигде не растёт и требует высокотехнологичного химического производства. Перекрыть его поставки и всё, у душманов останется только опиум, который впятеро дешевле, чем героин. Нужно работать в этом направлении».
У уксусного ангидрида есть альтернативы, но он самый очевидный прекурсор, которым пользуются душманы. Перерезание поставок не может, а сократит объёмы производства героина, потому что альтернативы более грязны и трудоёмки.
Возможно, это вынудит производителей переехать в Пакистан, но тогда это приведёт к тому, что ингредиенты придётся везти через границу, что увеличит частоту перехватов, что сделает бизнес менее рентабельным, что уменьшит финансирование душманов.
Они от этого не сильно обеднеют, потому что ЦРУ, видя, что их протеже в беде, легко могут увеличить финансирование по программе «Циклон», но тогда на это потратятся деньги американских налогоплательщиков, что Жириновский считает несомненным благом.
Масштаба проблемы в СССР ещё никто всерьёз не осознаёт, потому что душманы сейчас везут произведённые наркотики в Европу и США, где на них очень много покупателей, но когда ОКСВА уйдёт, ничто не будет способно помешать им освоить новый рынок с двумя сотнями миллионов потенциальных покупателей. И тогда будет поздно что-то делать.
«Я — гений!» — подумал Владимир с нарастающим восторгом. — «Вот этим и займётся ХАД — первое серьёзное дело, колющее этих радикальных подонков и недоумков в их самое уязвимое место, которым они обычно думают — в задницу!»
Глава вторая
Безгласность и автократия
* Демократическая Республика Афганистан, город К абул, район Шашдарак , улица Вазир Акбар Хан, дом 65, 3 апреля 198 6 года*
— … и исходя из вышесказанного, я говорю тебе: надо крепко брать их за задницу, Эдуардыч, — закончил доклад Владимир.
ХАД подготовил план действий, предусматривающий полное перерезание цепи поставок уксусного ангидрида в Афганистан, что лишит лаборатории душманов возможности быстро и дёшево производить качественный героин.
Жириновский участвовал в этом и сегодня рапортовал генерал-майору Гаськову, вместе с генерал-полковником Ватанджаром, который не до конца понимает детали, но, в целом, за любую деятельность, которая навредит душманам.
За прошедшие недели была проведена огромная работа, в ходе которой ХАД перетряхнул свою сеть информаторов и добыл сведения о немалом количестве каналов поставки прекурсоров из Пакистана, Ирана, Турции и Китая. Последние имеют наименьшее значение, потому что от них поставляются маленькие объёмы, но они поставляются, что приносит душманам какие-то деньги.
— За задницу, говоришь, надо брать? — усмехнулся Константин Эдуардович.
— Крепко, — кивнул Жириновский.
Генерал-полковник Ватанджар, сидящий по соседству от него, улыбнулся и пыхнул сигарным дымом. Он работает над образом, поэтому сменил имидж: всегда носит повседневную форму, эпизодически покуривает кубинские сигары, а также отращивает бородку, в дополнение к усам.
— Это потребует согласования с Москвой, — произнёс Гаськов. — Ваша операция, даже на первый взгляд, выглядит очень масштабной.
Он вновь обратился к папке, в которой изложены подробности предлагаемой операции «Рикша».
— Если Москва одобрит, то нам нужно будет согласовать операцию с армией… — продолжил генерал-майор. — Вот читаю ваши выкладки и чувствую, что очень хочется начать поскорее…
Разработка «Рикши» началась с его одобрения, как первая самостоятельная и крупная операция ХАД, но он не понимал масштаба замысла, поэтому, судя по выражению лица, удивлён до крайности.
— Данные о героиновых доходах душманов верны? — уточнил он.
— За диапазон — ручаюсь, Эдуардыч, — кивнул Жириновский. — От 60 до 100 миллионов долларов в год. Наверняка сказать сложно, потому что мы не знаем, на каком этапе заканчивается их участие, ведь при перепродаже в Европу и США стоимость возрастает в пять-шесть раз, а иногда и во все восемь. Но взят разумный интервал, предполагающий, что душманы продают товар европейским посредникам.
Это безумные, по нынешним временам, деньги — они составляют 15–20% от всех доходов душманов, что сравнимо с арабскими вливаниями времён до весьма загадочного исчезновения Усамы бен Ладена и не очень загадочной смерти Абдуллы Аззама.
Сейчас арабы дают душманам меньше, чем опиум и героин, по причине испортившихся отношений. Новый «счетовод джихада» ещё не появился, иначе бы КГБ уже узнало о нём, ведь Первое главное управление не спало всё это время и заслало к шейхам, известным от бен Ладена и Аззама, своих агентов.
Примерное представление о положении дел во дворцах шейхов КГБ имеет, о чём подозревают сами шейхи, что существенно снижает их решимость поддерживать душманов.
«Покуривать кальян и спонсировать душманов, оставаясь при этом в тени — это одно», — подумал Владимир. — «А постоянно чувствовать спиной холодный взгляд самой опасной спецслужбы в истории — это уже другое».
— Даже если вы перекроете часть каналов, это уже больно ударит их по кошелькам, — сказал генерал-майор. — Я полностью одобряю операцию, поэтому направлю запрос наверх. Возражений быть не должно, но мы должны действовать с санкции.
— Тогда мы начинаем подготовку? — спросил генерал-полковник Ватанджар.
— Готовиться начинайте, — кивнул Гаськов. — Но аккуратно и тихо, чтобы не спугнуть никого.
— Не спугнём, Эдуардыч, — усмехнулся Жириновский.
Раньше ХАД был просто неспособен на операции подобного масштаба, но сейчас всё иначе. Уровень секретности задран до максимума, поэтому душманы не знают о делах ХАД практически ничего, кроме того факта, что эти дела ведутся и не сулят им ничего хорошего…
Чуть больше половины провинциальных управлений полностью «пересобраны» — Великая Жатва ещё не закончилась и будет продолжена до логического финала.
— Ладно, тогда мне нужно пересмотреть свои планы на сегодняшний день… — вздохнул генерал-майор Гаськов.
— До встречи, товарищ генерал-майор, — встал и козырнул Ватанджар.
Владимир тоже встал и козырнул на прощание.