Райдо Витич – 'Стать богом (страница 40)

― Не беспокойся, ― улыбнулась подбадривая. И уже развернула лошадь, как увидела летящего к ним парнишку.

С криком:

― Архангел, архангел! ― юноша фактически влетел в Амина и вложил ему в руку свернутую тряпицу. ― Передать для Виты! ― выпалил.

Мужчина посмотрел на сверточек, на девушку и протянул Вите. Та развернула тряпицу, взвесила кожаный мешочек и раскрыла его. Высыпала содержимое на ладонь и замерла на пару секунд.

― Сука, ― вырвалось само. Пальцы сжали жетоны погибших подчиненных так крепко, что те впились в кожу. «Любовь» к Сантане в тот момент была настолько сильной, что дали бы — Вита его загрызла. Взгляд девушки скользнул вверх за край ограды. Там уже поднималось солнце, но не для всех. Но она еще жива, значит, группа существует, значит есть, кому выполнить задание и оплатить счет за преданных и убитых.

Вита сунула жетоны в карман и случайно заметила черную букву на белой тряпице. Развернула ее, прочла, мрачнея на глазах ангелов. Минута и уставилась на Амина:

― Я еду одна. Без возражений. Вернусь завтра утром.

И наддала кобылку.

Амин посмотрел девушке вслед: чтобы она не говорила, а ей нужна охрана. Явно что-то случилось, и пусть это останется для всех тайной, главное, чтобы не превратилось в общую беду.

Архан еле заметно кивнул своим воинам, и те мигом сели на лошадей, развернули их за девушкой. Приказ был понятен: держаться на расстоянии, но из поля видимости не выпускать.

― Головами отвечаете! ― услышали в спину.

Вита летела ничего и никого не замечая. В другом бы состоянии изворчалась, все-таки конный спорт не ее, но тут было не до сетований.

Она прекрасно все поняла из короткой записки Сашки. И хоть питала к Святову мало теплых чувств, должна была вытащить его. За себя не боялась — понимала вряд ли Сантана появиться не один, просто не в его интересах посвящать еще кого-то в суть дела. А с ним одним, была уверена, справится. Главное, чтобы мальчишка не умер от страха раньше, чем она появится.

К скалам подъехала к вечеру. Знакомый вид навевал паршивые воспоминания и будил ненависть и брезгливость.

Вита без труда нашла двери и толкнула их ногой. Из проема пахнуло затхлостью и гнилью, останавливая на минуту. Запах будил слишком много неприятных воспоминаний и словно грозил, но девушка пересилила себя и заставила шагнуть на ступень вниз. Медленно прошла по пустому коридору и остановилась у знакомой клетки. Оглядела грязные стены, сырой пол с клочками сгнившей соломы и невольно передернулась. Пять лет! Пять лет просидеть, словно волчица на цепи в конуре. Пора и за это ответить Сантане.

― Узнала? ― услышала позади. Но даже головы не повернула — смысл? Прямо здесь и сейчас вцепиться ему в глотку? Хорошо бы, да рано — нужно узнать, где Володя.

― Где Свят?

Люверт медленно подошел к ней, встал в паре шагов за спиной:

― Рад, что приехала одна. Благоразумно. Больше шансов у твоего протеже. Кстати, как он сюда попал?

― Мальчишка не при делах, один из ангелов…

― Ой, только не надо мне лгать, ― поморщился. ― Твой студент болтлив до неприличия. Пока я его к стене привязывал, он мне всю биографию в красках разрисовал, выложил, о чем и не спрашивал: и где учился и как ваш с Лилькой разговор подслушал, и как загорелось у него стать бессмертным. И как на скип пробрался, и как за панелью криоблока прятался. И как ты его нашла, как ждать приказа. Как он сбежал, боясь, что ты его насильно обратно в жизнь смертную и тоску отправишь. Хлипок. Даже давить не пришлось…

― Сволочь ты, Люверт.

― Мне другое прозвище нравилось.

― «Дьявол»? Не сомневаюсь. Но мелковат. Обычный бес и то слабо тянешь.

― Ошибка — я глава чертей. Лилька-дура все больше к своим ангелочкам тяготела, аналоги ее бабских розовых соплей, этакие прынцы в сахарной вате, по уши накаченные моралью…

― Ближе к делу: где Володя? ― уставилась на него через плечо, не скрывая призрения. Сантана ухмыльнулся, одарил ее презрительно-оценивающим взглядом:

― Зачем тебе хлюпик Вова? Вроде вдвоем управлялись.

Вита отвернулась, чтобы он не увидел гримасу брезгливости на лице:

― Воду в ступе долго будем толочь?

― Ладно, ― согласился через паузу. ― Мне нужен аннигилятор.

― Что за хрянь?

― Не играй со мной, а то Вове платить придется.

― Веди к нему — там поговорим. Нет… Мне здесь не дует.

― Всем ты хороша, ― усмехнулся. ― Одно плохо — баба.

― Не любишь женщин?

― Ну, что ты… смотря в какой позе. Вперед иди и не вздумай меня чудесами эквилибристики поразить.

― Даже желания нет, ― заверила и пошагала вглубь коридора. ― Куда идем?

― Вольер для хищников, ― хмыкнул. Вита только зубы сжала.

Лаборатория небольшая, до нужной клетки добрались за пару минут. Девушка сразу увидела Святова. Тот был привязан к крюку в стене, в рот сунут кляп. Но только мужчина заметил Виту тут же замычал, а взгляд затравленный испуганный до нельзя, умолял, как пеленговал: sos,sos,sos.

Вита взглядом дала понять: не дергайся, потерпи, все будет хорошо. И спокойно прошла внутрь, видя, что дверь убрана, значит закрыть их Люверт не сможет. Села на деревянный чурбан, о который когда-то точили ногти хищники, и уставилась на Сантану:

― Итак, тебе нужен прибор, у которого даже нет названия.

― Это неважно, нравится, сапогом обзови. И сюда давай, ― поманил ладонью. ― Потом Свят твой и мирно расходимся. Предложение шоколадное.

― Угу, ― кивнула. ― Одно «но» — этого сапога, аннигилятора, прерывателя, пульта и прочая, у меня нет. Сама последние дни нахожусь в мучительных изысканиях данного предмета.

Сантана опустил руку, в упор воззрился на Виту. Девушка была спокойна, глаза чисты, но взгляд жесткий. Он знал ее меньше, чем ее сестру, но как-то сразу понял, что не лжет, поверил.

― Значит, знаешь у кого он.

― Знала бы, мы б с тобой здесь не сидели. Нашла, вытрясла. Нажала бы кнопку и отправила вас к чертям.

― Я не демо версия.

― Нет. Но сдох бы как они, как миленький. Я бы позаботилась.

― Сама бы стала смертной.

― Не поверишь — мечтаю.

Сантана не спускал с нее взгляда и видел — не лжет.

Скверно.

Мужчина сложил руки на груди, задумчиво прищурился на Виту:

― Тогда зачем явилась?

― Все равно сюда собиралась — дела. А тут твоя записулька. Удачно. Думаю, заодно Свята заберу. Отпусти мальчишку, он всего лишь глупый щенок, навару тебе от него никакого.

― Мне нужен прибор, ― заявил твердо.

― Мне тоже, ― кивнула.

― Где он может быть?

Вита скорчила рожицу и развела руками:

― Где угодно. На этой планете семь континентов. Пока обживается лишь один, поэтому круг поисков, конечно, значительно суживается. Но даже так — прогноз неутешительный, что-то около трехсот лет по времени на поиски.

Она смеялась, а ему было не до смеха.

― Где он?!

― Не зна-ю! Когда выходила от Лили — был, когда садилась в скип — был. А дальше — словно испарился и когда, куда — вопрос. Я завязала гадать. Ты можешь продолжить. Поделись, если умная мысль нагрянет. Интересно все-таки, куда он делся.

Сантане не нравилось, что она так легко относится к утрате важного аргумента. Не мог он понять, что девушка, сообразив что «чудо» сотворить не получится, успокоилась и стала рассчитывать лишь на свои силы.

― У меня предложение — давай устроим партию и решим все разом, если уж так получилось, что приборчика у нас больше нет.