RedDetonator – Чингисхан. Сотрясая вселенную (страница 2)
Не стерпев обиду, Темучжин взял с собой Хасара, выбрал момент и напал на Бехтера. Он перерезал ему глотку, потому что никто не смеет отнимать у него еду, без последствий для себя. И эти маленькие...
Темучжин волевым усилием взял себя в руки. Он слишком зрел, чтобы опускаться до этих зверёнышей. Убивать их он не будет, хотя это было бы выгодно, но в будущем, когда он вновь возвысится, он не дарует им и дырявой кошмы... Так он решил. А Эрлиеву отдаст в жёны какому-нибудь рядовому воину. Если будет хорошо вести себя, то может рассчитывать на гвардейца из кешиктенов.
Выследить этих троих было нетрудно. Он знал, где они, обычно, обретаются — на берегу мелкой безымянной речушки, сильно мелеющей к концу лета. Нет, кто-то раньше как-то называл эту речушку, но местные жители, испокон веку обитавшие на этих землях, не перенесли встречи с их племенем, бежавшим от неких «бесчисленных орд конников».
Расспросы родителей не принесли никакой пользы, потому что Эйриха никто не воспринимает всерьёз и не считает нужным вести с ним просветительские беседы.
«Губительный подход», — подумал Темучжин, огибая скопление подсохшего кустарника. — «Даже я откладывал некоторые государственные дела, чтобы учить уму-разуму своих детей, а у меня их было немало...»
Поселение, в котором они сейчас обитают, называется просто «деревней», то есть племя даже не посчитало нужным как-то называть это место. Это было связано с тем, что племя уже неоднократно переезжало всё дальше и дальше на юг. Сейчас, судя по всему, затишье, но вождь может принять решение идти в более плодородные земли, памятуя об угрозе от орды конников.
Темучжину даже на миг показалось, что Тенгри поставил его на пути монгольских туменов, следующих на запад, но родители никогда не слышали о монголах и Чингисхане, а Темучжин снова получил взбучку, чтобы не рассказывал больше всякие небылицы...
С этими людьми надо вести себя осторожно, потому что он сейчас самый наименее ценный член семьи и отказаться от него гораздо легче, чем от старших братьев или сестрицы, которая, если переживёт детство, может стать выгодным товаром — не у одного Темучжина есть план отдать её замуж за сдельную сумму — калым.
И если он вызовет гнев родителей или покажет, что вреда от него больше, чем пользы... Выжить будет гораздо тяжелее. При родителях, которые, хоть как-то, но заботятся о нём, он постоянно хочет есть. Его буквально истомляло осознание того, что если он не будет хорошо есть, то не вырастет настоящим воином. Если он уродился в Зевту, своего нынешнего отца, то, при достаточно интенсивных тренировках и хорошей еде, сможет вымахать даже выше, чем отец.
Зевта — дюжий малый, светловолосый, как все в их семье, сероглазый, с волевым лицом, на котором есть несколько явно боевых шрамов, с сильными руками, а также характерной осанкой человека, знающего себе цену. Темучжин, встреть такого среди монголов, подумал бы, что видит перед собой опытного воина. И истина — Зевта служит в дружине вождя Бреты.
Вроде бы дружинник — это готовый к бою по первому зову воин, поэтому большую часть дня Зевта проводит в бражном зале вождя, где, как говорят старшие братья, сильно выпивает за счёт вождя. Есть здесь такой обычай, когда вождь платит за бесплатные мёд и брагу для своей дружины. Поэтому дружинников у него немного, всего двенадцать человек, зато каждый из них является отличным воином, если верить старшим братьям, опять же.
— Трое! — крикнул Темучжин. — Вы где?!
Вероятно, играют в прятки или залегли в кустарнике и спят. Темучжин начал злиться. Во-первых, от того, что слишком мал сейчас и его ни во что не ставят. Во-вторых, от того, что должен работать как какой-то простолюдин.
Каков его нынешний быт? До рассвета его будят, он одевается в своё грубое рубище, после чего выходит, вместе с братьями и сестрой, собирать валежник в лесу. Пока идёт сбор валежника, Тиудигото готовит нехитрый завтрак, на котором надо как-то продержаться до вечера — лепёшка грубого хлеба, может, иногда, немного мяса, если Зевта соизволит принести что-то из бражного дома.
После завтрака Эйрих и братья ищут в лесу упавшие деревья, которые можно отломать от корней и приволочь домой. Предполагается, что Зевта займёт у соседей топор и нарубит дров — эти дрова будут складированы в ветхом сарае, где пролежат до зимы, чтобы было, чем топить очаг.
С металлом здесь всё очень плохо, впрочем, как было и в степи во времена юности Темучжина. Вся сталь, которую только удаётся получить, уходит на топоры и наконечники копий для воинов. Лишнего металла нет, поэтому плотницкие топоры и даже хозяйственные ножи — это дорогое удовольствие.
Поэтому освободить даже небольшое деревце от корней — это большой труд для маленьких ручонок Эйриха.
Чтобы хоть как-то облегчить работу, он вновь взялся за старое. Под «старым» понимается работа с камнем. В пору страшной нищеты, когда не хватало металла даже на наконечники для стрел, Темучжин колол кремень и делал острые наконечники для охоты на дичь. Следует сказать, что он стал неплохим мастером, способным выбивать из камня даже примитивные ножи, а однажды у него получился неплохой топор, которым он, некоторое время, рубил маленькие деревья, чтобы компенсировать недостаток запасов кизяка. Кизяк — это овечье дерьмо, смешанное с соломой и высушенное в специальной форме. Здесь в таком нет необходимости, так как в лесах полно валежника и палых деревьев.
Железо получить удастся нескоро, потому что оно здесь лишь чуть дешевле золота. В связи с этим Темучжин, в ближайшие дни, найдёт подходящий камень и выбьет из него нечто похожее на топор. И пока остальные будут колотить корни подручным камнями или бессмысленно гнуть их из стороны в сторону, он, если всё получится как надо, будет срубать малые деревья, чтобы быстрее всех выполнять дневную задачу.
Кремневый «нож» он уже нашёл у речки. Там валяется много камней, поэтому он потратил часа четыре, чтобы найти себе инструмент для повседневно-бытовых задач.
— Вы где?! — вновь крикнул он, идя вдоль берега.
И снова тишина. Если они замыслили засаду, чтобы вновь выбить из него пыль...
За что? Эрклиг их знает! Это же дети! Разве им нужен повод, чтобы избить кого-то, кто слабее, чем они?
Тут он услышал шум и копошение где-то за очередным скоплением суховатых кустов. Значит, точно хотят его избить... Но теперь, когда он распознал засаду, эта затея им дорого обойдётся. Сегодня кто-то из них точно умрёт... Или будет жалеть, что выжил...
Рука сама сняла с пояса кремневый нож. Мальчик Эйрих пригнулся и начал внимательно следить за тем, куда ступает. Он сфокусировался на мысли, что на охоте, и от её результатов зависит то, как он будет жить дальше.
Обогнув источник шума по большой дуге, Темучжин, максимально скрываясь, чему хорошо помогало то, что он босоног, начал заходить к непрерывному шуму с тыла.
Были места, где пришлось нашуметь — сосновые колючки захрустели слишком громко, но, если не учитывать это, он подкрался образцово незаметно.
И на небольшой полянке, кою окружают эти суховатые кусты, он увидел сцену, которая заставила его крепко задуматься. Точнее, взвесить все «за» и «против».
Валамир и Эрелиева лежали на траве, битые и связанные конопляной верёвкой, а Видимира активно щупал, как девку, некий крепкий мужчина, лица которого Темучжин не видел.
Слышал он, что есть такие люди, охочие до мальчишечьего тела. Сам он их не уважал, а в своём воинстве не терпел, подвергая казни. Мужчина должен быть с женщиной, не с другим мужчиной. И, тем более, не с мальчиком. Это против природы и против воли Тенгри. Если бы Тенгри хотел такого, может, в этом появился бы какой-то практический смысл?
А «за» и «против» он начал взвешивать потому, что если оставить события идти своим ходом, то это решает ряд проблем — больше никаких конкурентов на родительскую еду, никаких рисков быть битым этими погаными недоносками, но... Есть риск, что этот неизвестный не убьёт его братьев с сестрой, они вернутся домой, может, расскажут о произошедшем отцу, тот затеет свару и может умереть на судебном поединке — эту вероятность исключать не следует. А ещё это урон чести их семьи, когда средний сын Зевты был с мужчиной — сам же Темучжин будет насмехаться на этим сопляком, он себя знает...
Ещё эти трое будут обязаны ему за свои жизни. Уж он-то воспользуется этим, до последней монеты...
И монеты! У неизвестного могут быть деньги, у него может быть нож — такая штука Темучжину очень нужна. Ещё верёвка, которой связаны его брат с сестрой — тоже ценная, в его убогой нищете, вещь.
Решение склоняется в пользу того, чтобы стать благородным спасителем беззащитных недоносков...
Темучжин начал движение, перекатив в ладони кремневый нож.
Неизвестный привстал на колени, задрал на Видимире робу, затем начал развязывать перевязь своих штанов. Лучше момента судьба не предоставит.
Стиснув зубы от напряжения, вызванного тем, что он сомневался в силе своих рук, Темучжин рванул к неизвестному мужчине, взял его за волосы, ощутил недоуменное движение головой, после чего приставил к глотке своей жертвы кремневый нож и с силой дёрнул его в сторону.
Зубчатая режущая кромка распорола ткани и повредила правую сонную артерию. Видимира, заоравшего от ужаса, щедро обрызгало кровью.