RedDetonator – Фантастика 2025-126 (страница 281)
Фрики продолжили карабкаться по валу, загораться и гибнуть от картечи и пуль, что наносило им катастрофические потери, но затем кто-то сумел остановить их — они стояли за валом до тех пор, пока не прогорит основная масса трупов. И в тот момент, они навалились разом, быстро пересилив огневую мощь мушкетов и артиллерии.
Из-за этого морпехам пришлось отступать на промежуточную линию, терпя высокие потери.
«Это было больше ошибкой», — констатировал для себя Маркус, параллельно пронзая металлическими шипами полдесятка фриков. — «Надо было позволить им убиться на трупном валу».
Мисс Гор жужжала шипами из кровавой стали, рассекающими воздух, а фрики мёрли, иногда по двое-трое за раз.
Маркусу нравилась новая версия шипастого годендага, но он уже чувствовал, что «перерос» её — нужно что-то ещё больших размеров и потяжелее, потому что мисс Гор ощущается в его руках как не очень тяжёлый металлический лом.
Фрики честно пытаются окружить его и завалить телами, но они слишком лёгкие, чтобы это имело шансы на хоть какую-то успешную реализацию…
«Мене, мене, текел, уфарсин», (1) — с ухмылкой подумал Маркус, нанося круговой удар годендагом.
Тот бой, произошедший на оборонительных позициях Корпуса, закончился сокрушительным поражением фриков — они пытались завалить укрепления мясом, у них это даже получилось, но затем Маркус приказал поджечь новый трупный вал и послал морпехов в контратаку.
Меньшая часть начавших заканчиваться фриков сумела отступить, так как вал удалось поджечь не везде, но большая часть так и осталась лежать на передней оборонительной линии.
Потери врага не поддаются подсчётам, а Корпус потерял девятнадцать тысяч восемьсот девяносто одного человека только убитыми.
После таких потерь, по всем канонам военного дела, контратаковать нельзя, но у врага осталось слишком мало сил, нет артиллерии, а в тылах его орудуют выжившие гусары и карабинеры. Дело верное.
— Охуеть! — выпучил глаза Маркус, когда увидел, как сразу сотня фриков взорвалась кровавым фаршем.
— Слишком медленно работаешь, малыш! — сказала ему Гизлан, ворвавшаяся в скопление фриков с княжьим мечом наперевес.
Вокруг грохочут тысячи мушкетов — фрики отступают, оставляя свои паршиво укреплённые позиции.
Морпехи же атакуют в рассыпном строю, выигрывая этот бой за счёт верной тактики, опирающейся на прицельный огонь, а не на синхронные залпы.
Конная артиллерия катится по полю вслед за солдатами, стараясь, при случае, поддержать их огнём.
Там, где вражеский строй прорвали Маркус и Гизлан, морпехи добились наиболее глубокого продвижения и начали разделение остатков вражеского боевого порядка на две части.
«Всего три часа бьёмся, а фрики уже просрали», — подумал Маркус, убивший шипами вражеский расчёт артиллерии.
Артиллеристы пытались навести своё двухцуневое орудие на Гизлан, которая бы точно не пережила выстрел картечью в упор, но не успели и умерли, корчась на десятках длинных медных шипах.
Вот сейчас Маркус жалел, что было подготовлено слишком мало кавалеристов. Позавчера, с продовольственными обозами, прибыло два свежих эскадрона гусар, но этого слишком мало, чтобы эффективно преследовать отступающего врага и наносить ему возможный максимум потерь…
— Сдохни, броук! — вбил в голову жуаньши остриё годендага Маркус.
Остриё надёжно зафиксировалось в черепе, но это его не смутило и он использовал тело в качестве утяжелителя удара.
Упокоенный жуаньши в форме сотника какой-то провинциальной армии «помог» Маркусу расплющить фрика-малолетку, кинувшегося на него с кухонным ножом.
Качество солдат у Порочного Цикла упало катастрофически — похоже, что Александра, после первых двух волн, приказала прислать из северо-западных провинций всех, кто остался.
Тут и массово поднятые жуаньши из гражданского населения, и слишком сильно покалеченные жуаньши-солдаты, и небоеспособные фрики, и слишком юные, и слишком старые…
С такими противниками отлично справляются в ближнем бою и рядовые морпехи, которые и наносят основной урон остаткам вражеской армии.
— Маркус! — окликнула Гизлан увлёкшегося генерала армий. — Тут юся!
Это сразу же его заинтересовало. Сердце забилось чаще, в теле появилась лёгкость и появилось живейшее предвкушение напряжённого поединка.
Но это сразу же заставило его вспомнить о раненом Виталии. Маркус очень сильно переживал за своего белого брата, который, в последнюю их встречу, выглядел очень погано…
— Маркус, да⁈ — спросил юся-фрик, носящий полную латную броню и здоровенный полэкс. (2)
Броня байгуйского типа, но старого образца, не предназначенная для защиты от пуль. У Маркуса появилось желание испытать на этом недоумке свой Биг Факин Ган, но в этом не было никакого спортивного интереса.
«Никаких переговоров с террористами», — не стал ничего отвечать Маркус и взял мисс Гор хватом для колющих ударов.
Он сделал стремительный рывок, проигнорировал удар полэксом по плечу и пробил шипом мисс Гор латную кирасу юся-фрика, а затем повалил его на землю.
— Стой, ха-ха-ха!!! — корчась в экстазе, воскликнул фрик. — Я — новый Господин! Присоединяйся ко мне — вместе мы свергнем Виталия, императора и всех остальных! И будем править Поднебесной, во веки веков!
Маркус выдернул шип мисс Гор из груди юся-фрика, что вызвало неприятный скрежет металла, а затем воткнул этот же шип в смотровую щель шлема фрика.
«Ублюдок сдох», — констатировал он. — «Но нужно удостовериться».
Приставив к башке юся-фрика ручницу, Маркус сделал выстрел. Крупная картечь взорвала голову поверженного врага, разбросав его мозги вокруг.
— Господин, блядь, ха-ха, — посмеялся Маркус и начал перезаряжать ручницу.
Корпус продолжал наступать, Гизлан ушла вперёд, а общая ситуация на поле боя выглядела так, будто это сокрушительное поражение фриков.
«Жаль, что юся-фрики мало напоминают рядовых выблядков», — посетовал Маркус. — «Если бы они тоже пёрли напролом, а не пытались смыться и спрятаться…»
Многие юся-фрики уже сбежали с поля боя, потому что жизнь им дороже — они ещё долго будут создавать проблемы Поднебесной.
«Надо убить их как можно больше», — с решимостью подумал Маркус. — «Чем больше их сдохнет здесь — тем меньше будет жертв где-то ещё».
*1396-й день юся, Поднебесная, имперская провинция, город Юнцзин, квартал Байшань, суверенный участок юся и дафу Вэй Та Ли, стойко нетрудоспособного*
— Это он, — произнесла Сара, а затем оглянулась на обслуживающий персонал Кремля. — Не говорить, не смотреть ему в глаза — это тяньлун, нравов которого мы не знаем.
В небе появился силуэт дракона, достаточно могущественного, чтобы пролететь половину Поднебесной чуть менее чем за сутки.
Малый веретенник непрерывно летел четверо суток, передал дракону сообщение, а затем был отпущен на волю — назад его тащить Саре показалось слишком хлопотным.
Специально для Фэйшаньцзо была подготовлена посадочная площадка из каменных плит, имеющих толщину в два с половиной метра.
Дракон увидел полосу и пошёл на посадку. Сделав один виток, необходимый для снижения скорости, он спланировал и сел на площадку.
Сара приблизилась к нему на десять шагов и исполнила образцовый «драконий» поклон — специальный тип поклона, позаимствованный людьми из приветственного этикета драконов.
Фэйшаньцзо благосклонно кивнул ей.
— Приветствую тебя, мудрый тяньлун, — склонила голову Сара.
— Приветствую тебя, госпожа Сара, — кивнул дракон. — Итак, где он?
— Сейчас его вынесут, — сказала Сара и дала знак Ифэй.
Та отправила в Кремль шестерых работников, которые вынесли из здания кровать — на ней лежит Виталий, мечущийся в лихорадке.
Вчера вечером он перестал говорить во сне — это, несомненно, является плохим знаком.
— Ты написала, что его ранили кинжалом, осквернённым Порочным Циклом, — произнёс дракон, нависший над Виталием. — Покажите мне его.
Сара кивнула и сходила в подвал, где находится хранилище особых ценностей. Она вытащила из сейфа кинжал, которым был ранен Виталий и сразу же почувствовала лёгкое давление на свои ментальные барьеры.
Неизвестный кузнец, изготовивший это оружие, сделал его цельнометаллическим, из четырёх металлов — стали, чёрной бронзы, свинца и золота. Лезвие имеет двустороннюю заточку серрейторного типа, а рукоять усеяна тонкими иглообразными шипами, что делает этот кинжал пригодным для использования только юся пути закалки тела. Остальные будут сильно травмировать кисть, что делает просто невозможным адекватное применение кинжала.
Сара вышла из хранилища, осторожно держа обёрнутое тёмным шёлком оружие на вытянутых руках.
Фэйшаньцзо принял из её рук кинжал, развернул ткань и начал пристально изучать его.
— Я думал, что они утратили эту практику, — произнёс он. — Но, видимо, я недооценил Порочный Цикл…
— Ты уже сталкивался с ним? — поинтересовалась Сара.
Дракон, вместо ответа, применил практику стихии Воздуха и кинжал сначала деформировался, а затем был сжат в металлический шар.
— Я заберу этот шар с собой — нужно будет надёжно уничтожить его, — сказал он.
— Ты знаешь, что происходит с Виталием? — спросила Сара.