RedDetonator – Фантастика 2025-126 (страница 127)

Город Голмуд стоит на реке Чаохэ, судоходной и, соответственно, торговой, поэтому недостатка верёвки тут нет и не предвидится.

Перед этим мне пришлось купить ручную деревянную тележку, в которую я положил три километра крепкой пеньковой верёвки.

Следующим пунктом была кузнечная мастерская, расположенная за городом.

— Приветствую, — поклонился я кузнецу. — Продадите ли мне хорошего железа и позволите ли поработать в вашей кузнице четыре часа?

— Приветствую, — кивнул кузнец. — Ты кто?

— Многие зовут меня Ли, — представился я.

— Болин, — назвал своё имя кузнец. — А у тебя деньги есть?

— Есть, — подтвердил я. — Сколько будет стоить четыре цзиня хорошего железа?

— Смотря какого, — нахмурился кузнец.

— Лучшего из того, что есть, — сказал я.

— Восемь лянов, торга не будет, — назвал цену кузнец Болин.

Грабёж средь бела дня.

— Хорошо, — поклонился я. — А сколько будет стоить время в кузнице?

— За один лян можешь работать хоть до конца дня, — махнул рукой кузнец.

— Договорились, — улыбнулся я из-под соломенной шляпы.

Дальше всё было просто.

Я вооружился кузнечными инструментами и начал серийное производство альпинистских штырей с ушками для продевания верёвки.

До конца дня изготовил сорок три единицы.

— Зачем тебе эти штуки? — поинтересовался Болин.

— Нужны для одного важного дела, — туманно ответил я.

— Я могу взять заказ на их изготовление, — сказал кузнец. — Сколько тебе нужно?

— Примерно шестьсот штук, — ответил я.

— Это большая работа, — покачал головой кузнец. — Придётся озадачить всех подмастерьев.

— Сколько ты хочешь за это и за какое время изготовишь? — спросил я.

— Три-четыре дня, — произнёс кузнец. — Двадцать три ляна.

— Дорого, — покачал я головой.

— Двадцать, — предложил Болин.

— Восемнадцать, — сказал я.

— Хорошо, — кивнул кузнец. — Но материал отдельно оплатишь — это дорогая сталь.

— Идёт, — согласился я. — Давай посчитаемся по материалу.

Эти херовины, не знаю, как они правильно называются — штыри, крюки или как, являются ключевым фактором успеха.

С горами основная проблема не в том, чтобы забраться, а в том, чтобы спуститься. На спуске, как я слышал, альпинистов гибнет гораздо больше, чем на подъёме.

Наверх, хуй с ним, я заберусь без страховки — я рисковый малый, но спускаться без страховки не буду. Я же не долбоёб, в конце концов…

Примечания:

1 — Личэнбэй — 里程碑 — китайский аналог дистанционных столбов, дорожных знаков, позволяющих определять расстояние до ближайших городов или почтовых станций в китайских ли. Так же на личэнбэях указывали ответственного за участок чиновника, а также название дороги. Это очень удобно — сразу понятно, по чьему ебалу нужно стучать, если дорога не в порядке. Я считаю, что это хорошая практика, «совершенно случайно» позабытая в современности, из-за чего непонятно, по чьей вине ты потерял тачку в чёрной дыре, образовавшейся из ямы посреди трассы.

Глава девятнадцатая

Эврисинг хэз итс лимитс, эспешэли хюман

*458-й день юся, провинция Шугуан, уездный город Голмуд*

— Вот этот дерьмово отпущен, — положил я на стол страховочный штырь. — Не принимаю.

— Ты скажи, зачем оно тебе нужно, — попросил кузнец Болин.

— Какая тебе разница? — нахмурился я. — Я плачу тебе за это деньги? Или ты мне одолжение делаешь?

— Не хочешь говорить — не говори… — поморщился кузнец.

— Я тебе уже четыре раза сказал, что это не твоё дело, — ответил я на это и вытащил ещё один подозрительный штырь. — Твоих подмастерьев нужно пиздить по рукам за такую халтуру! Этот тоже всрато отпущен!

— Лично выкую замену, сейчас же, — ответил Болин.

— Я тогда пересмотрю оставшиеся, — ответил я и перетащил короб со штырями к лавке у стены.

Вот так и давай ответственную работу на аутсорсинг, блядь…

Болин не справлялся, поэтому подключил к работе всех своих подмастерьев, даже самых рукожопых. Лучше сразу больше времени взять, чем потом доделывать при приёмке.

Ему-то с этого сплошные плюсы — и денег заработал, и подмастерьев на крупном и ответственном заказе поднатаскал, а я время теряю. Надо было не идти по пути наименьшего сопротивления и самому всё сделать, что было бы дольше по времени, но дешевле и без ёбли мозга.

— Ты, Хун! — позвал я подмастерье. — Вот эти три тоже передай. Тоже хуёвый отпуск. Среди вас завёлся какой-то долбоёб, неспособный выдерживать температуру отпуска — это, случайно, не ты?

— Нет, мастер Ли! — сразу же ответил Хун.

— Лучше бы вам выявить этого ебаната — он может обойтись кузнице очень дорого! — предупредил я его.

Ладно, если такие сравнительно простые вещи, как штыри. Но бывают ведь и сложные конструкции, которые легко можно запороть нарушением технологии отпуска. И это бывает заметно не всегда, поэтому деталь может наебнуться уже в ходе эксплуатации, а это может быть чревато людскими жертвами.

«Немцы вон, придумали хитровыебанные технологии отпуска, из-за которых потом нельзя повторно закручивать болты — их даже закручивать нужно с динамометром, на точное количество оборотов», — подумал я. — «Этой кузнице до немцев, как мне раком до западных провинций…»

Я выявил ещё четырнадцать бракованных штырей, а кузнец Болин решил испытать своих подмастерьев и быстро выявил долбоёба. Им оказался подмастерье Чонг, который отпускает металл вообще на отъебись и думает, что и так сойдёт.

Три часа спустя я вышел из кузницы и потащил свою тележку прочь из города Голмуд.

Хорошо, что договорились с Болином на аванс, а то, если бы я заплатил ему всю сумму сразу, он мог послать меня нахуй, типа, работа сделана — не выёбывайся.

Нельзя надеяться на порядочность незнакомцев, потому что люди борются внутри себя с тысячами соблазнов, среди которых соблазн кинуть подставившегося или подтолкнуть падающего — один из сильнейших.

Мой жизненный и профессиональный опыт привели меня к одной парадигме, которая срабатывает в девяти случаях из десяти: нужно заведомо подстраховываться так, будто этот незнакомый человек, с которым ты имеешь дело, может устроить тебе подляну. Если человек оказывается порядочным, то надо радоваться этому и заносить в виртуальный список благонадёжных, но, пока что, карандашом. А уже потом, по мере увеличения числа успешных взаимодействий, можно брать и ручку.

Никто, блядь, не умрёт от того, что ты подстраховался на случай кидалова и подставы. Другое дело, что и среди автомехов хватает кидал, поэтому неудивительно, что клиентура тоже подстраховывается.

Но такова уж жизнь, что у нас в обществе даже не пахнет солидарностью и все ждут говна друг от друга — на основании личного опыта…

«Эх, тяжеловато будет тащить всё это в гору», — подумал я, оглянувшись на ящик со штырями.

Накануне я купил три отреза мягкой свиной кожи и сшил себе альпинистский чехол с сотней кармашков под штыри. Буду носить его на ремне над жопой и вытаскивать штыри по мере необходимости.

Пересекаю городские врата, удаляюсь от города на полтора километра, изображая сгорбленного и придавленного жизнью селюка, а затем распрямляюсь и ускоряюсь. Камуфляж работает — до меня ещё никто не доебался.

«Отец, увидь он эту картину, сказал бы, что я не только долбоёб, но ещё и скоморох, лицедей и актёрский полупокер», — подумал я с теплотой на душе. — «Папки очень не хватает…»

Никто не дал ему второго шанса, а мне, блядь, дали — почему?

Я должен был сдохнуть в совершенно тупейшем ДТП, вместе со своей Ласточкой, но я хожу по Поднебесной, копчу небо…