RedDetonator – Фантастика 2025-126 (страница 286)
— Ошибся всего один раз! — возмущённо воскликнул Реншу.
— Ты мог умереть, дебил! — выкрикнула Лу.
— Но не умер! — парировал Реншу.
— К-хм, — кашлянул я. — Понятно — тема, пока что, болезненная.
— Ты будешь нас тренировать? — спросила у меня Лу.
— Если у меня будет время — конечно же, — кивнул я. — А так, в целом — как у вас настрой?
— Я чувствую себя готовым, — уверенно ответил Реншу. — Когда придёт время, я не подведу тебя!
— Я тоже, — улыбнулась Лу.
— Меня тут с утра поставили в известность, что вы двое встречаетесь, — сказал я. — Надеюсь, всё серьёзно?
— Да! — выкрикнул Реншу.
— Да, — подтвердила Лу.
— Ладно, тогда никаких проблем, — улыбнулся я. — Что ж, отдыхайте и восстанавливайтесь — завтра, если ничего особенного не произойдёт, будем проверять, как хорошо вы готовились.
— Время — это хуйня, — усмехнулась Лу. — Найдётся.
— Найдётся, — улыбнулся я в ответ. — Всё, я пошёл.
Выхожу из гостевых покоев и иду по коридору — мне срочно нужно на памп-площадку. Надо заниматься, чтобы имеющийся потенциал не простаивал зря.
После всей хуйни, которую я пережил, мой желудочно-кишечный тракт переступил через «Рубиновые врата» и это полный пиздец.
Восприятие еды стало совершенно иным — пища начинает интенсивно перерабатываться ещё при пережёвывании, потом попадает в пищевод, где из неё принудительно изымается чистая Ци, которую организм сразу же всасывает.
По-хорошему, для гармоничного развития, я должен был перейти с «Сапфировых врат» до «Топазовых врат», а уже затем до «Рубиновых врат», но, увы, после преодоления той заразы, которой меня заразила Александра, что-то пошло не так и изумрудная ртуть, которой меня попотчевали, сработала с усилением.
Или же, по версии Сары, Небо вознаградило меня за что-то — в общем, «Рубиновые врата» пересечены, и я даже прошёл где-то четверть пути до «Алмазных врат».
И вот тут-то, сука, таится вся полнота пиздеца — мне нельзя переступать «Алмазные врата» даже кончиками больших пальцев ног. Это будет означать, что назад мне нельзя, потому что я без пяти минут сянь.
А вся моя психика держится на одном-единственном гвоздике — на неистовом желании вернуться домой. И если этот гвоздик выдернуть, то…
… орды Порочного Цикла покажутся Поднебесной приездом бродячего цирка с дрессированным медведем и смешными клоунами.
Я тупо живу исключительно ради того, чтобы вернуться к детям и, чего уж греха таить, Жене — если кто-то или что-то отнимет у меня это, то всем от этого станет только хуже.
Я работаю годами, как проклятый кролик-барабанщик из рекламы батареек, только потому, что у меня в душе тлеет надежда увидеть родных ещё раз.
— Витали… — выглянула из своих покоев Гвендиса.
Эта вдовушка пришлась мне по душе, но я сразу прояснил ей, что у меня так-то, нет времени и желания заводить серьёзные отношения. Ей, как оказалось, глубоко похуй на высокие чувства — просто нужен сильный и обеспеченный мужик. Я, как раз, такой.
Внешне она очень отдалённо напомнила мне одну американскую актрису, имя которой я напрочь забыл или даже не знал. Но точно помню, что эта актриса играла в «Крике» и в «Планете страха».
— Вечером, — сказал я.
— Хорошо, — кивнула Гвендиса. — Тогда буду развлекаться со своим маленьким дружочком, пока ты не придёшь…
— Ага-ага… — ответил я и вышел из гостевого здания.
Гостевые покои, за время моего отсутствия, приросли двумя этажами — по причине возросшей численности контингента.
Сара также распорядилась построить новое здание для обслуживающего персонала, так как в планах есть наём ещё двадцати человек — нужно больше возничих и разнорабочих.
Кого попало к тёмным фабрикам пускать нельзя, поэтому каждый новый работник проходит трёхнедельную проверку, в ходе которой за ним постоянно следит один из духов Сары.
Не то, чтобы мы боимся кражи каких-либо секретов, но достаточно лишь одного диверсанта, чтобы обратить в пепел наш главный источник заработка.
А производственная зона всё растёт и растёт — нас с Маркусом не было, но типовые корпуса тёмных фабрик строились непрерывно…
Захожу на памп-площадку и поднимаю 1000-килограммовую штангу. Очень толстый стальной грифель жалобно заскрипел, а я начал делать подходы.
Из-за сильно развитого ЖКТ, я получаю Ци сразу из пищи, что открывает для меня возможность сравнительно быстро восстанавливаться тупо плотно поев — теоретически, можно интенсивно жрать между подходами и заниматься практически непрерывно.
«Но кто ж мне, сука, позволит, да?» — подумал я, тягая штангу и разрывая себе мышцы.
Глава девятнадцатая
Мы сидим, а денежки идут
*1451-й день юся, Поднебесная, имперская провинция, город Юнцзин, квартал Байшань, здание военной комендатуры*
Отрываю взгляд от длинного текста на пергаменте и смотрю на Яньсюна:
— Данные верны?
— Насколько это возможно, — ответил мой 1-й заместитель.
— Тогда это настораживающая тенденция, — тяжело вздохнул я. — Такое сокращение населения, несмотря на все наши усилия — это свидетельство каких-то нехороших процессов, которые мы не видим.
Согласно отчёту демографического отдела военной комендатуры, численность населения Юнцзина, несмотря на фактическую победу над мором первого типа и значительное сокращение вспышек мора второго типа, упала с 9,3 миллионов человек до 8,7 миллионов человек.
Составитель отчёта, Хуан Нио, бывший заместитель Яньсюна и нынешний глава демографического отдела, указывает на возможную причину: наиболее вероятно продолжение миграции населения в более спокойные регионы.
По его версии, люди, натерпевшись в столице, бегут в провинции, где, по их мнению, безопасно и меньше контроля со стороны властей.
И вот вторая причина, связанная с контролем, почему-то, кажется мне основной. Люди привыкли жить предоставленные самим себе — просто плати налоги и вопросов к тебе не будет. А у нас тут масочный режим, комендантский час, обязательная вакцинация, а также работающие законы, ограничивающие личную свободу.
Кто-то понимает, что всё это не потому, что у меня пятка зачесалась, а кто-то решает смыться из города, несмотря на продолжающуюся бесплатную раздачу нормированных пайков и большое количество вакантных рабочих мест с соцпакетами и квотами.
— Видимо, с этим ничего не поделать, — произнёс я с сожалением. — Будем терпеть снижение числа налогоплательщиков и упорно делать свою работу.
Беру следующий отчёт — от ведомства Сары, и начинаю его читать.
Яньсюн же, чтобы не тратить время зря, садится за стол и начинает работать с подписанными мною документами.
В отчёте образовательного отдела сообщается статистика — курс подготовки завершён ещё 2130 педагогами. Этого хватает на тридцать пять школ — на этой неделе в эксплуатацию будет введено двенадцать.
Но у Сары продуманная система комплектации школ кадрами, поэтому новенькие учителя не пойдут в новые школы — будет проведена ротация, чтобы новички обрели опыт, работая бок о бок с более опытными учителями.
Таким образом, Сара высвобождает для новых школ чуть более опытных учителей, которые комплектуют новую школу в соотношении 50/50 с неопытными. Это позволяет, пусть и ценой снижения эффективности старых школ, повысить эффективность новых. Со временем, эффективность этих школ сравняется — на это и расчёт.
Как-то, во время одного из совместных ужинов в Кремле, Сара сказала, что местные ученики не чета местным учителям — она никогда в своей прошлой жизни не видела, чтобы дети учились с таким старанием и так уважали учителей.
В Поднебесной образование — это не неотъемлемое право каждого ребёнка, а крайне ценная привилегия. Образование, даже такое всратое, как четыре класса базовых знаний, стоит больших денег, поэтому не по карману абсолютному большинству не только детей, но и взрослых.
Дети и родители прекрасно осознают, что это аттракцион небывалой щедрости — бесплатное обучение за счёт военной комендатуры, поэтому настрой соответствующий.
Да что говорить? До мора семья платила восемь фыней в месяц за право слушать «Тысячесловие» под открытым навесом — это неподъёмно для подавляющего большинства семей Юнцзина.
В очереди на поступление в наши общеобразовательные школы находится, по примерным подсчётам, около 800–900 тысяч детей и это число ежедневно растёт, по мере распространения слухов по городу.
Темпы строительства школ слишком низки, но увеличивать их не нужно — гораздо острее проблема с кадрами. Учителей, несмотря на ебейшие масштабы подготовки, остро не хватает. Сара наращивает объёмы, оптимизирует курсы, но потребность слишком велика.
Выручает нас то, что есть образованные люди, прибывающие или возвращающиеся из провинций — их нужно готовить только по педагогической части, что здорово всё упрощает.
Сару интересуют имперские города — в некоторых из них, по официальным данным, общая грамотность достигает 40–50%. Среди этой массы есть какой-то небольшой процент высокообразованных людей, которых можно использовать для качественного и количественного улучшения кадров юнцзинских школ.
В самом Юнцзине, по данным от императорской администрации, за период до мора, уровень общей грамотности составлял около 8–10%. Но грамотность скакала от квартала к кварталу. Например, в императорском квартале уровень грамотности был близок к 100%.
Результаты переписи после мора показали, что общий уровень грамотности составляет 13–15% — в основном потому, что более грамотные богатенькие Ричи сидели дома и не участвовали во всяких сомнительных делах типа грабежа опустевших кварталов, ради пропитания, в народных волнениях и так далее.