RedDetonator – Римлянин. Финал (страница 21)
Такие корабли ещё не строили, потому что ещё ни у кого не было в распоряжении такого инженерного ресурса, способного спроектировать и построить что-то подобное. А ещё ни у кого не было столько высококачественной стали. Да и мощностей верфей, строивших парусные корабли, просто не хватит на такое.
Этот корабль будет способен выходить в открытое море и автономности его хватит, чтобы добраться до Северной Америки, заправиться там углём и вернуться назад.
Вот этого броненосца англосаксам, иберам и франкам, определённо, стоит опасаться, потому что ни один современный парусный корабль не выстоит против него в открытом бою. В открытом море его не догнать и от него не убежать, что делает его высокоэффективным убийцей флотов.
Всего их будет построено два, но они чрезмерно дороги и сложны в производстве, поэтому первый броненосец будет спущен на воду через два-три года, при условии, что не появится новых подводных камней.
Так долго Таргус ждать не мог, поэтому там же, в Киле, заложены корабли гораздо проще.
На самом деле, это корабли Российского императорского флота, подвергаемые капитальной переделке. Линейные корабли «Святой Пантелеймон», «Кронштадт», «Святой Исаакий» и «Святой Николай» прибыли в Киль и заняли заранее подготовленные сухие доки.
Согласно проекту модернизации, они будут лишены бортовых орудий и оснащены орудийными башнями под 150-миллиметровые орудия. Также они будут обшиты стальной бронёй, а передвигать всё это великолепие будут паровые двигатели. Парусное вооружение, естественно, под снос.
Таргус видел в этих эрзац-решениях охотников на торговцев — в боестолкновения с вражескими военными флотами им вступать будет неразумно. А вот торговцы, которых у потенциальных противников очень много, вполне адекватная цель.
Мощности Киля ограничены, он сможет переделывать по три корабля в полгода, но у Российской империи не так уж и много подходящих под переделку кораблей, а новые строить уже бессмысленно.
У Таргуса, в связи с этим, возникли некоторые проблемы в России — десятки тысяч моряков, корабелов и простых рабочих остались без работы, потому что все заложенные и запланированные корабли были отправлены на слом или отменены, а верфи переквалифицировались на гражданские суда.
Военные заказы кормили все эти верфи, а гражданская сфера всегда была слаба, так как там никогда не было много денег, ведь практически вся мировая торговля либо под англосаксами, либо под голландцами.
Ломоносов начал решать проблему — тратит деньги из казны, чтобы выплачивать временные пособия мастерам и рабочим, а военных моряков отправил в тренировочные лагеря легионов.
Прецедент с выплатой пособий по безработице Таргусу не понравился, ведь он противоречит его замыслу — он хочет «естественным путём» заселять пустующие земли юга и востока. Безработные люди, помыкавшись по городам, рано или поздно, откликнутся на призывы императорской программы по освоению диких земель.
Но Ломоносова винить сложно — он работает в очень нервной обстановке. Мятежи разгораются один за другим, социальная ситуация напряжённая, весной в некоторых губерниях начался голод, что не добавляло спокойствия, поэтому Михаил решил не рисковать с буйными мореходами и не провоцировать их на бунт.
«Нет, он молодец», — подумал Таргус. — «Он разово собрал массу новобранцев, уже имеющих какой-то военный опыт, пусть и на море, а также сконцентрировал потенциально полезных мастеров и рабочих, которых можно направить в нужную область централизованно».
На Кавказе активно строится город Аспий, в котором он видит промышленный центр региона. Там будут основаны оружейные заводы, которые упростят логистику при экспансии сначала на Малую Азию, а затем на Ближний Восток.
— Ваше Императорское Величество, — заговорила Зозим. — Я могу сделать доклад по международной ситуации?
— Можешь, — кивнул Таргус.
— Австрийские Нидерланды — город Брюгге пал, большая часть мятежников сдалась, те, кто не сдался, рассеяны по окрестностям и ими занимаются отряды егерей, — начала доклад герцогиня. — Регион полностью умиротворён. Нам действовать по ранее утверждённому плану?
План по Австрийским Нидерландам заключается в радикальной романизации, экспериментальной её версии, предусматривающей нулевую терпимость к неповиновению. За нарушение законов предполагается лишь одно наказание — отправка в Вену, в лагерь по перевоспитанию.
— А что-то изменилось с тех пор? — нахмурился император.
— Нет, Ваше Императорское Величество, — покачала головой Зозим.
— Тогда действуйте, — ответил Таргус. — Дальше.
— Появились сведения, что англичане с французами начали колониальную войну против Голландии — спор идёт за Малакку, — продолжила Зозим. — Разжигателями войны выступили англичане, желающие забрать голландскую Малакку, но в эту войну вступили французы, имеющие те же притязания.
Вероятно, действия Таргуса вызвали у англосаксов и франков колониальное голодание, поэтому они начали «подъедать» слабых. Голландская Ост-Индская компания выглядит наиболее вероятным кандидатом на избиение и ограбление.
— В Индии англичане претендуют на голландский Цейлон, — сообщила герцогиня. — Но тут на стороне голландцев выступают французы, не желающие чрезмерного усиления англичан в регионе. Мы должны предпринимать какие-либо действия?
— Больше пушек и винтовок Ахмад Шаху, — приказал Таргус. — Он наш стратегический союзник в том регионе и нам выгоднее, чтобы статус-кво сохранялся как можно дольше. А лучше, конечно, чтобы он вышиб всех этих вонючих варварских колонизаторов из Индии…
— Он политически слаб, — вздохнула Зозим. — Боюсь, что из него не получится сильный лидер, способный на решительные действия и не робеющий перед западными колонизаторами.
— Поищи подходящих кандидатов среди его наследников, — сказал Таргус. — Но сделай это быстро — нужно быть готовыми. Дальше.
— Берберы усиливают давление на Францию — они уже почти постоянно у берегов и похищают людей сотнями в день, — продолжила Зозим. — Французский флот начал рейды, но они не дают особого эффекта, так как у берберов начали появляться серьёзные военные корабли — от османов.
Османский султан продолжает грабить Персию и проводит модернизацию армии и флота. Старые корабли он скидывает берберским пиратам, почти бесплатно…
— Махмуд не умеет играть в политическую игру… — посетовал Таргус. — Не понимает, дурачок, что усиливает потенциального соперника в Средиземном море. Скоро у них появится сильный адмирал, который соберёт вокруг себя всех капитанов.
— Кстати об этом, — сказала Зозим. — Стало известно о некоем Салах-реисе, пирате, водящем восемь кораблей людоловов — у него есть своя морская база близ Туниса и влиятельные родственники в местных властных кругах. Я думаю, что бей Али I Паша продержится недолго — его нейтральная политика не нравится очень многим пиратским капитанам.
— Ну, что и ожидалось, — развёл руками Таргус. — Никогда не снабжай оружием человека, который может направить его против тебя. А если снабжаешь, то обеспечь своё преимущество перед ним.
Он отправляет пушки и винтовки только тем, кто не представляет для него серьёзной угрозы. Например, королю Фридриху II или султану Махмуду I — в обоих случаях ситуация под его полным контролем.
— А теперь степи… — перешла Зозим к самому беспокоящему Таргуса региону. — Геноцид ойратов продолжается, но сведений у агентуры мало. Хунтайджи Дабачи оказывает сопротивление — цинский император, как говорят, прислал ещё больше войск.
— Удалось добиться прогресса со Средним жузом? — спросил Таргус.
— Да, — подтвердила герцогиня. — Хан Абилмамбет склонен согласиться на расширение сотрудничества и перехода в подданство к вам.
— Нужно отправить туда пару когорт, — сказал Таргус. — Чтобы показать, что мы не шутим и готовы защищать своих подданных. А Старший жуз?
— Хан Абульфеиз не идёт на контакт, — покачала головой Зозим. — Он не считает, что цинско-ойратская война как-то коснётся его земель.
— Если будет продолжать вести себя так, его земель коснётся война другого рода, — поморщился Таргус. — Попробуй договориться, но если не получится — оповести штаб, чтобы у них всегда был готов план по Старшему жузу. Рано или поздно мы окажемся у его границ. Что по Китаю?
— Засланные агенты ещё ничего не сообщили, — ответила на это Зозим. — Времени прошло слишком мало. Нужно ждать, пока сработает наша сеть по передаче агентурных данных.
— Медленно, — пробурчал Таргус. — Я чувствую, что там что-то не так — маньчжуры что-то затеяли…
Он не доверял китайцам, они слишком много плохого сделали его Родине. У него нет оснований полагать, что в этом мире что-то изменится.
Изучение местной истории открыло ему, почему здешние китайцы не достигли даже половины успехов китайцев, против которых сражалась Римская республика.
Всё дело оказалось, как бы это ни было иронично, в религии.
В VIII веке Арабский халифат упорно двигался на восток, распространяя своё учение всё дальше и дальше, среди десятков народов, а затем, к своему удивлению, наткнулся на тридцатитысячный экспедиционный корпус империи Тан, сильнейшей в истории Китая. Естественно, договориться у них не получилось, поэтому завязалась битва у реки Талас — весьма неоднозначную победу одержали арабы. Неоднозначную, потому что после неё они больше не могли продолжать экспансию.