RedDetonator – Вечно голодный студент 2 (страница 78)
— Да я не знаю, — развёл я руками. — Можно по восточным деревням поездить, посмотреть, может, кто-то закрутки не забрал или военные оставили там неисправную технику, а там боеприпасы. Можно в Ленинск наведаться — там провалили эвакуацию, что гарантирует наличие съестного и интересного. Вариантов много.
— Ленинск надо, — покивал Фазан и достал из кармана пачку сигарет. — Фух, а ведь дало в голову, да, Проф⁈
— Да, дало, — улыбнулся наш лидер.
— Я пойду тогда? — спросил я.
— Иди, — кивнул Проф.
*Российская Федерация, Ростовская область, город Волгодонск, Больница скорой помощи, 6 февраля 2027 года*
— Да вот же! — указал я на следы. — Что, не видно?
— Неа… — покачала головой Палка.
Палкой мы прозвали Нину, которая из группы Майонеза, то есть, Егора Викторовича. Оказалось, что у него в школе было прозвище Майонез, потому что он был очень жирным ребёнком.
А Нину мы прозвали не из-за того, что она высокая, хотя не без этого, а из-за её способности.
Под одеждой не видно, но у неё из лопаток выросли складывающиеся конечности, заканчивающиеся длинными и острыми костяными пиками.
Палка, кстати, обладает самым высоким уровнем из всей этой троицы — у неё 33-й. И если бы она не совершила ошибку, выбрав новую способность, вместо усиления имеющейся, положение портовых, возможно, было бы лучше. А так, её способность «Скапулоторакальная полимелия» прошла два усиления, но потом она взяла «Дермальную фотоабсорбцию».
Судя по описанию, эта фотоабсорбция должна снижать её заметность в условиях низкой освещённости и она её честно снижает, но это не касается одежды и экипировки. Я называю такое былинным факапом…
В будущем из этого точно может вырасти что-то полезное или интересное, например, реальное полное светопоглощение, что затруднит противнику её обнаружение, ну или ещё что-нибудь, но она сильно корит себя за этот выбор и собирается до конца качать свои складывающиеся пики из спины.
И я думаю, что она мыслит здраво, потому что её пики являются полезным оружием, так как позволяют доставать противника на дистанции до двух метров, а руки при этом остаются свободны.
— Тогда показываю, — вздохнул я и ткнул в свежий человеческий след телескопическим щупом. — Это прямо свежак, оставленный не более часа назад.
Освещаю окружающее пространство УФ-фонарём и иду дальше.
Больница скорой помощи, судя по косвенным признакам, не была обнесена, потому что находилась прямо на фронтлайне, то есть, на ничьей земле, за которую боролись две силы.
На территории стоит сгоревший БТР-70, а с запада и востока расположены баррикады.
Само здание, естественно, в дырках от снарядов и пуль, а участок испещрён воронками и усеян гильзами.
«Они себе чит на бесконечные патроны включили или что…» — отвлечённо подумал я, идя по следу. — «Стреляли так, будто завтра никогда не наступит…»
Но, хвала господу, никаких мин и ловушек. Значит, тот сапёр-мудак до этих краёв не добрался.
«Витязь» висит на ремне, в быстром доступе, но у меня есть уверенность, что этот чел, который шарится здесь, не особо опасен. Я понял это потому, что он идёт, как бегемот по центральному рынку Могадишо, очень палевно — не военный, 100%.
А это значит, что если что-то вдруг, то моя реакция сработает быстрее.
За мной следуют Палка и Вин.
Вин — это Захар, у которого способность называется «Нитрозный фактор», поэтому Щека извернулся и придумал кое-что прикольное.
«Нитрозный» — это же «нитро», а это уже «Форсаж», а какой «Форсаж» без Вина Дизеля? Мы колебались между Вином и Дизелем, но остановились на первом, потому что короче.
— Как догоним этого пациента, первыми не стрелять… — предупредил я. — Я сам решу и среагирую, окей?
— Поняла, — ответила Палка.
— Принял, командир, — ответил Вин.
— Командир… П-ф-ф-ф… — фыркнул я.
Проходим здание насквозь. Мы на третьем этаже, лут уже найден — он в больничной аптеке, которую кто-то грабанул, но не полностью, поэтому приехали не зря. Но надо было прочесать здание, что позволило найти следы этого неизвестного.
И мне капец как интересно, кто это здесь обитает…
— Эй, человек! — позвал я, подойдя к кабинету с табличкой «Бухгалтерия». — Мы не желаем тебе зла — выходи, поговорим!
Повисла тяжёлая тишина.
— У тебя нет оснований нам верить, но я тебя уверяю, что если бы мы захотели, мы бы уже ворвались и грохнули тебя! — добавил я. — Давай просто поговорим!
— Что вам надо⁈ — донеслось из-за двери. — У меня ничего нет!
— Нам от тебя ничего не нужно! — сказал ему Вин. — Портовое поселение знаешь⁈
— Знаю! — ответил неизвестный.
— Мы оттуда! — сообщил ему Вин.
— И что⁈ — спросил неизвестный. — Из-за вас, говнюки, в город пришли свиньи! Если бы вы не взрывали, что попало, всё было бы нормально!
— У меня там друг погиб, вообще-то! — ответил ему Вин. — Мудак…
— Мужик, так и будем орать друг другу⁈ — спросил я.
— Ладно, выхожу! — сказал он.
Дверь отворилась и на меня уставились два ствола ТОЗ-34, а за ними показался очень усталого вида тощий мужик в зимнем комбинезоне и шапке-ушанке.
На вид ему под сорокет, из-под шапки торчат грязные чёрные волосы, грязной бороде не меньше пары месяцев от роду, карие глаза смотрят с опаской.
«Чисто бомж», — констатировал я. — «Только торчащего из кармана фунфырика боярышника не хватает».
— Чего хотели? — с недружелюбным выражением лица спросил он.
— Хотим предложить тебе прекратить асоциальный образ жизни, Николай Семёнович, — улыбнулась Палка.
— Я вас знаю? — удивился мужик.
— Вряд ли помните — я посещала вас несколько раз, — ответила Палка.
— Он кто? — спросил я, держа руку на рукояти «Витязя».
— Врач-гинеколог, — ответила Палка. — Николай Семёнович… Чиров, если верно помню.
— Ты бы ствол опустил, гинеколог, — попросил его Вин.
— С чего мне вам доверять? — с подозрением спросил Чиров.
— Ни с чего, — вздохнул я. — Но мы из Волгограда и предлагаем тебе присоединиться к нам. У нас большая, по нынешним временам, община — живём в большом отеле, есть свет, тепло, водоснабжение, а также интранет.
— Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, — не поверил мне гинеколог.
— Может, пусть остаётся? — посмотрел на меня Вин.
— Нет, — покачал я головой. — Не по-людски это как-то — бросать живого человека посреди зимы в пустом городе…
— Хорошо, — кивнул Чиров. — На каких условиях?
— Да как для всех, — сказал я. — Трёхразовое питание, одноместный номер, основные права и свободы гарантированы, но обязанности тоже есть. Торга не будет. Берёшь или мы идём дальше?
Он пристально уставился мне в глаза, будто пытаясь определить, лгу ли я. Но, насколько мне известно, эта методика не работает, потому что глаза — это не зеркало души, а просто глаза.
— Ну, что выглядел? — поинтересовался я.
— У тебя что-то сильно не так с глазами, — ответил он. — Офтальмологу бы показаться…
— А я уже у него бывал, — усмехнулся я. — Говорит, что это как-то связано с КДшными мутациями.