Ребекка Рейсин – Чайный фургончик Рози (страница 44)
Я выбегаю из фургона, чтобы не слушать его сладкие речи, погружающие меня в состояние ложной безопасности. Сердце колотится, и не только из-за пробежки. Надо держаться от Макса подальше. Что бы ни подсказывало мое одинокое существо, связываться с ним – это самоубийство.
Когда я возвращаюсь в Поппи, на ноутбук приходит уведомление о новом сообщении. Он спокойный и надежный… Если я хочу снова влюбиться, это – лучший вариант. Не нужны мне эти безумные чувства и дрожь в руках.
Я открываю письмо.
Милая Рози!
Прости, что мы разминулись! Сообщения дошли только сейчас, у меня не было связи. Из-за этого я не мог написать тебе и сказать, что в последнюю минуту со мной связался местный и предложил работу. Учитывая финансы, мне пришлось согласиться. Фотограф на их свадьбу слег с какой-то жуткой простудой, и им очень нужна была замена. Я не мог отказаться, представив, что в самый важный день их жизни они останутся без фотографий…
Надеюсь, ты меня простишь. Я так переживал, что ты потратила целый день, выискивая меня… Если ты еще хочешь (очень надеюсь, что хочешь) встретиться в следующем месте, я только за. Прежде чем выдвигаться, мне нужно отредактировать фото, но это займет от силы день-два.
Пожалуйста, ответь поскорее, чтобы я не мучился!
Отодвинуть мысли о Максе подальше – лучшая идея. Быть с Олли куда безопаснее, и я это знаю.
Привет, Олли.
Не извиняйся! Я очень рада, что ты не тратил время в поисках моего фургончика, которого здесь даже не было. Ты правильно сделал, что взял заказ и осчастливил молодоженов. Какая свадьба может обойтись без фотографий?
Я по-прежнему хочу увидеться за кофе! Я ненадолго задержусь в Эдинбурге, потому что многие остаются здесь на ярмарки, а потом поеду в Линдисфарн на побережье Нортамберленда. В конце лета там проходит музыкальный фестиваль.
Прекрасный маршрут, да? Я начинаю понимать, почему людям нравится такая жизнь. Это же сказка! Все проблемы мелочны и несущественны. Я так держалась за свою прошлую жизнь, боялась потерять контроль, а в чем смысл? Теперь все по-другому. Даже если ты запутаешься, всегда найдется тот, кто тебе поможет. Для меня это по-прежнему удивительное открытие, к которому я стараюсь привыкнуть.
Утянуло меня в глубокие мистические размышления, конечно… Проще говоря, я остаюсь верна себе, но перестала париться по поводу всего сразу. Это как глоток свежего воздуха! Я-то думала, мне придется меняться, но Ария убедила меня, что я прекрасна такая, какая есть. Наверное, раньше я была среди не тех людей и поэтому чувствовала себя изгоем.
В общем, есть о чем подумать. И да, я с удовольствием с тобой встречусь, если ты сам не будешь против.
Я делаю вид, что не так уж жду ответа, и хожу по своему жилищу. Протираю пыль, раскладываю вещи, засовываю в отдельный мешок то, что нужно будет постирать. Честно говоря, одна из самых значительных проблем в путешествии – это отсутствие доступа к стиральной машине. Неожиданно, да? Прачечные есть не везде, и мне приходится мириться с мыслью, что не всегда можно постирать, когда тебе этого захочется. Можно, конечно, вручную, но это не так эффективно.
Наконец приходит сообщение.
Дорогая Рози,
Давай увидимся в Линдисфарне? Тогда я и фотографии отредактировать успею, и фургон отремонтировать. Ему требуется небольшая починка. Спасибо, что не обижаешься на меня по поводу работы.
Фотография – заработок непостоянный, поэтому я стараюсь брать все заказы, особенно на свадьбу, ведь за них неплохо платят. Правда, для этой несчастной пары я снизил цену, потому что они уже заплатили другому фотографу и не были уверены насчет возврата денег. Но все закончилось хорошо, и, как ты и сказала, у них остались памятные фото с такого важного дня.
Смотри-ка, ты вошла во вкус! Добро пожаловать в клуб, Рози! Я очень рад, что тебе понравилось путешествовать, потому что это подходит не каждому. Все зависит от человека и от того, что он ищет… А все мы чего-то ищем, даже если и не признаемся в этом. Помнишь начало нашей переписки? Ты все переживала и боялась, что это не твое. А теперь насколько сильно изменилось твое мнение! Путешествия – как наркотик. Чем больше ты в них погружаешься, тем сильнее понимаешь, что лучше жизни быть и не может, несмотря на все трудности.
Помню, как удивлялся, какие же люди разные. Я сам был бухгалтером (не хватает только грустного саундтрека; сложно поверить, что я работал с цифрами, да?), а там уж каждый сам за себя. Все добиваются повышения, премии, готовы идти по головам… Сообщество кочевников совсем не такое. Я-то думал, раз у всех есть свой бизнес, конкуренция тоже будет, но тут все устроено иначе. Путешественники мыслят так – не продал сегодня, продам завтра, и будь что будет. Прежде я сводил это к тому, что им просто безразлично, как жить, что они беспечны и безответственны, но был не прав. У них просто другое мышление. Я их осуждал, а они ведь всегда принимали меня с распростертыми объятиями и обедом у костра, будто я их дорогой родственник.
Век живи – век учись. Это закон жизни.
До скорой встречи.
Наконец я встречусь с тем, кто отправлял мне все эти сообщения! Вот настоящий, верный для меня мужчина. Посмотрим, будет ли между нами химия. Я хочу любви, хочу встречать рассветы со своим парнем, хочу завести детей. Стоит ли надеяться, что это будет с Олли? Может, я слишком наивна или, того хуже, во мне говорит отчаяние?
В конце концов я зеваю так, что у меня щелкает челюсть. Я залезаю в кровать, и мне так уютно, как никогда не было.
Глава 27
– Улыбка как у Чеширского Кота, – говорит Ария, подходя ко мне с чашкой кофе в руках. Кружка видала дни и получше, а подруга по-прежнему в пижаме.
– Да? – рассеянно спрашиваю я. Я думала о Максе, но нельзя ей говорить – вцепится ведь. А мне не стоит о нем думать еще больше, чем сейчас.
– Ну так в чем причина твоей радости? – Ария наклоняет голову и взмахивает рукой, отчего брызги от кофе покрывают пол.
– Через пару недель мы с Олли встретимся в Линдисфарне на фестивале.
– И где он пропадал?
– На работе.
– Хм-м.
– Хм-м что?
– А что с Максом?
– А что с ним?
Нахмурившись, она говорит:
– Мэлли недовольная ходит после твоего маленького представления.
–
Ария смотрит на меня с подозрением.
– А тебе-то что? Ты же решила оставить мысли о Максе.
Я проглатываю комок в горле.
– Да я сама запуталась. Просто с Олли как-то безопаснее. Он не разобьет мне сердце и не сбежит, хоть с Максом и интереснее.
– А откуда ты знаешь, что не сбежит?
Я качаю головой:
– Потому что мне все подряд твердят, что Максу верить нельзя. В том числе Май.
Черты лица Арии смягчаются.
– Тебе и правда нравится Макс, да?
Я отворачиваюсь.
– Мне нравилось дразнить тебя, потому что я думала, что тебе все равно. А тебе не все равно! Так почему не пойти по зову сердца? Не понимаю.
Я скрещиваю руки на груди.
– Потому что не хочу, чтобы мне снова сделали больно, Ария.
– И поэтому готова довериться тому, кого
– А ты бы не доверилась? – всплескиваю руками я.
Глава 28
Безумие музыкального фестиваля откликается вибрацией во всем моем теле, кажется, с каждым часом становится все громче и громче. От визга электрогитары мозг словно дрожит и бьется о черепную коробку. Я-то думала, нас ждет милый концерт с фолк-музыкой, мир, любовь и прочее… Вместо этого я получила нечеловеческие крики и звуки, будто солист выплевывает их в смертных муках. Но тут много разных групп, поэтому я надеюсь, что скоро на сцену выйдут какие-нибудь фолк-исполнители, а бедолага сможет попить воды.
– Ваш яблочный крамбл с дополнительной порцией взбитых сливок!
Клиентка кричит мне в ответ:
– Я не заказывала крамбл, я сказала, вас не слышно, и попросила не мямлить![6]
Я и так ничего не слышу, а она еще и ведет себя как избалованное дитя! Поэтому в ресторанах повара и работают за закрытыми дверьми… Я натягиваю улыбку, но посетительница смотрит так, словно насквозь видит, что она фальшивая.
– Что. Вам. Подать? – громко и отчетливо выкрикиваю я, чтобы девушка разобрала каждое слово.
– Яблочный крамбл, – ухмыляется она. – Без сливок, я слежу за фигурой.
Она хлопает по своим ляжкам, в которых нет ни грамма жира. Я едва сдерживаюсь, чтобы не закричать.
– Секунду!
Я сервирую кусок яблочного крамбла, на этот раз без щедрой порции приготовленных мною взбитых сливок.