Rayko – Оружейник 2 (страница 7)
– … что после смерти пахнете только вы – люди, – закончила за нее Илия.
– А чего это мы одни удостоились чести… пахнуть? – холодно улыбнулся Волк.
Швед и Рибок синхронно повернулись к нему.
– Потому что… – хором сказали они, и замолчали переглянувшись.
Афан жестом предложил оружейнику продолжать.
– … остальные виды устроены по-другому. Мало того, что у них физиология другая, так у них еще и железа для переработки времени имеется. Так вот сайлакс, после гибели мозга, запечатывает все внутреннее время в себе. Соответственно, и тело не разлагается, потому что в нем нет времени. Ни для клеток, ни для бактерий. Вы-то двое точно пахнуть не будете после смерти, а у обычных людей этой железы нет. Они просто рай для микроорганизмов, вот и гниют. Понял?
– Понял. Только у меня вопрос возник – откуда вот этот котяра знает, как наши трупы воняют?! – внезапно оскалился Волк, и резко вытянув руку, уперся указательным пальцем прямо в нос Рибока.
Помедлив секунду, афан медленно отодвинул руку Волка в сторону, и приблизив свою морду к его лицу, громко прошипел:
– Потому что белковая органика при наличии времени гниет везде одинаково. Да и в вашем мире я уже неоднократно бывал, и звали меня там – Баюн. Ты бы лучше подумал, откуда тут вообще обычные люди могли взяться.
Зло пыхтящий Волк отступил на пару шагов назад. Его тут же прикрыла своей фигурой Телия, вставшая между ним и афаном. Рибок, увидев эти нехитрые перемещения, весело ухмыльнулся:
– Хороший у тебя сарс, Ульф. Правильный.
– Угу… – Швед обвел своих сарсъяр недобрым взглядом, – Только нервный.
– Бывает, – афан снова повернулся к разлому в стене, – Ну что, полезли?
– Давай-ка я первым, – выдохнул Швед, погасил джет, и протиснулся в трещину.
Через несколько секунд из глубины донесся его голос:
– Тут обычный коридор, можно нормально ходить.
Все по очереди переместились за стену. Новый коридор был намного шире вентиляционного, да и потолок там был выше. Люди нацепили ПНВ еще по ту сторону трещины, как только Швед погасил свет, и теперь рассматривали новую локацию вместе со всеми.
***
Первое, что услышал Хмурый, было приветствие Головина:
– Ну, здравствуй… Харитоша.
Он умудрился скривиться, хотя его мышцы пока и не работали полноценно. Хмурый осторожно покрутил головой, разминая затекшую шею, затем попробовал пошевелить руками и ногами. Сидел он в глубоком кресле и, к своему удивлению, никаких веревок или оков на себе не обнаружил. Впрочем, их отсутствие роли не играло – в кабинете, кроме него самого и Турка, находилось слишком много народа. Хмурый отметил про себя, что за рабочим столом сидел Мягков, а не Головин. Это означало, что он находится не у Турка, а в кабинете главы Дома. Еще присутствовали парочка мордоворотов-волкодавов, явно из команды Головина, и один незнакомец, сидящий в кресле напротив него.
– И тебе не хворать, Турок, – ответил Хмурый, начав неторопливо массировать руки и лицо, – Смотрю и вы с демонами связались. Куда не плюнь – везде эти отродья.
Сидящий напротив человек медленно перекинулся в свою привычную форму.
– Я так понимаю, Харитон Михайлович, вам уже приходилось сталкиваться с моим видом.
Хмурый внимательно посмотрел на говорившего, и молча кивнул.
– Меня зовут Калеб. И сейчас я расскажу вам занимательную историю вашего мира… да и нашего заодно, чтобы вы знали, когда и по какому поводу им пришлось тесно пересечься.
Лекция затянулась почти на час – демон рассказывал, Хмурый задавал вопросы. Иногда в разговор вступали Мягков и Головин, давая свои короткие пояснения.
– Значит Берендей – это Бренд, правая рука Инраза… – задумчиво произнес Хмурый, и посмотрел на Калеба, – А ведь у меня завтра с ним встреча.
– Сам по себе он нам и нахрен не сдался, – вмешался Турок, – Отловить его мы можем… точнее, кое-кто может в любой момент. Нам надо выйти на Инраза, а сделать это лучше всего используя Бренда втемную.
– Гхм… А Ульф в курсе ваших планов? – поинтересовался Калеб у людей, – Если вы пытаетесь сделать это за его спиной, то боюсь, что вы переходите ему дорогу. У него свои планы на Инраза. Как бы вам потом не пожалеть о своей самоуверенности.
Головин переглянулся с Мягковым.
– Мда-а-а… – протянул Турок, посмотрев на Мягкова, – Что-то мы заигрались в суперменов. Когда он вернется?
– Сказал, что максимум через пару дней, – ответил тот.
Хмурый, которому упоминание имени Ульфа не говорило ровным счетом ничего, решил снова привлечь всеобщее внимание к своей проблеме:
– Мне-то что завтра Берендею говорить?
– А что ты вообще с ним собирался обсуждать? – поинтересовался Головин.
– Он обещал новую партию оружия в обмен на моих людей для охраны чего-то там и где-то там.
– Разломы сейчас практически некому охранять, – заметил Калеб, – После разгрома Лутона у них катастрофически не хватает живой силы. А им ведь еще и станции приема на Бхарате надо защищать.
– Соглашайся на его условия, Харитоша, – Головин хлопнул ладонями по кожаному подлокотнику кресла, и встал.
– А где мне людей-то взять? – округлил глаза Хмурый, скривив в усмешке рот, – Вы же их почти всех положили.
Турок, иезуитски улыбаясь, посмотрел на Мягкова.
– Мы тебе, Харитон Михайлович, своих бойцов в аренду дадим. Правда ведь, Михаил Юрьевич? Самых лучших подберем.
***
Недолго поводив носом по сторонам, сильно озадаченный Рибок выдал вердикт:
– Два таймлендера слева, покойники и… один афан – справа. Я бы даже сказал, что этот афан прямо-таки в центре кучи трупов, и его имя Малифус. Нихрена не понимаю.
– Так пошли взглянем, – обрадованный новостью, что Малифус жив, Швед нетерпеливо толкнул его в спину, – Тем более справа вроде бы свет пробивается.
Рибок опустился на все лапы, и начал осторожно красться, прижимаясь боком к левой стене. Через пару десятков метров коридор повернул под прямым углом налево, и высунувшийся за угол афан увидел метрах в пятидесяти впереди тусклый светильник, освещавший единственную дверь в тупике.
– Запашок из-за двери идет, – прошептал он, втянув голову обратно, и пропуская вперед Шведа.
– Волк, Савельич, снимайте приборы и топайте туда на смотрины, – скомандовал оружейник, оценив обстановку своими глазами, – Мы прикроем сзади.
Волк сделал шаг за угол, одновременно сдвигая очки ПНВ на макушку. Сквозняков не наблюдалось, воздух в коридоре стоял недвижим, поэтому интенсивность зловония нарастала постепенно. Но все равно, уже через десяток метров ему пришлось зажать нос ладонью и дышать ртом. Идущий следом Савельич мазохистом не был, поэтому он похлопал Волка по плечу, и когда тот обернулся, махнул ему рукой, позвав назад.
– Знаешь, Швед, совесть иметь надо, – начал ветеран выговаривать оружейнику, как только завернул обратно за угол, – Это у вас трупные запахи пахнут, а у нас они смердят.
– Прости, старый, – хихикнул Швед, потрепав его за плечо, – Я хотел примерное время смерти узнать, а тут, как ты правильно заметил, нюхачи еще те собрались. Им вонь по барабану, так что вы были наилучшим вариантом.
Савельич замер на месте, открыв рот от такой наглости оружейника. Волк же согнулся пополам, еле сдерживая рвущиеся из него, то ли рвотные позывы, то ли дикий смех.
– Ну, ты… Ты… Тьфу на тебя, паразит… – не нашедший слов Савельич, зло сплюнул на пол, – Там же от вонищи глаза вместе со слезами вытекают…
Но Швед уже переключился на демониц:
– Судя по моему опыту, покойничкам не меньше пары суток. Ваш выход, девочки. Ну и ты, Рибок, иди с ними.
Рибок мягко прыгнул вперед, и не торопясь приблизился к двери. Демоницы быстро распределились по бокам от него, зажав в лапах ножи. Три мужские головы, высунувшись из-за поворота внимательно наблюдали за их действиями. Вот Телия подалась вперед, откинула запор и, ухватившись за ручку, аккуратно и медленно потянула дверь на себя. Илия присела для прыжка, а Рибок вскинул в лапах свой сетемет, направив его на проем. Дальнейшее произошло настолько стремительно, что у Волка и Савельича сердца даже не успели сделать следующий удар.
Рибок опоздал с выстрелом – сеть перекрыла проем двери, когда черная тень уже оказалась в коридоре. Причем попутно обезоружив обеих демониц, хотя между ними было около трех метров.
– Мал, стой! – крик Рибока застал тень в новом прыжке, и та, не сумев остановиться в полете, сбила его с ног.
– Ну, стою, дальше что? – раздался низкий рык абсолютно черного афана, нависшего над лежащим на полу Рибоком, – А ты чего разлегся-то, Ри? Устал?
– Я так понимаю, вы там закончили здороваться? – донесся до них голос Шведа, – Давайте-ка лучше тут пообщаемся, у меня бойцы брезгуют туда идти. Не по чину им, видите ли, среди трупов шастать.
– Чего ты гонишь?! – выскочил в коридор Волк.
– О, еще один! – взревел Малифус, и сорвался с места.
Никто не успел даже глазом моргнуть, как афан в несколько прыжков преодолел расстояние, разделяющее его от Волка, и нанес ужасный по мощи и скорости удар клинком, отобранным у кого-то из демониц. Кинжал со звоном разлетелся на несколько кусков, а Малифус тихо выругался, глядя на невредимого Волка. Тот сидел на полу, опустив голову вниз, и выставив перед собой обе руки, словно они могли его спасти от рассвирепевшего афана. Над ерзающим по полу бойцом, неярко светилась голубая пленка защитного купола кранча.