Ребекка Рейсин – Рождественский магазинчик Флоры (страница 11)
Я киваю, чувствуя прилив эмоций. С одной стороны, я буду опустошена, расставшись со своими сокровищами, но с другой – глядя на этих счастливых, улыбающихся искателей приключений, я знаю, что моя настоящая жизнь могла бы начаться по-настоящему, если бы я только рискнула безопасностью, оставив все, что я знаю, в Лондоне. Что, честно говоря, не способствовало моему становлению. Я не столько расцвела, сколько увяла.
– Я уже нашла фургон, который мне интересно осмотреть в Стокгольме. Там все обставлено для Фургонной Жизни. – Я показываю ей фотографию – блестящий алый фургон, который кричит о Рождестве. Внутри есть все, что мне нужно, от крошечной спальни до маленькой кухоньки и обеденного стола. Все ничтожно мало, но, по крайней мере, есть. В таком транспортном средстве я могу быть полностью независимой. «Если все так хорошо, как кажется на фотографиях, тогда у меня все готово».
– Значит, ты полетишь в Стокгольм, купишь фургон, а потом что… поедешь оттуда в Лапландию?
Согласно картам Google, это примерно в шестнадцати часах езды. Я думаю, что смогу сделать это за два дня.
– Таков наш план. Я зарегистрировалась на завтрашнюю распродажу из автомобильных багажников, чтобы продать все свои мирские блага, и для этого мне тоже нужно будет одолжить твою машину, если ты не против.
– Можно. И я помогу – и когда я говорю «помогу», я имею в виду, что поеду с тобой, а потом оставлю тебя в покое и пойду делать выгодные покупки.
– Ты просто куколка.
– А как насчет запасов для фургона? Где ты их возьмешь?
– Я нашла поставщика рождественских украшений и подарков только что из Лапландии; они продают изысканные изделия, настоящие произведения искусства. Я связалась с ними и навела справки, они с радостью продадут мне оптом, так что могу начать с этого и посмотреть, что у меня получится.
– Давай придумаем название для фургона! – говорит она.
– Название фургона?
– Да, ты же знаешь, у них у всех есть названия для своего бизнеса, например, маленький книжный магазин «Счастливы навеки», тележка с шампанским «Коко» или мое любимое: «Тако-такси».
– О да, нам понадобится броское название для бизнеса!
– Рождественский фургон?
– Но это же не будет караван как таковой, не так ли?
Она морщит нос.
– Нет, это правда. «Маленький помощник Санты»? Или «Сам эльф»?
Я смеюсь.
– Мне нужно обязательно сшить футболки «Сам эльф». Продолжай…
Она постукивает себя по подбородку.
– Поняла! «Передвижной рождественский магазин Флоры»?
Я обдумываю это.
– Оно самое! Просто и празднично. Все сразу узнают, что я продаю. «Передвижной рождественский магазин Флоры»! Может ли быть более совершенное название?
– Следующим будет бронирование рейса.
– Тогда, похоже, я еще на шаг приблизилась к этой грандиозной эскападе.
Она приподнимает бровь.
– Это та Флора, которую я знаю. Добытчица, которая никому не позволит разрушить ее мечты. – Она притворяется, что вытирает случайно набежавшую слезу. – Они так быстро взрослеют…
Я швыряю в нее пушистой подушкой.
– Неужели это может быть так просто? Каждая часть операции «Новая, праздничная и сказочная жизнь» встала на свои места так легко, как будто так и должно было быть.
– Почему бы и нет? Почему все должно быть сложно для того, чтобы быть правильным? Самым трудным будет попрощаться с твоим лучшим другом, но пока мы не будем об этом думать.
– Да, с Барри действительно будет трудно попрощаться. Мы через многое прошли, он и я.
Она швыряет в меня подушку обратно.
– Ты идиотка.
– Может быть, все наладится, если я уберусь с дороги.
– Может, и нет. Я порвала с ним.
Я притворяюсь грустной.
– Я безутешна.
– Держу пари.
– Но что заставило тебя бросить Ларри? Было ли это из-за того, что он ел фасоль прямо из банки?
– Нет, не из-за этого, но было довольно мерзко. Кто ест холодную фасоль?
– Придурки.
– Придурки, конечно. Нет, дело было в том, что я беспечно прогуливалась по Оксфорд-стрит, когда случайно наткнулась на старика Барри/Ларри/Гарри/Гэрри в обнимку с другой.
У меня отвисает челюсть.
– Кто-то другой? Другой
– Другой человек. Женский человек.
– Законченная свинья!
– Верно?
– Ты ударила его своей дизайнерской сумочкой?
– Ни за что, кожа на этой крошке нежная, и я не хотела, чтобы она была запятнана отпечатком его лживого лица, правильно?
– Хорошая мысль.
Она испускает долгий вздох.
– Я похлопала его по плечу и сказала, что, по-моему, его пение – чушь собачья, а его игра на гитаре звучит как крик маленького ребенка.
– Все это правда. Конечно, он не может быть удивлен?
– Он воспринял это не очень хорошо. Он сказал мне, что я ревную.
– К чему? – Ему чертовски повезло, что такая, как Ливви, вообще посмотрела в его сторону! И подумать только, что есть еще одна женщина, за которой он ухаживал!..
– Кто знает?
– Какой была эта девушка? – спросила я.
– Блин, точная копия меня. На самом деле я уверена, что она моя клиентка, я помню ее межбровные морщины, они были довольно серьезными до того, как я их поправила.
– Что ж, я надеюсь, что ее межбровные линии, какими бы они, черт возьми, ни были, вернутся к тому, какими они были до того, как ты сотворила свое волшебство!
– Да, но, честно говоря, она, вероятно, тоже не знала обо мне. Такие мужчины, как он, думают, что это нормально, когда девушки встречаются на каждом углу. Ты была права насчет него.
Я бы никогда не произнесла «
– Я рада, что он ушел навсегда. Ты заслуживаешь гораздо лучшего, чем такие, как он.
Она слегка улыбается мне, и я знаю, что, несмотря на ее внешне шутливое поведение, ей все еще больно.
– О нем остались смутные воспоминания. Мы бы все равно никогда не продержались долго, так что легко пришел, легко ушел…
– Хорошо. Но если тебе грустно, то и мне грустно, и мы должны сделать что-нибудь, чтобы подбодрить тебя.