Ребекка Яррос – Ониксовый Шторм (страница 5)

Все повернулись ко мне.

– Если мне позволят, я предоставлю список тех, кому доверяю и кого хочу взять с собой.

Список, который переписывался так часто, что я уже и не была уверена, нужный ли вариант у меня с собой.

– Бери весь отряд, – посоветовал Сойер. – Мы лучше всего действуем в команде. – Потом фыркнул: – Кого я обманываю. Это ты лучше действуешь в команде. А я и по лестнице теперь не поднимусь. – Он кивнул на костыли рядом с койкой.

– Ты все еще в отряде. И не забывай пить. – Ри потянулась за оловянной кружкой через стол, где лежала записка – похоже, почерк Есинии.

– Вода мне ногу заново не отрастит. – Сойер взял кружку, и металлическая ручка зашипела, подстраиваясь под его руку. Он взглянул на меня: – Знаю, не стоит так говорить после того, как ты потеряла родную мать…

– Боль – это не соревнование, – успокоила я его. – Ее всегда хватает в избытке.

Он вздохнул:

– Меня навещал полковник Чендлир.

Внутри меня все рухнуло.

– Тебя отправляют в отставку?

Сойер кивнул.

– Что? – Ридок сложил руки на груди. – Второкурсники не уходят в отставку. Умирают? Да. В отставку? Нет.

– Я-то понимаю, – начал Сойер. – Просто…

И тут по лазарету разнесся жуткий вопль, означавший нечто похуже боли – ужас. Кровь застыла у меня в жилах, а волосы встали дыбом. В наступившей тишине я вскочила и выхватила кинжалы.

– Это что было? – Ридок соскользнул с койки Сойера, и остальные тоже последовали за мной, когда я выскочила из импровизированной палаты и развернулась к открытым дверям лазарета.

– Она мертва! – В лазарет ввалился кадет в голубой форме пехоты и рухнул на четвереньки. – Они все мертвы!

Невозможно было не узнать серый отпечаток руки у него на шее.

Вэйнители.

У меня екнуло сердце.

Мы не видели их в патрулях, потому что они были здесь.

Глава 2

Самые редкие печати – те, что встречаются раз в поколение или в сотню лет, – насколько нам известно, манифестировали лишь дважды, и каждый раз – в переломный момент нашей истории. И всего единожды шесть самых могущественных магов жили на Континенте одновременно. Как бы это ни было поразительно наблюдать, я бы не хотел дожить до другого такого случая.

«Они в крепости!» – заревел Тэйрн.

«Я догадалась».

Я быстро сменила кинжалы на те, что были сделаны из нужного сплава, и тут же передала один Сойеру:

– Сегодня никто из нас не умрет.

Он кивнул, взяв клинок за рукоять.

– Марен, защищай Сойера, – приказала Рианнон. – Кэт, помогай кому сможешь. Вперед!

– А я, видать… просто здесь постою? – Сойер выругался, а мы бросились между рядами больничных коек к выходу.

Мы первые достигли двери, где Винифред держала рыдающего кадета за руки.

– Вайолет, не ходи… – начала она.

– Запри двери! – крикнула я на бегу.

– Будто их это остановит, – бросил мне Ридок, когда мы втроем ворвались в туннель и тут же застыли при виде жуткого зрелища, открывшегося перед нами.

Одеяла на всех временных койках в коридоре были отброшены и обнажили иссушенные тела. Внутри меня все рухнуло. Как это могло произойти так быстро?

– Вот проклятье. – Ридок справа от меня выхватил еще один кинжал, а из двери позади нас выбежали еще два всадника, оба из Второго крыла.

Я потянулась к Ксейдену и обнаружила, что его щиты не просто поставлены, но и непробиваемы.

«Бесит, но ладно».

Я в состоянии драться сама, и со мной Ридок и Ри.

«У тебя нет проводника», – напомнил мне Тэйрн. А значит, я не могу метать молнии прицельно, особенно в закрытых помещениях.

«Я всегда лучше управлялась с кинжалами, чем с этой способностью. Предупреди всадников, которые охраняют камень чар».

«Уже», – отозвался он.

– Проверить переход! – скомандовала Рианнон двоим из Второго крыла, и они направились к квадранту всадников.

«Когда разберетесь, вынесите сюда тела вэйнителей, мы поджарим их потехи ради», – предложила Андарна.

«Попозже».

Я успокоилась, насколько это было возможно, и сосредоточилась.

– Смотреть в оба, – сказала Рианнон голосом твердым и четким, как и ее движение, которым она выхватила кинжал из сплава, и тут же встала по правую руку от меня. – Идем.

Мы двигались слаженно, быстро и тихо по коридору. Я смотрела вперед, а Ри и Ридок следили за левым и правым флангами соответственно, и их молчание говорило мне обо всем, что нужно знать. Выживших не было.

Мы уже подходили к повороту в другой коридор возле последней койки, когда с лестницы впереди выскочил писец и рванулся к нам – его балахон развевался, словно крылья.

Я перехватила кинжал за острие; сердце забилось с удвоенной скоростью.

– Куда они пошли? – крикнула кадету Ри.

С головы писца упал капюшон. Нет, это был явно не кадет: красные глаза и паутина вен на висках. Он запустил руку под балахон, но я уже метнула кинжал – раньше, чем он ухватился за рукоятку меча.

Кинжал засел в левой стороне груди вэйнителя, его глаза выпучились от изумления, и он мешком свалился на пол. Тело съежилось в считаные секунды.

– Проклятье. Я иногда забываю, как ты в этом хороша, – прошептала Ри, оглядываясь, и мы двинулись дальше.

– Как ты поняла? – спросил так же тихо Ридок, быстро откинув ногой высушенный труп в сторону и вернув мне кинжал.

– Писец бежал бы в Архивы. – Я забрала клинок и покрепче ухватилась за рукоять. – И спасибо. – Сила в металле гудела слабее, но все-таки гудела и вполне могла нанести еще один смертельный удар. Сколько вэйнителей мы с Имоджен видели по пути в лазарет, ни о чем не догадавшись? – Вот как они питались и оставались при этом незамеченными. Они переодеты в писцов.

С другой стороны туннеля приближались два силуэта в бежевых балахонах. В магическом свете стали видны нашивки первокурсников, и я приготовилась метать клинок снова.

– Снять капюшоны, – приказала Ри.

Обе фигуры вздрогнули. Кадетка справа быстро подчинилась, а вот руки ее спутницы дрожали, голубые глаза вперились в тело у моих ног.

– Это… – шепнула она и пошатнулась, и подруга обхватила ее за плечи.

– Да. – Я опустила клинок, не заметив красного отблеска в их глазах или вен на висках. – Возвращайтесь в Архивы и предупредите остальных.

Они развернулись и побежали.

– Вниз или вверх? – спросил Ридок, стоя перед лестницей.

Внизу раздался крик.

– Вниз, – сказали мы с Ри одновременно.