Ребекка Занетти – Современный зарубежный детектив-7 (страница 54)

Лорел решила не обращать внимания на комментарий насчет «ублюдка».

— А глаза?

— Он ненавидел свои глаза и, следовательно, ненавидел мои. Его отец считал Зика одержимым, а его глаза — знаком дьявола и избивал его до полусмерти. Тот прятал свои глаза от всех и заставил меня делать то же самое. Я с самого детства ношу темные очки или контактные линзы. К тому же наши глаза — ни с чем не сравнимая примета. Я поступила в колледж еще ребенком, а потом совсем юной на работу. Добавь к этому еще и разноцветные глаза — и меня все считали бы фриком.

— Я понимаю, — мягко сказала Лорел.

Эбигейл улыбнулась.

— Опять же, встреча с тобой изменила мое восприятие. Ты приняла это причудливое сочетание как нечто естественное, как неотъемлемую часть себя, и цвета действительно потрясающие. Я переосмысливаю весь свой образ. Представь, как было бы очаровательно, если б мы стали так же похожи внешне, как и внутренне.

В голове у Лорел прозвенел тревожный звоночек.

— Внутренне?

— Конечно. Мы — две стороны одной медали, Лорел. Разве ты этого не видишь? Разве ты этого не чувствуешь? — Эбигейл сделала еще глоток.

— Нет, — честно ответила Лорел. — Ты играешь в игры, в которых я не разбираюсь. Моя работа — спасать людей.

Смешок Эбигейл прозвучал одновременно весело и мрачно.

— Ох, милая, ты слишком умна для этого. С твоим интеллектом и возможностями ты могла бы делать намного больше. Разгадывать тайны Вселенной. Излечивать рак. Ездить по охваченным войной странам и создавать цепочки поставок продовольствия и медикаментов. Но ты пошла по другому пути.

Лорел поерзала на стуле и снова вытерла с подбородка капли дождя. Эбигейл подняла бокал.

— Ты влезаешь в самые темные умы, наполненные настоящим злом, ты охотишься на отъявленных злодеев. Тебя тянет к ним, хотя ты не понимаешь этого и не хочешь в этом разбираться. Ты успокаиваешь себя тем, что преследуешь их и разделываешься с ними. Но результат для тебя не важен — для тебя важно именно это влечение.

— Это неправда, — возразила Лорел.

Эбигейл пожала плечами.

— Ты можешь говорить что угодно, чтобы оставаться в порядке и сохранять уверенность в своем мире. Но мы обе знаем, что тебя влечет тьма.

Лорел замерла на вдохе.

Эбигейл допила свое вино.

— Ты когда-нибудь задумывалась о том, кем бы стала, что бы делала, если б тебя не воспитывала мать-миролюбка, любительница чая? Та, которая сопровождала тебя в колледж и не оставляла потом, чтобы тебе не было одиноко…

Лорел тоже допила вино; в голове у нее гудело.

— Ты стала бы мной, — прошептала Эбигейл и, подтянув бутылку, снова наполнила их бокалы.

— Ты убила своего отца? — негромко спросила Лорел.

— Нашего отца. — Эбигейл подтолкнула бокал к Лорел. — Ненавидела ли я его? Да. Хотела ли держаться от него подальше до конца своей жизни? Да. Убила ли его? Нет. — Она подняла свой бокал. — Я напоминала ему его самого, те волосы, те глаза, которые его научили ненавидеть. Кроме того, я была женщиной, а такой повелитель, как он, заслуживал наследника мужского пола. И, наконец, тот факт, что я была намного умнее, доводил его до бешенства. Он уверовал, что это дьявол послал меня сюда, чтобы пакостить ему. Когда после смерти моей матери власти штата забирали меня у него, он улыбался. Да, улыбался. — Она выпила еще. — Это все, что ты узнаешь от меня о нем. Не спрашивай больше.

— Я намерена найти его. — Лорел к своему бокалу не притронулась.

— Да поможет тебе Бог, когда ты его найдешь, — пробормотала Эбигейл. — Теперь ты моя сестра, моя кровь, и я буду с тобой, если это когда-либо случится. Поверь, я тебе пригожусь.

— Хорошо. — Лорел соскользнула со стула. — Ты ненавидела свою мать за то, что она умерла? За то, что оставила тебя с ним?

— Нет, — прошептала Эбигейл. — Я любила ее. Несмотря ни на что.

Прочитать ее мысли Лорел не могла.

— Ладно. Мне нужно идти. — Она повернулась к двери.

Эбигейл быстро обогнула мраморную стойку.

— Там холодно и мокро. Ты могла бы остаться на ночь. — Она невесело усмехнулась. — Устроили бы сестринские посиделки… Посмотрели бы старые фильмы, поговорили о мужиках, поделились надеждами и мечтами… — В ее голосе звучал сарказм, но Лорел, когда обернулась, увидела в двухцветных глазах Эбигейл боль и одиночество.

— Мне надо идти, — мягко сказала Сноу, едва удерживаясь, чтобы не побежать.

Она снова повернулась к двери — и в этот момент за окном полыхнула яркая вспышка.

— Пригнись! — крикнула Лорел и, развернувшись, бросилась к Эбигейл.

Толстое стекло разлетелось вдребезги, и левое плечо пронзила острая боль. Упав на Эбигейл, Лорел схватила ее за плечи и толкнула за металлическую дверь. Второй выстрел — и смертельно опасные осколки ударили по сторонам. Еще одно стекло взорвалось, осыпавшись на выложенный плитками пол. Стрельба продолжалась; совсем близко от них пули били в диван, вырывая хлопья набивки.

Нагнув голову, Лорел затолкала Эбигейл еще дальше в угол. Прямо над ними пули долбили металл, и у нее звенело в ушах.

— Оставайся здесь. — Она потянулась правой рукой за пистолетом.

— Нет. — Эбигейл схватила ее за руку. — В тебя попали.

— Ну да. — Лорел немного высунулась из-за двери и несколько раз выстрелила в разбитое окно. Она даже успела увидеть побитый фургон, преследовавший ее прошлой ночью, и пригнувшуюся фигуру с автоматическим оружием на капоте.

Он выстрелил снова, и Лорел оттолкнула от себя Эбигейл.

Стрелок вскочил в кабину, и фургон сорвался с места.

— Позвони девять один один, — приказала Лорел, когда комната пошла кругом вокруг нее. Насколько сильно ее зацепило?

Первым из прибывших в дом влетел Гек — с оружием наготове.

— Сноу? — проревел он, бросая взгляд по сторонам.

— Здесь. — Лорел сидела на выложенном белым мрамором камине. — Я в порядке. — К левому плечу она прижимала белое полотенце, уже успевшее пропитаться кровью. Лицо ее было бледным, рука дрожала. — Опасность миновала. Стрелок был один, на том же фургоне, который сбил меня с дороги прошлой ночью.

Гек остановился. С улицы донеслись звуки подъезжающих автомобилей, в том числе «скорой помощи». Дождь и ветер ворвались в переднюю, где в разбитом окне еще торчали осколки толстого стекла. Другие осколки, разлетевшиеся по белым плиткам пола, поблескивали в свете ночных огней.

Гек выпрямился, медленно расслабил плечи и выдохнул. Приняв тревожный звонок, он ожидал худшего.

— У меня есть еще полотенце. — Из коридора справа от камина торопливо вошла женщина — судя по голосу, доктор Эбигейл Кейн.

Что Лорел делала в доме доктора Кейн?

Гек повернулся — и замер от изумления.

— Что за черт? — пробормотал он, придя в себя через несколько секунд.

Доктор Кейн подмигнула ему и поспешила к Лорел со свежим полотенцем.

— Добрый вечер, капитан. — Она определенно пребывала в бодром настроении — и это после того, как ее окно разлетелось от пуль. — Вижу, моя внешность произвела на вас сильное впечатление… Позвольте ввести вас в курс дела. — Она приложила полотенце к кровоточащей ране на плече Лорел.

Та поморщилась и прижала полотенце своей рукой.

Эбигейл повернулась к Геку.

— Мы сестры. Те же волосы, те же, теперь восхитительно похожие, глаза, и один отец на двоих. Кроме того, у нас обеих амбидекстрия, учитывая, что моя талантливая сестра стреляла с левой руки. У нас вообще много общего. Ну не охренеть ли?

Гек замер и вытянул шею, чтобы посмотреть поверх доктора Кейн на Лорел. Та закрыла глаза и кивнула. Потом покачала головой. И снова кивнула. Одежда ее была в крови.

В комнату в сопровождении парамедиков, шерифа, двух полицейских и агента ФБР Уолтера Смаджена ворвался Монти.

— Опасности нет, — быстро сказал Гек.

Монти резко остановился рядом с ним, посмотрел на Эбигейл, на Лорел, а затем снова на Эбигейл и подвел итог тремя словами:

— Вот же хрень.

Добавить к этому было нечего.

Эбигейл хлопнула в ладоши.

— Мы сестры. Разве это не замечательно? — От волнения ее акцент стал еще заметнее.