Раймонд Фейст – Гнев Безумного Бога (страница 30)

— В них тоже есть безумие. Или отчаяние. Каспар считает, что они вымирают, и я согласен. Я видел всего полдюжины детей и немногим больше женщин. Всего менее сотни, хотя крепость явно вмещала вчетверо больше.

— Если бы мой муж был здесь… — Миранда вздохнула. — Но его нет.

Она изучающе посмотрела на Джима:

— Сейчас у нас не хватает рук. Трое, кто мог бы помочь, отсутствуют. Другие маги могли бы исследовать тех существ… Но насчёт эльфов я не уверена.

— Можете отправить меня в Эльвандар? — спросил Джим.

— Доставлю поблизости. Но никто не входит в Эльвандар без приглашения.

— Я уже бывал там.

— Правда? — удивилась Миранда. — Когда?

— Несколько лет назад, по просьбе лорда Эрика. Как раз когда мне начали раскрывать правду о Конклаве.

— Понимаю, — сказала Миранда. — Тогда мы доставим тебя к границам Эльвандара. — Она прищурилась. — А пока, похоже, тебе не помешало бы поесть.

Джим кивнул:

— С радостью. Прошло больше суток с тех пор, как у меня была возможность нормально поесть или попить.

Миранда поднялась:

— Провожу тебя на кухню.

Они прошли по коридору, пересекли сад и снова углубились в здание. Джим отметил, что постройки здесь, как и виллы Квега, образовывали квадрат с садом в центре.

— Так ты здесь впервые? — спросила Миранда по дороге.

— Да, — ответил Джим. — Думаю, вам известно, как новичков посвящают в дела Конклава.

— По крохам и по мере необходимости, — подсказала она.

— «В соответствии с необходимостью», как выражался лорд Эрик, — усмехнулся Джим. — Признаю, когда впервые узнал о Конклаве, был потрясён. Хотя теперь многое встало на свои места.

— Тогда ты редкий экземпляр, Джеймс Джеймисон… или, может, Джим Дашер? Чем больше я узнаю, тем меньше понимаю.

— Джим Дашер — когда я не во дворцах Крондора, Рилланона или Ролдема, миледи. Признаю вашу мудрость, ведь моя слабость в том, что я могу ухватить многое из малой толики сведений.

— Полезное качество и одна из причин, по которой тебя завербовали.

— А я думал, дело в семье.

— В твоей семье? — Миранда усмехнулась. — Позволь рассказать тебе кое-что о твоей семье.

Она провела его в просторную кухню, где двое юношей готовились печь дневной хлеб. Миранда жестом велела Джиму заглянуть в кладовую и взять что угодно. Он вытащил недоеденный вчерашний каравай, твердый сыр, пару яблок и кувшин какого-то эля. Затем зачерпнул ковшом воды из ведра и жадно напился. После третьего такого глотка Миранда сказала:

— Если ты так хотел пить, почему не попросил воды сразу?

— Я привык какое-то время игнорировать жажду и голод. Показалось важнее сначала рассказать вам то, что знаю.

— Боги, — рассмеялась Миранда. — Ты полностью оправдываешь свою репутацию, Джим Дашер. Вряд ли несколько глотков воды привели бы нас всех к катастрофе. А теперь ешь, и я расскажу тебе о твоей семье.

Джим нарезал хлеб с сыром, откусил от обоих, затем принялся за первое яблоко.

— Как тебе известно, ты считаешься дальним родственником моего мужа — и нет, тебе лучше не называть меня бабушкой, если ты, конечно, дорожишь жизнью! — поспешно добавила она, прежде чем он успел что-то сказать. — Твой прапрадед Джеймс из Крондора умер до создания Конклава. Твой дед и отец принадлежат к семье, неизменно преданной короне Островов, и хотя интересы Конклава и Королевства часто совпадают, иногда это не так.

— У нас есть… договорённость с твоим отцом и дедом, но не обманывайся — раскол между… двумя ветвями твоей семьи глубок. Он восходит к окончанию Змеиной войны, когда мой муж отказался вступиться за принца Крондора, когда кешианская армия стояла у городских ворот. Из-за этого принц, впоследствии король Патрик, затаил против моего мужа глубокую и неизбывную обиду. Конклав посвятил себя защите этого мира, включая его глупых правителей, но мы не ставим интересы одного государства выше другого.

Джим слушал, продолжая есть. Проглотив последний кусок яблока, он спросил:

— Значит ли это, что моя лояльность подразумевается, раз я здесь?

— Скорее, ты просто не остался бы в живых. Или, как минимум, тебя никогда бы не завербовали.

— Короли приходят и уходят, — сказал Джим. — Мой дед служил уже четверым, и последний — многообещающий юноша, но это не значит, что в решающий момент он сделает правильный выбор.

— У него есть твой дед в качестве правой руки.

— Моего деда все знают как мудрого, проницательного и очень старого человека. Говорю это с любовью — я буду скучать по нему, когда он умрет. Но если вы не сотворите очередное чудо, вроде того, что сделали для лорда Эрика, остались считанные месяцы, максимум год, прежде чем понадобится замена.

— Твой отец?

— Нет, — ответил Джим. — Он талантливый администратор, пошел в своего деда, Аруту Джеймисона, лорда Венкара, по всеобщему мнению. Но он не такой политический зверь, как мой дед… — Джим вздохнул. — Мы снова столкнулись с ситуацией, которую можно назвать только опасной. В Западном королевстве не было стабильности со смерти принца Аруры. Он был последним истинным западным лордом, кто действительно правил. После него шла череда временщиков, наследников, отбывавших срок до возвращения в Рилланон на трон. Никогда интересы запада не считались приоритетными. Западные лорды своенравны, и я даже слышал слухи об основании отдельного государства.

— Эти слухи не получили широкого распространения, — заметила Миранда, — иначе мы бы о них знали.

— Пока только слухи, — сказал Джим. — Не более того, иначе я бы доложил. Поверьте, будь у меня хоть малейшее подозрение, что это движение реально, я бы немедленно сообщил отцу, а он уж точно поделился бы этой информацией с лордом Эриком.

— Который, в свою очередь, сообщил бы моему мужу.

— Но у нас есть более насущные проблемы, чем королевские интриги, — продолжил Джим. — Эльвандар?

Миранда кивнула:

— Я могу доставить тебя к речному берегу, но мне самой еще не дано права входить туда когда вздумается. — В её голосе слышалось раздражение, но Джим предпочел не комментировать. — Встань рядом со мной…

— А сапоги?

— Точно, — сказала Миранда, окинув взглядом его ноги. — И подходящие брюки. Помню.

Она послала одного из учеников за необходимыми вещами. Юноша быстро вернулся с двумя парами сапог, первая из которых пришлась впору, и прочными брюками, куда лучшими, чем те, что дал ему капитан.

Переодевшись, Джим встал рядом с Мирандой. Она положила руку ему на плечо — и внезапно они оказались в темном лесу у довольно широкой реки.

— Этот брод быстрый, но мелкий, — пояснила она, пока он приходил в себя.

«Волшебные путешествия требуют привычки», — подумал он.

А затем она исчезла.

Он глубоко вдохнул и вдруг осознал, что остался без оружия. Понимая, что в одиночестве его ненадолго оставят, он перешел реку вброд. На другом берегу Джим на мгновение замер, прислушиваясь, затем громко произнес:

— Я знаю, вы здесь.

Спустя несколько секунд из ниоткуда появились два эльфа.

— Добро пожаловать, Джим Дашер, — приветствовал его один из них.

Приглядевшись в полумраке, Джим улыбнулся и сделал шаг вперед.

— Спасибо, Трелан. Рад тебя видеть.

Они обменялись крепким рукопожатием, после чего Джим добавил:

— Мне нужно поговорить с вашей Королевой и лордом Томасом.

Обращаясь ко второму эльфу, Трелан сказал:

— Я провожу его и пришлю кого-нибудь взамен для наблюдения за бродом.

И тут же пустился быстрым шагом, дав Дашеру лишь мгновение на то, чтобы сориентироваться и поспешить за ним.

Из предыдущего визита Джим знал, что ему предстоит бежать всю ночь и большую часть утра, чтобы добраться от этой части Эльфийского леса до королевского двора. Потому он расслабил сознание, сосредоточившись лишь на том, чтобы не отставать от неутомимого эльфа. Не прошло и пяти минут пути, как в его мыслях вновь возник образ Мишель, и он мысленно проклял себя за то, что ведет себя как влюбленный дурак.

Глава 10

Вызовы