RedDetonator – Вечно голодный студент 2 (страница 57)
— Да блядь, Студик! — раздражённым взглядом посмотрел на меня Щека. — Я серьёзно!
— Я понял, — опустил взгляд Серёга. — Я остаюсь.
— Это не единоразовая возможность, — предупредил я всех. — Если посчитаете, что наше общество не соответствует вашим высоким стандартам, то можете уйти в любой момент.
— Это всем понятно? — спросил Проф.
Новички лишь молча покивали.
— Вот и славно, — улыбнулся он. — Евгений — нужно распределить новоприбывших по номерам, Клавдия Вячеславовна — внесите их в список на паёк, Фазан…
Примечания:
1 — Топовый — от англ. top — «вершина, верхний, высший» — этот термин используется для обозначения чего-то самого важного, модного или высоко оцененного в определённой категории.
2 — Агриться — от англ. to aggress — «злиться», «проявлять агрессию» — в геймерском сленге это означает «проявлять агрессию» или «поддаваться на провокацию».
3 — Слоумо — от англ. slow-motion — это эффект замедленной съёмки, при котором видео или изображение снимается с очень высокой частотой кадров, но воспроизводится с нормальной или более низкой частотой. Получается замедленное действие, как в Матрице, где Киану Ривз, весь такой в чёрном плаще, уклоняется от пуль или Керри-Энн Мосс, вся такая в латексе, зависает в воздухе с распростёртыми руками и поджатыми ногами. По тем временам было вау, вах-вах, но сейчас смотрится слегка кринжевато… Хотя, в Матрице больше «bullet-time», то есть, применена интерполяция кадров, что означает программное дорисовывание промежуточных кадров между реальными, чтобы создать эффект плавности. А за чистым слоумо надо идти к Джону Ву, который популяризировал эту технику так, что был период, когда считалось, что боевик без слоумо — это не боевик, а так, игристый приключенческий фильм. Тем не менее, в массовом сознании закрепилось, что Матрица — это именно слоумо, хотя на самом деле там братья Вачовски, тогда ещё не успевшие вступить в секту скопцов, заеблись стократно больше, а всё ради того самого вау-эффекта. И не зря — это был успех, который братья Вачовски трахнули на все деньги, пока было чем трахать…
Глава девятнадцатая
Экстремальное земледелие
*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, Красноармейский район, 19 ноября 2026 года*
— Есть что-то полезное? — спросил я, посмотрев вниз, на Фазана и Евгения.
— Да здесь всё полезное! — ответил Евгений. — Забирать надо всё!
— Хорошо, — сказал я. — Но не шумите особо. Скрипы, дребезг — как-то поменьше и потише, окей?
— Конечно, — кивнул Евгений. — Мы постараемся.
Этот массив теплиц нашёл Нарк, причём уже давненько, но руки до него дошли только сейчас, когда был полностью решён вопрос с электроэнергией и частично решён вопрос с водой.
С водой есть некоторые проблемы — пока что, на заднем дворе «Хилтона» стоят две автоцистерны по 17 кубометров воды. В Волгу была погружена труба большего диаметра, которую подключили к более мощному насосу, поэтому зимой проблем с водой быть не должно. При условии, конечно, что вода не будет замерзать — но в этом случае мы просто утеплим автоцистерны и трубы по всей протяжённости.
Это временное решение, потому что весной запланирован перенос полноценной водонапорной башни, чтобы насовсем решить проблему и больше к ней не возвращаться.
А сейчас мы проверяем, что полезного можно взять в теплицах — на совещании мы решили, что на одном только мясе выжить можно, но это неприятно, поэтому нужны овощи и фрукты.
ТРЦ «
Обстановка вокруг города более или менее спокойная, но собаки беспокоят — их всё ещё очень много, потому что изначально их тут водилось просто дохрена.
— Студик, вы там ещё долго будете? — спросил из рации Щека.
— Не менее часа, — ответил я. — Проблемы?
— Да, проблемы — нужен ещё кто-то, чтобы сопроводить освободившихся спецов, — сказал Щека. — Реально, там у вас всё прямо важно?
— Я скоро освобожусь, — вмешалась в разговор Галя.
— Всё, окей, — ответил Щека. — Они будут ждать тебя около отеля.
У нас есть одна реально серьёзная проблема, которую нужно решать очень быстро — вода в трубах отопления и водоснабжения.
Когда долбанут морозы, всё это начнёт взрываться и разрушать инфраструктуру. В Новокузнецке, до того, как всё навернулось, воду слили и продули трубы компрессорами заблаговременно, а здесь этим никто принципиально не занимался. А нам это нужно, потому что весной всё растает, и здания начнут гнить от избыточной влаги.
Но у нас слишком мало рабочих рук, поэтому часть инфраструктуры города неизбежно разрушится из-за морозов.
Не хочу думать о других пустующих или едва живых городах, где люди точно столкнутся с этим зимой.
С канализацией же уже ничего не поделать — откачать такие объёмы грунтовых вод мы не сможем, потому что нет таких объёмов электроэнергии, и мы не контролируем весь город, чтобы безопасно гонять по нему и дирижировать насосами.
Есть Волжская ГЭС, которая даёт так много энергии, что нам столько не понадобится в ближайшие лет двадцать, но её нужно как-то запустить, а для этого нужны специалисты и время. У нас таковых нет, поэтому мы просто смотрим на неё, как козы на афишу.
У нас есть бывший техник с этой ГЭС, Лаврентий Позин — он сказал, что нужно слить воду из турбинных каналов, закрыть водоводы затворами, а также слить масло из трансформаторов и генераторов. В таком случае ГЭС может спокойно стоять десятилетиями и останется пригодной для реанимации в течение 3–4 лет. Этим мы тоже займёмся до морозов.
Имеются опасения насчёт электроники — она без ухода долго не продержится, поэтому нужен демонтаж и хранение в тёплых и сухих складах.
На всё, что нужно сделать до зимы, у нас критически не хватает рабочих рук, поэтому хорошо, что мы приняли бывших «друзей» покойного Дефекта.
— Замрите, — приказал я остальным. — Псы. Четыре головы. Двенадцать часов, сто пятьдесят метров.
Четыре тепловых пятна, крадутся к нам под прикрытием сухого кустарника. Поднимаю СВТ-40 и беру замыкающую тварь на прицел.
Жаль, но оптику с ИК-зрением не применишь, поэтому стреляю я с механики, что слегка снижает точность. Нет, я слышал, что есть настоящие снайперы, стреляющие с механики лишь чуть хуже, чем с оптики, но я в их число не вхожу…
Нажимаю на спусковой крючок и делаю выстрел.
Попал куда-то в правый бок и этого хватило — пёс завалился и начал сучить лапами.
Быстро отстреливаю ещё три патрона и укладываю второго пса, а остальные поспешно отступают.
— Фазан, сходишь за мясом? — спросил я.
— Ты что, положил всех? — задал он вопрос, выйдя из теплицы.
— Двоих, — ответил я.
— Ладно, схожу… — вздохнул Фазан.
Он направился в кусты, а я продолжил наблюдение за местностью. Со мной связываться бесполезно — я вижу всё…
— У вас всегда так просто? — поинтересовался Евгений.
— Если бы, — сказал я и тяжело вздохнул. — Собаки — они скорее надоедливые, чем опасные. Но, похоже, нам придётся убираться отсюда побыстрее, потому что на стрельбу может прийти кто-то покрупнее, а у нас нет с собой ничего серьёзного.
Для простых людей собаки представляют опасность только в случае внезапного нападения, на что эти бывшие друзья человека уже давно делают основную ставку. В принципе, АК-74 достаточно, чтобы положить собаку-мутанта, но они, суки такие, стараются подкрасться как можно ближе.
Фазан вернулся с двумя собачьими тушами.
Мутировавшие твари покрыты броневыми пластинами, между которыми торчат клочки шерсти — всё такие же уродливые и вкусные…
Вообще, мне не очень понятно, против чего эти твари выработали себе костяные бронепластины. Большую часть калибров они не держат, от по-настоящему крупных зверей не помогают. Есть гипотеза, что они это больше для защиты друг от друга, а также мелкого зверья, на которое собаки, в основном, и охотятся.
— Давайте побыстрее освежуем и по пакетам, — сказал Фазан и начал связывать передние лапы одной из собак.
У нас очень много опыта свежевания, поэтому мы с ним быстро разобрали псов на составляющие, а Евгений только помогал нам, унося пакеты в Hyundai Santa Fe.
— Я сфотографировал то, что нужно, поэтому по цели выезда мы скатались не зря, — сказал он, когда мы расселись в машине.
Фазан нажал на кнопку зажигания и взял пачку сигарет из бардачка.
— Да-да… — изрёк он и прикурил сигарету. — Да-да…
— И вам не страшно сражаться с ними? — поинтересовался Евгений.
— Зубов бояться — в рот не давать, — усмехнулся Фазан и повёз нас обратно к «Хилтону».
— Нет, не страшно, — покачал я головой. — Раньше было, но это уже давно прошло.
— А вы давно друг друга знаете? — спросил Евгений.
— Ну… — задумался я. — Нет, вообще-то.
— В смысле? — нахмурился он.
— Мы познакомились в начале сентября, — усмехнулся Фазан.