Ребекка Занетти – Современный зарубежный детектив-7 (страница 197)

– О нет, внутрь никак нельзя. Пол сразу провалится. Я вам и так все расскажу. Здесь раньше была столовая. А вон там, сбоку, администрация. Дети жили в отдельных хижинах.

– Расскажите мне про детей, – попросила Лорел, косясь на кривобокие домики.

– Большинство были нормальные. Я помогал тут управляться, знаете ли. Отвечал за водный спорт. Иногда попадались отпетые, но, сами понимаете, в этом возрасте все дети – засранцы.

Лорел сглотнула.

Джон воздел к небу костлявые руки.

– Не понимаю, зачем люди вообще заводят детей. Они ведь рушат им жизнь!

– А у вас дети есть? – мягко поинтересовался Гек.

– Еще не хватало! Я такой ошибки не сделал, – отрезал Джонсон.

Лорел отвела промокшие волосы от лица. Пожалуй, даже хорошо, что старый ворчун не обзавелся потомством. Она развернулась и направилась к воде, где Эней бегал по камням.

– Здесь случалось что-нибудь незаконное? Что-нибудь плохое?

– Нет, – ответил Джонсон, следуя за ней. – Пара детей едва не утонули, но исключительно по собственной глупости. Мы каждый раз их спасали. Кто-нибудь мог напиться, но знаете, в основном обычные детские шалости.

Лорел подошла к берегу, и ее внимание привлекла какая-то постройка, частично скрытая за деревьями, тоже белая и с портиком. Кажется, она догадалась, что это.

– Там церковь?

Джонсон проследил за ее взглядом.

– Ах да. Раньше называлась Озерная. Много людей из города приезжали сюда летом. Устраивали пикники на берегу. Церковь работала только в летнее время. Священники служили по очереди. Было весело.

Лорел повернулась и пошла к церкви. Она оказалась в лучшем состоянии, чем остальной лагерь.

– Больше ею не пользуются?

– Нет. В получасе езды отсюда построили другую, побольше, на озере Луни. Когда лагерь закрылся, люди перестали приезжать. Чтобы попасть сюда, им пришлось бы нарушить границы частной собственности, да и вообще… зачем нужна церковь без лагеря.

– А что такое? – спросил Гек. – Почему тебя заинтересовала церковь?

– Пока не знаю. – Лорел подошла к строению поближе. – Мы можем заглянуть внутрь?

Джонсон закашлялся, потом хрипло ответил:

– Да. Она сохранилась лучше столовой. Можно войти внутрь. Я там бываю время от времени, разговариваю с Господом.

Лорел задумалась, слушает ли Господь этого ворчуна. Вероятно. Она поднялась по ступеням и толкнула входную дверь. Разбухшие от воды доски заскрипели. Непроизвольно вздрогнув, она ступила внутрь. Ряды потертых скамей вели к алтарю из светлого дуба, сильно поврежденного сыростью.

Казалось, церковь спит, ожидая возвращения паствы. В воздухе носились клубы пыли, под стропилами гудел ветер.

– Ризница вон там, – показал Джонсон.

Дверь была только одна, слева; из ризницы лесенка вела вниз.

– А что там? – спросила Лорел.

– Раньше была игровая для детишек, на время служб. Сами знаете, детей приводят в церковь, они начинают рыдать и орать. Вот для них и сделали игровую.

Лорел открыла дверь пошире.

– Дай-ка я первый, – сказал Гек и проверил ступени. – Все в порядке. Достаточно прочные.

Он щелкнул выключателем, но свет не зажегся.

– Электричества нет, – просипел Джонсон. – Но у меня тут припрятан фонарь.

Он прошлепал к рабочему столу в углу комнаты, покопался в нижнем ящике и протянул Геку большой промышленный фонарь.

Гек взял его.

– Спасибо.

Он включил лампу и двинулся вниз по широкой и на удивление хорошо сохранившейся лестнице. Лорел последовала за ним, борясь с желанием вцепиться в его куртку. Церковь наводила на нее ужас.

Спустившись, Гек огляделся и присвистнул. Лорел проследила за его взглядом. По всей комнате в беспорядке стояли детские столы и стулья, на полу валялись старые игрушки – куклы Барби и плюшевые медведи. В дальнем конце был оборудован уголок для чтения с матами на полу, цветными стенами и крашеным потолком с серебряными звездочками. Маты были фиолетовые, стены были фиолетовые и потолок фиолетовый тоже.

– Ох, – тихонько вздохнула Лорел.

Гек посветил фонариком в сторону окна в самом верху стены, на уровне земли. Проем засыпали камешки, намытые дождем.

– Да, – сказал Джонсон. – Дети из лагеря пробирались сюда через это окно и занимались грязными делишками. Говорю вам, дети – сущая чума.

Лорел развернулась к нему.

– Они занимались здесь сексом?

– О да. В последний год перед закрытием лагеря трех девчонок пришлось отправить домой. – Он показал на столбики зарубок на стене. В одном столбике зарубок было пять, в другом три, в третьем семь. – Они тут устроили соревнование. Вы можете в это поверить? Кто сколько парней сумеет заманить. Девчонки заслужили, чтобы их выгнали.

Пульс Лорел подскочил. Невероятно. Она осматривала подвальное помещение до тех пор, пока сырость и запах плесени не стали невыносимыми.

– Идем, – сказала она, поднялась по лестнице и вышла в холодную морось на улице. Мужчины последовали за ней. Оказавшись на тусклом дневном свете, Лорел достала ксерокопию лагерного снимка из кармана и показала Джонсону.

– Вы кого-нибудь из них узнаете?

Джонсон шмыгнул носом.

– Тут куча ребятни перебывала. Вряд ли я их вспомню. – Он вгляделся в снимок внимательнее. – Хотя нет, вот этого я видел.

– Которого? – спросила Лорел.

Джонсон показал пальцем.

– Вот этого парня. Он избирается в городской совет. Да, он был тут с год назад, хотел купить лагерь. Участвовал в закрытом аукционе, но проиграл.

– А кто он? – спросил Гек.

Лорел стремительно рисовала новые связи в своей мысленной схеме убийства.

– Советник Свелтер.

– Кажется, нам предстоит еще один разговор с ним, – заметил Гек.

– Безусловно. – Она поблагодарила мистера Джонсона и поспешила к пикапу, где стянула с себя куртку и стала отжимать мокрые волосы.

Гек посадил в машину Энея, бросил свою куртку назад и сел за руль.

– Давай выбираться из этого кошмарного места.

Лорел смахнула дождевые капли с лица и нажала кнопку быстрого набора на своем телефоне.

– Смаджен, – отозвался Уолтер.

– Привет. Хотела узнать, как дела в лаборатории.

– Мы только входим, – ответил он. – Пришлось искать кого-нибудь, чтобы отпереть дверь. Тут мультизамок.

Это было очень похоже на Эбигейл. Дыхание Лорел участилось. Ей не терпелось узнать, что же находится внутри.

– Нам еще пять часов возвращаться, но ты обязательно все сфотографируй. Как только приедем в город, сразу помчимся к вам, и я посмотрю снимки.

– Договорились, – сказал Уолтер. – Ну вот, дверь открывается.