Раймонд Фейст – Восход короля торговцев (страница 4)
- Я ударил кого-то стулом, - сказал Джедоу.
- Может, мы убили этих квегийцев? - сказал Накор.
Эрик, держась за стену, попытался встать на ноги; колени у него с похмелья тряслись.
- Видно, боги сыграли с нами мрачную шутку, - сказал он, - если, пройдя через весь этот ад, мы кончили тем, что снова ждем виселицы.
Ру чувствовал себя виноватым, как всегда, когда накануне он выпивал лишнего. С его телосложением было глупо пытаться пить вровень с Эриком или Джедоу, даже если Эрик и сам пьянел быстро.
- Если я кого-то убил, считайте, что я это вспомнил, - заявил Ру.
- Но как, во имя всех дьяволов, мы снова очутились в этой камере, парень? - спросил Джедоу из своего угла; он был явно встревожен. - Не для того я проплыл вокруг света и вернулся, чтобы Бобби де Лонгвиль в конце концов все же вздернул меня.
В этот момент дверь широко распахнулась, и от лязга, с которым она ударилась в стену, все содрогнулись.
- Встать, вы, свиньи! - рявкнул, входя в камеру, де Лонгвиль.
Не раздумывая, все, кроме Накора, вскочили на ноги и сразу же застонали. Джедоу отвернулся, и его вырвало; всех шатало, и Эрик ухватился за прутья камеры, чтобы не упасть.
- Что за славная компания! - сказал, усмехнувшись, де Лонгвиль.
- Что мы опять делаем тут, сержант? - спросил Накор. Де Лонгвиль подошел к двери и широко раскрыл ее, показывая, что она не заперта.
- Мы подумали, что здесь вам будет удобнее всего, - ответил де Лонгвиль. - Известно ли вам, что для вашего ареста потребовались лучшие городские стражники и еще часть охраны дворца? - Он сиял, словно гордый отец. - Это была знатная потасовка! И у вас хватило здравого смысла никого не убивать, хотя ущерб вы нанесли немалый. - Де Лонгвиль взмахом руки приказал им выходить из камеры. - Принц Патрик и его родственники решили, что оставшуюся часть ночи лучше держать вас поближе к себе, - объяснил он, ведя их по коридору.
Ру огляделся, вспоминая, как тем же путем его вели на виселицу, и содрогнулся от ужаса. Им с Эриком пришлось бежать из родного Равенсбурга после того, как Эрик убил своего сводного брата Стефана, после смерти его отца ставшего бароном Даркмурским. Если бы они остались и предстали перед судом, то могли бы рассчитывать на снисхождение, но бегство усугубило их вину, и они были приговорены к смерти. Они достигли ступенек, которые вели наверх, во двор, где стояла виселица, но на этот раз ее миновали.
- Вы запаршивели, поэтому я решил, что перед аудиенцией вас надо как следует вымыть, - сказал де Лонгвиль, человек, в чьих руках находилась их жизнь с того момента, как они упали на доски у подножия виселицы, и до той минуты, когда они вчера сошли с корабля.
- Аудиенция? - переспросил Эрик. После вчерашнего он все еще туго соображал. Вчера Эрик выбросил стражника в окно и тут же получил кувшином по голове, и трудно сказать, что причинило ему больший вред - большое количество выпитого вина или этот удар; вообще говоря, он никогда не был пьяницей.
- Важные персоны хотят с вами потолковать. В таком виде вам нельзя появляться при дворе. А теперь, - сказал де Лонгвиль, толчком открыв дверь, - раздевайтесь!
Лохани с горячей водой уже ждали их. Привыкнув за два года неукоснительно выполнять приказы де Лонгвиля, все пятеро моментально разделись и через минуту сидели в лоханях, а дворцовые пажи накинулись на них с мочалками и. мылом.
Принесли кувшины с холодной водой; приняв горячую ванну и напившись вдоволь, Ру почувствовал, что к нему возвращается жизнь.
Помывшись, они обнаружили, что их одежду унесли, а взамен принесли другую. Де Лонгвиль указал Эрику на черную куртку; поднимая ее, Эрик увидел на груди знакомую эмблему.
- Кровавый Орел?
- Никлас предложил, и Кэлис не стал возражать, - сказал де Лонгвиль. - Это символ нашей новой армии, Эрик. Ты и Джедоу будете первыми моими капралами, так что надевай. - И велел остальным: - Вы тоже переодевайтесь.
Накор и Шо Пи выглядели непривычно в чистых куртках и штанах вместо халатов, которые они обычно носили, а вот Ру был доволен. Правда, куртка была ему немного великовата, зато сшита из превосходного сукна, а штаны сидели великолепно.
Эрик влез в свои изношенные сапоги, а все остальные остались босыми. Де Лонгвиль привел их в знакомый зал; когда-то они стояли здесь перед тогдашним принцем Крондорским, Никласом, а тот вершил суд. В тот раз Ру трясся от страха и не слишком приглядывался, но все же сейчас подумал, что с тех пор зал ничуть не изменился.
Древние знамена свисали с каждой потолочной балки, погружая зал в темноту; несмотря на стрельчатые окошки вверху, на большие окна в противоположной стене и факелы, горящие вдоль других стен, здесь было так темно, что Ру подумал: "На месте принца я велел бы убрать знамена".
Церемониймейстер ударил об пол жезлом, окованным железом, объявляя Робера де Лонгвиля, барона двора, и Ру удивленно покачал головой: в отряде Кэлиса де Лонгвиль был всего лишь сержантом, и воспринимать его в новом качестве было весьма не просто.
Под взглядами членов королевской семьи бывшие осужденные подошли к трону и остановились перед ним. Заметив, что держаки для факелов сделаны из чистого золота, Ру прикинул его стоимость: лично он заменил бы золото медью, а освободившиеся средства вложил в какое-нибудь выгодное предприятие. Интересно, подумал он, представится ли случай поговорить с принцем на эту тему?
Мысль о принце вернула внимание Ру к человеку, который когда-то вынес ему смертный приговор. Никлас, ныне адмирал Западного флота, стоял по правую руку от трона, рядом со своим преемником, принцем Патриком. По другую сторону стояли Кэлис и Джеймс, герцог Крондорский; они разговаривали с человеком, которого Ру видел на причале, - с дядей Патрика, принцем Эрландом. А на троне сидел его двойник. Ру на мгновение растерялся, внезапно осознав, что их представляют самому королю!
- Ваше величество, ваши высочества, - произнес де Лонгвиль с изысканным поклоном, - позвольте представить вам пять человек, выполнивших свой долг храбро и с честью.
- Уцелели всего лишь пятеро? - спросил король Боррик. И он, и его брат были мужчинами крупными, но король все же выглядел более могучим; Ру, хотя и не мог должным образом судить о таких вещах, инстинктивно счел короля более опасным противником, чем принц Эрланд. - Есть и другие, - сказал де Лонгвиль. - Солдаты из гарнизонов будут представлены ко двору днем. Но эти - единственные уцелевшие из числа осужденных.
- И мы это знаем, - вставил Накор.
Де Лонгвиль с гневом обернулся к нему, возмущенный подобной вольностью, но Боррик лишь улыбнулся:
- Накор, это ты в такой одежде?
Улыбнувшись королю в ответ, Накор вышел вперед.
- Да, это я, ваше величество. Я тоже уходил и тоже вернулся. Грейлок сейчас на другом корабле, и с ним те, кто уцелел и успел добраться до Города на Змеиной Реке.
Слова, которые де Лонгвиль собирался сказать Накору, застряли у него в горле. Было очевидно, что Накор и король хорошо знают друг друга. Накор дружески кивнул Эрланду, который тоже приветливо улыбнулся при виде маленького изаланца.
- Вы все получили прощение, - сказал король четверым бывшим узникам. - Ваши преступления забыты, и ваши приговоры отменены. - И он добавил, взглянув на Эрика и Джедоу: - Мы видим, что вы избрали военную службу.
Эрик просто кивнул, а Джедоу, запинаясь, сказал:
- Д-да, ваше величество.
Король перевел взгляд на Шо Пи и на Ру:
- А вы нет.
Шо Пи наклонил голову:
- Я последую за своим учителем, ваше величество.
- Прекрати называть меня учителем! - воскликнул Накор и повернулся к королю: - Этот малый считает меня каким-то особенным мудрецом и настаивает на том, что должен повсюду таскаться за мной.
- Хотел бы я знать почему, - сказал принц Эрланд. - Не потому ли, что ты показал ему свои "проделки мистического мудреца", Накор?
- Или парочку фокусов "странствующего жреца"? - подхватил король.
Погладив подбородок, Накор улыбнулся.
- На самом деле я уже давненько этим не занимался. - Затем его лицо потемнело. - И кажется, я не рассказывал вам о них, когда мы возвращались из Кеша.
- Ладно, раз так, забирай его с собой. В дороге тебе пригодится лишняя пара рук, - сказал король.
- В дороге? Я возвращаюсь на Остров Мага, - заявил Накор.
- Не сразу, - возразил король. - Интересы короны требуют, чтобы ты отправился в Стардок и встретился с руководителями Академии.
Накор помрачнел.
- Вы знаете, Боррик, что я покинул Стардок, и не сомневаюсь, что вам хорошо известно, по какой причине.
Если королю и не понравилось столь фамильярное обращение, то виду он не показал.
- Нам это известно, но ты дважды бывал в Новиндусе и видел, какие силы нам противостоят. Нам нужно, чтобы ты объяснил магам в Стардоке, кто выступил против нас. Нам необходима их помощь.
- Найдите Пуга. Его они станут слушать, - сказал Накор.
- Если бы мы могли его найти, мы бы нашли, - ответил король. Откинувшись на спинку трона, он вздохнул. - Послания ему оставлены повсеместно, но тем не менее он не удосужился прибыть сюда лично.
- Постарайтесь еще, - ответил Накор.
Боррик улыбнулся:
- Дружище, лучшего человека нам не найти. И если ты не хочешь, чтобы во всех игорных домах Королевства стало известно, что ты передергиваешь карты и жульничаешь в кости, ты окажешь старому другу эту маленькую услугу.