Редакция журнала «Позитивные изменения» – Позитивные изменения. Том 3, № 3 (2023). Positive changes. Volume 3, Issue 3 (2023) (страница 3)
Я бы хотел провести некоторую аналогию понятия «третьей миссии» университета и корпоративной социальной ответственности бизнеса.
Проекты КСО серьезно помогают решать общественно-значимые задачи городов и регионов, и одновременно – они отвечают приоритетам устойчивости и развития самого бизнеса. Например, работа с территорией базирования предприятий позволяет снижать потенциальные риски: если жители города доверяют этой компании, они могут в случае необходимости с пониманием отнестись к возможным проблемам, которые могут возникнуть на предприятии.
Благоприятная городской среда – и с точки зрения экологии, и решения социальных задач, и развития культурной сферы, безусловно, является важным фактором для привлечения и удержания персонала. В этой связи компании, реализующие программы КСО, могли бы быть очень хорошими партнерами для университетов в реализации их «третьей миссии» и в части инициирования студенческих проектов, и по направлению деятельности вуза как think tank, и в совместной с университетами поддержке деятельности НКО и социальных предпринимателей.
В вузах есть структурные подразделения, которые привлекают внебюджетное финансирование. Соответственно, в рамках реализации проектов «третьей миссии» они могут заработать репутацию среди потенциальных заказчиков при проведении, например, исследовательских и аналитических работ. Эти подразделения потом могут выступать исполнителями коммерческих заказов компаний и выполнять работы по заказу региональных и городских администраций.
Есть интересный опыт в УрФУ, в котором в 2022 году был объявлен конкурс грантов для сотрудников университета за счет внутреннего бюджета вуза на цели помощи НКО в разработке проектов, претендующих на финансирование в рамках грантовых конкурсов Фонда президентских грантов и Президентского конкурса культурных инициатив[16]. Предполагается, что в случае победы проектных заявок на конкурсе университет сможет выступить в качестве партнера НКО при их реализации.
Одновременно партнерство с университетом может быть интересно для НКО, в том числе как одно из направлений самореализации своих сотрудников. Одна из траекторий профессионального развития руководителей и специалистов некоммерческих организаций – работать со студентами в качестве преподавателя или научного сотрудника в университете, например на условиях совместительства.
Партнерство с университетом может быть интересно для НКО, в том числе как одно из направлений самореализации своих сотрудников – работать со студентами в качестве преподавателя или научного сотрудника в университете.
Ну и еще, на мой взгляд, важно сказать, что университеты – это авторитетный партнер для валидации, подтверждения достоверности результатов деятельности некоммерческих организаций и тех технологий, которые они используют. Потому что одно дело, если организация просто ссылается на свой опыт, и совсем другое – если действенность используемой ею методики работы подтверждена результатами исследований. Университеты могут доказательно подтвердить, что те или иные социальные эффекты – это не роль случая, а результат применения технологий, осуществляемых НКО. Поэтому и в этом направлении партнерство с университетами представляется важным и перспективным.
Например, Ярославский госуниверситет развивает тесное партнерство с региональным ресурсным центром поддержки НКО, которым руководит Елена Исаева. При этом ЯрГУ в рамках программы «Приоритет 2030» обеспечивает продвижение «третьей миссии» среди вузов макрорегиона Верхней Волги.
Еще один очень интересный пример осуществления задач «третьей миссии», о котором я люблю рассказывать, показывает Санкт-Петербургский госуниверситет, реализуя формат «клинической практики» студентов. Что имеется в виду?
Многие знакомы с опытом деятельности юридических клиник в университетах, когда студенты оказывают бесплатную юридическую помощь тем, кто в ней нуждается. Старшекурсники получают необходимую практику, помогая решать те или иные правовые вопросы для граждан, одновременно наращивая свои навыки работы с нормативной базой.
В настоящее время формат юридических клиник уже распространен более чем в ста российских вузах[17].
Так вот, в Санкт-Петербургском госуниверситете, кроме юридической клиники, есть еще 15 других клиник, работающих в сфере социального обслуживания, психологической помощи, конфликтологии, экологии и др.[18]
Считаю, что это очень перспективный формат реализации «третьей миссии» университета, когда, обучаясь, студенты вместе с сотрудниками университета помогают решать актуальные и важные социально-экономические задачи[19].
Первый пилотный проект, который был реализован в формате импакт-инвестиций при прямой государственной поддержке, назывался «Повышение образовательных результатов учащихся Республики Саха (Якутия)»[20]. Организатором проекта выступил ВЭБ.РФ, а исполнителем – НИУ ВШЭ.
Повышение образовательных результатов обеспечивалось путем осуществления дополнительной подготовки учащихся, выстраивания индивидуальных образовательных траекторий, повышения квалификации учителей и управленческих команд школ, развития профессиональных сообществ, вовлечения родителей в формирование различных школьных проектов и проектирование образовательной траектории детей[21].
Этот проект – пример того, когда университет, обладая высоким уровнем компетенций в организационном развитии общего образования, стал исполнителем импакт-проекта. Я предполагаю, что по другим направлениям, скажем, в сфере занятости, сопровождаемого проживания, здравоохранения, университеты тоже могли бы помочь достичь значимых результатов[22].
Если это действительно сильный университет, то он должен иметь возможность обеспечивать содействие внедрению того, что называется state-of-the-art, то есть знаний и технологий, которые находятся на переднем крае современных в мире исследований и разработок.
И здесь роль университета может быть очень важной как в качестве потенциально исполнителя проектов социального воздействия, так и в качестве эксперта со стороны заказчика, который может определить правильный подход к решению задачи, обеспечив предварительную экспертизу того решения, которое предлагается исполнителем проекта социального воздействия.
Потенциал участия вузов в формировании и реализации проектов социально-экономического развития опирается на их компетенции в проведении исследований и разработок высокого уровня, в подготовке кадров.
Реализация этого потенциала позволяет им выступать в качестве по-настоящему значимого драйвера развития экономики городов и регионов. И понятие «третьей миссии» – хорошая метафора для описания этой сверхзадачи.
Юлия Вяткина
“The University Is a Development Institution That Can Become a Driver for Territorial Development.” Interview with Artem Shadrin
Yulia Vyatkina
DOI 10.55140/2782–5817–2023–3–3–4-14
In many countries of the world, development institutions play a crucial role in implementing the social and economic policy of the state. They are tasked with fostering economic growth, facilitating modernization of the economy, and addressing urgent social issues. Outside the financial realm, however, universities play the key role of development institutions by providing invaluable expertise to government bodies, businesses, NGOs, social entrepreneurs, and local communities alike. To delve into today’s potential of universities and their evolving role as development institutions, we sat down with Artem Shadrin, Director of the Institute of Socio-Economic Design at the National Research University Higher School of Economics.
The third mission is a natural complement to the university’s two primary missions: education and research. It plays a pivotal role in accelerating development within the regions where universities are located.
Within the scope of the “Third Mission of the University” project,[23] which is led by the Institute of Socio-Economic Design at the National Research University Higher School of Economics and supported by the Vladimir Potanin Foundation, we have identified three primary focus areas.