Разум Рискинов – КООК-1. Холодное железо (страница 8)
– На полку сложишь комбинезон с обувью, – подсказал РИИ.
Стал тянуть полусапог: он поддался легко, чуть сам не спрыгнул с ноги, за ним второй. На полку их. Взял за воротник комбинезон и потянул в стороны, комбез разошелся до пояса, как будто молния вшита. Вытянул по одной руке из рукавов, стянул с ног штаны.
А как их надо сложить?
Ладно, собрал как смог аккуратней и на полку положил. Полка уехала в стену с комбинезоном и полусапожками. Завтра вернут, надеюсь.
– РИИ, где обещанный унитаз?
Из стены выдавливается унитаз: конечно, белый. Сливного бачка на нем нет. Но эффект продавливания унитаза сквозь стену выглядит потрясающе. Сел на унитаз, расслабился, сделал дело, и собрался вставать: а где бумага туалетная? И только успел подумать, как по ягодицам что-то пробежало и пощипало как в душе.
– Ну, РИИ, предупреждать нужно, – прокомментировал я его шутку.
Забрался на кровать, укрылся простынкой. Свет стал плавно тухнуть, и глаза сами закрылись.
Спал без сновидений, как младенец.
Глава 3. Информация и планы
Просыпался осторожно.
Когда проснулся, свет стал разгораться в комнате. Я старался не выдавать, что уже не сплю. Комната сама догадалась и включила освещение. Понять невозможно день сейчас или ночь: окон нет, часов нет. Сколько я проспал, тоже совершенно непонятно.
Сначала открыл глаза и осмотрелся. Комната не изменилась, я лежу на кровати. Спустил ноги с кровати обошел стены. Дверей нет.
Вернулся и заправил за собой постель.
Появился унитаз, и полка с комбинезоном открылась.
Ага, приглашают начать новый день.
Но тишина напрягает. Непривычно, что нет никаких звуков. Ощущение, что оглох.
Встал и направился к унитазу. Воспользовался им, проследил, как он втягивался в стену. Пошел к полке, на которой лежит комбинезон с полусапожками. Уложен он был как новый. Не так, как я вчера его оставил. Надел его с полусапожками. Уже становится привычной эта одежда. Прилегает плотно к коже, не топорщится, тянется легко, движения не сковывает: удобная одежда, одним словом.
– Доброе утро, РИИ, – подал я голос в глухой тишине.
– Привет, Олег. Утро или день – не так важно, твои биологические часы настроятся на нужное время сами.
– А вот скажи: время везде одинаковое?
– Есть планеты, где время дня и ночи сменяется почти мгновенно. А есть, где день не сменяется ночью, так как планета повернута всегда одной стороной к солнцу. Вот Луна: на одной половине у нее всегда ночь, а на другой всегда день по отношению к Земле.
Такое я могу себе представить. Мне предстоит посетить такие планеты?
– А есть планеты, где сутки отличаются от земных? – задал я новый вопрос.
– Во Вселенной есть всё, даже то, чего ты себе представить не можешь, – авторитетно заявил РИИ.
– Значит, на каждой планете сутки различаются? – сделал я вывод, этого стоило ожидать.
– А если подумать, Олег, что ты знаешь о секунде? Она одинаковая на всех планетах? – заинтриговал РИИ.
– На каждой планете могли придумать свое измерение секунде, – предположил я и задумался.
Ведь и в самом деле, а что с секундой у нас на Земле?
– Точный текст определения секунды утвержден на XIII Генеральной конференции по мерам и весам в 1967 году, – сообщил РИИ. – «Секунда равна 9 192 631 770 периодам излучения, соответствующего переходу между двумя сверхтонкими уровнями основного состояния атома цезия-133».
Да кому понадобилось считать эти переходы между слоями? Проще не нашли?
– В часах такую секунду не отследить. Не станут часовщики измерять излучение цезия-133, – заметил я этому умнику.
– Ты не путай теплое с мягким, – обижается на меня РИИ.
И как я смог искусственный интеллект обидеть простым вопросом?
Да и он меня поговоркой удивил.
Во время разговора я ходил по комнате, потом присел на кровать.
– Тогда и метр имеет сложную историю своего происхождения, – озвучил я предположение.
– Современное определение метра было принято XVII Генеральной конференцией по мерам и весам в 1983 году, – звучит голос РИИ. – «Метр – это длина пути, проходимого светом в вакууме за 1/299 792 458 секунды».
Метр связан со светом? Это не просто длина чего-то.
– А что до 1983 года не было единого для всех людей метра на Земле? – я решил спросить и послушать, что скажет РИИ.
– Впервые метром назвали одну сорокамиллионную часть Парижского меридиана. Первый прототип метра был изготовлен из латуни в 1795 году, – продолжил урок искусственный интеллект. – Впоследствии выяснилось, что из-за неправильного учета полюсного сжатия Земли эталон оказался короче на 0,2 миллиметра.
А до 1795 года локтями мерили?
– Ты и это знаешь? – я удивился в ответ на эту лекцию.
– Как появился интернет, так все знания стали легкодоступны.
– Так я и не узнал, секунда одинаковая для всех планет?
– Не стоит ломать голову над этим вопросом. Если захочешь, возьми цезий-133 и измерь его в вакууме. Что получится у тебя? – подал совет РИИ.– Как измерения будут зависеть от ближайшей планеты?
Если измерения проводятся в вакууме, то секунда величина постоянная!
– Согласен с тобой. Измерения будут одинаковые, где бы их ни проводили. Вакуум везде останется вакуумом, – прекратил я допрос РИИ. – Секундой больше, секундой меньше.
Сижу на кровати, смотрю вдаль. А вдали стена.
– Это не мешает людям летать с планеты на планету. У тебя на Земле есть часовые пояса. Вот так и на планетах, как на разных часовых поясах, всё устроено.
– А в космосе, – спрашиваю, – как считать сутки: 24 часа или 25 часов?
– Олег, тебе приходилось слышать выражение академический час? В нем сорок пять минут. Есть тихий час в детских садах, он длится сто двадцать минут.
– Это мне понятно, привязали название к часу, а продолжительность его придумали другую. Меня больше интересует, что с часом в космосе происходит?
– А какая тебе разница, сколько часов в сутках, когда ты в космосе? Слушай свои биологические часы. Хочешь спать, значит пришла ночь. Выспался, считай, наступил день, – объяснил РИИ.– В космосе нет верха и низа. Ты можешь лететь кверху ногами и не знать этого.
– Ну да, в космосе, я читал, всегда чернота, и только звёзды мерцают. Неделями один и тоже вид.
– Ну что, помечтал? – вернул меня на землю РИИ, в данном случае возвернул на Луну.
Лекции закончились, надо решать свою судьбу.
– Начнем решать проблемы: первая, как я понимаю, пираты? – сказал я и встал у кровати.
Начал ходить вокруг нее, мне так легче думается.
– Давай начнем с них, – раздался голос РИИ. – Мне удалось полностью подчинить себе ИскИн пиратов на базе. У них там присутствуют два дроида, бот для спусков на планету и двадцать СК – спасательных капсул. Управление всеми устройствами полностью под моим контролем.
– А тебя не обнаружат, когда прилетят пираты?
Что-то он очень смелый – всех подчинил себе.
– Это не твоя забота, – ответил РИИ. – Слушай дальше. В восьми капсулах находятся люди. Разморозка каждого человека занимает более пяти дней в наших условиях. У пиратов на базе размораживать нельзя, там нет атмосферы. Люди очнутся, увидят себя в гробах и могут сойти с ума. У меня реактор требует восстановления, он не потянет разморозку. Олег, что еще хочешь узнать?
На Луне проблемы с разморозкой.