Разум Рискинов – КООК-2. Королевство Никон (страница 5)
А он меня понимает, это ясно, но дроиды не разговаривают.
– Учись жестами отвечать. Вращай головой, да – киваешь вертикально, нет – крутишь головой горизонтально. Ты меня понял?
Голова дроида вертикально стала двигаться.
– Медленнее, только обозначь движение, береги шарниры, – я пытаюсь предостеречь его от резких движений.
«Да», – голова дроида качнулась сверху вниз.
– Где у тебя проблемы? – спросил я.
Он показывал себе на реактор, может быть там проблема у дроида.
«Нет», – качает головой из стороны в сторону дроид.
Уже лучше, а то взорвется он, и меня на куски разнесет.
Вспомнил, что это я ему проводил ремонт своими магическими силами и уменьшил потери энергии в реакторе.
– Проблемы у меня?
Если проблемы не у него, то остаюсь я, больше здесь никого нет.
«Да», – подтвердил дроид и показывает на литейку.
Так проблемы у меня или у литейки? Железное чудо бестолковое мне досталось. Конкретно ответить не может.
Проблемы у литейки?
Не замечал.
Подхожу к ней, прикладываю руки и слушаю ее. Кто-то разбирал и собирал литейку в мое отсутствие. Вроде ничего не сломали, но копались в нутре литейки.
– Спасибо, дроид. Понятно мне, искали, как я делаю чистые слитки металла, – это нерадостное известие. – А кто тут был, ты знаешь?
«Да», – ответил дроид.
Дроид различает людей? А как он это делает? Для меня китайцы все на одно лицо, например. Вернемся к моим проблемным гостям.
– Их было трое?
«Нет», – и сводит руки вместе.
Человек так показывает меньше, а понял его, меньше трех человек приходило.
– Приходило двое?
«Да».
Ну кто у нас в курсе моей работы, только Рол Шулзи и его знакомый приемщик металла. Двоим мало моих слитков, им технология чистого литья нужна? А нет технологии, есть магия.
– Был Рол Шулзи?
«Да», – подтвердил дроид.
Вот и поговорили. Ответы я получал на «НПК-3». В инструкциях я не встречал такой возможности у дроида. Не описывается возможность общения с дроидом. Почему мой дроид вдруг заговорил, точнее – смс-ки писать начал? Так он сможет и с остальными дроидами общаться.
Вернемся к проблеме шпионов.
Неслучайно мне показалось странным, что Рол приставал ко мне с расспросами. Они копались в литейке, пока я сидел в тюрьме. А потом Рол у меня интересовался, как я отливаю слитки. Я ему сказал об установленной базе «Инженера первого уровня».
Что делать?
Не отливать больше слитки металла? Или придумать артефакт, который будет работать по очистке примесей. Оставаться без подработки плохо.
Значит нужно сконструировать артефакт для очистки руды, пока за мной опять не пришли и не отправили в тюрьму.
Дроид стоит спокойно, не вращает руками, но что-то продолжает ждать.
С людьми понятно. Сделать я ничего не могу с их любопытством. Отказаться от малой литейки из-за них? Так я только насторожу сильнее.
А почему дроид себе на реактор показывал? Там-то что у него происходит?
– А чего ты показывал у себя на реактор, – спрашиваю дроида, – плохо работает, что ли?
«Нет», – покачивает головой робот, то есть хорошо работает, и у него появилась дополнительная энергия.
Чем мне это грозит? Думаю, это не страшно. Это как у реактора на космическом корабле, когда я поменял в нем стержни. ИскИн этому был рад.
Что еще у дроида спросить?
– У тебя установлен искусственный интеллект?
«Нет», – и показывает на мой нейрокомпьютер.
Понял.
Ведь я передаю ему команды через «НПК-3». Ушей у дроида нет, и он меня не слышит.
Дроидам устанавливают нейрокомпьютер, об этом я раньше не задумывался.
– А ответить по нейросети ты не можешь, не знаешь языка людей?
«Нет».
Чего «нет»?
Язык робот знает, иначе как бы он выполнял приказы. А ответить не может по другой причине. У него может стоять запрет. У меня также Кук молчал, пока я не приказал ему разговаривать со мной.
Достал Кука, вот кто у меня незаменимый помощник в технических ситуациях.
– Кук, видишь, какая проблема с дроидом? – я обратился к помощнику в нашем трудном деле взаимопонимания. – Можешь научить его разговаривать?
– Приложи нейрокомпьютер к его голове, попробую через него внести исправления в программы.
Приложил к голове дроида «НПК-3» (нейрокомпьютер), я смотрю на дроида, он смотрит на меня. А его глаза-камеры двигаются и так близко от меня. Странное ощущение.
– Готово, – сообщил Кук.
«Я могу говорить», – слова вначале появляются на нейрокомпьютере, а затем транслируются ко мне в мозг.
Вот и еще один не человек, но разумный, в моей компании. Надо его чем-то занять.
– Дроид, а почему остальные не показывают, что могут говорить?
«У них нет разрешения на работу нейрокомпьютера как передатчика», – объяснил дроид.
– А если им заменить стержни в реакторе и снять запрет с нейрокомпьютера? – у меня мурашки по спине побежали: это что я сейчас сделал, ведь дроиды тогда смогут общаться между собой.
– Олег, не глупи. Местные инженеры всё знают и специально не дают гражданским дроидам возможность общаться с людьми, – пояснил Кук.
– Хочешь сказать, люди опасаются, что дроиды самообучаемыми станут? – рассуждал я над обнаруженной проблемой.
И я влез в нее – в проблему.
«Дроидов сдают на склад запчастей, когда выходит из строя реактор», – передал через нейрокомпьютер сообщение дроид.