Райдо Витич – Чудес не бывает (страница 29)

И какого лешего именно сейчас, когда история и боль от нее начали притупляться, появился этот парень, у которого кинжал с родовым вензелем Де Ли?

Похож он на Максимильяна?

Пожалуй, да. Было в нем многое от черт и Максимильяна, хоть того Оррик совсем не помнил, и от Лемзи, которого не мог забыть, и от Исвильды…

Даган дернулся, не желая бередить воспоминаниями сердце, и попытался отодвинуть с прохода Гарта.

— Не ходи! — процедил тот, упрямо стоя у дверей.

— Отойди.

— Оррик!

— Гарт, ты всегда понимал меня, пойми и сейчас, — попросил, глядя в глаза друга. Фогин понял, что упрямство Орри вышло наружу и того уже ничем не сдвинешь и загрустил. Покоя теперь не будет. Пороховая бочка вскрыта.

Нехотя отошел, пропуская друга и сел на скамью, уставившись в темноту перед собой. Черт бы подрал Боз Даган! Если б не его коварство, они бы с Орри сейчас спокойно пили отменное пиво в кабаке Рори и строили планы на завтра, в которых нет подвигов и опасности, а лишь приятная суета обыденных дел и забот. Да, бесславная, но нужная им обоим, уставшим вгрызаться в эту жизнь, отстаивая больше чужие права, чем свои.

Неужели Оррику не надоело подставлять себя?

И главное за что, зачем?

Неоплаченный долг другу — понятно, но Лемзи мертв, как мертвы те, кому Оррик считает себя должным. И кому он что докажет, нарываясь на неприятности?

Видно мало ему проблемы с женитьбой на ведьме.

Оррик без слов спустил с лестницы стражника пытавшегося его не пустить в покои Галиган. Рывком открыл дверь и увидел братца, вольно разлегшегося на постели в брюках и исподней рубахе, и мальчика, что листал пожелтевшие страницы книги, устроившись в кресле, сняв сапоги.

— Чтение на ночь? — спросил, подходя к Исе. Вырвал у него книгу, не в силах справиться с кипящей внутри злостью, причину которой и мог бы найти, да не хотел. — Вон, в казарму, — приказал испугавшемуся мальчишке. И кинул ему вслед сапоги, которые бухнулись в коридоре.

— Что ты себе позволяешь? — возмутился Галиган и видно решил устроить битву, забыв, что силы неравны.

— Я тебя предупреждал! — выставил палец Оррик.

— Мессиры… — попытался влезть мальчишка, глядя на двух петухов готовых к драке.

— Помолчи! — оборвал его Орри. — Ты еще щенок, чтобы служить таким псам!

Исвильда спешно натянула сапоги, проклиная собственную неуклюжесть, и молила о перемирии для мужчин. Рванула обратно, справившись, наконец, с обувкой, но была силой выставлена за дверь:

— Я сказал, иди в казарму! — рыкнул Даган, выпихнув ее, и хлопнув дверью, придержал за грудки Галиган, устремившегося за пажом.

— Совращай кого-нибудь другого…

— Ты рехнулся, Орри!

Оскорбление лишь раз оскорбление, его повторение уже насмешка и не над оппонентом.

— Больше не подходи к нему, Галиган, я не шучу.

— Ты видно сам такой, раз думаешь подобные гадости обо мне.

— Я не думаю, а знаю.

— Что? Откуда и что ты можешь знать?! — возмутился Галиган, чувствуя жгучую обиду, от которой защипало в глазах. — Почему ты считаешь нормальным оскорблять меня и Ису? Что тебе нужно от нас?

От нас — смыло раздумья и сомнения, что прокрались в голову Оррика при виде расстроенного брата, утвердив худшие догадки.

— Мне плевать, что ты хочешь, плевать, о чем говоришь и думаешь, но этого ребенка ты не подучишь!

— Ты получишь?

Оррик бы ответил в своем обычаи, но сдержался — руки марать не хотелось. Развернулся, желая уйти, но Галиган схватил его, повернул к себе. Даган уже приготовился вразумить забияку рукой и словом, но взгляд брата был не задиристым, а просительным.

— Ему нужна защита, — сказал тихо. — Никакой грязи меж нами нет, не знаю, кто в голову тебе гадости вбил.

Оррик опустил руку, пытливо посмотрел в глаза Галиган и заверил, хоть и не поверил:

— Я дам ему защиту.

Странно, что герцог тут же успокоился и даже улыбнулся:

— Благодарю.

Оррик несколько растерялся благодушию брата: небывалое дело! А уж благодарность из его уст и вовсе — диво дивное.

— Ты ему кинжал подарил? — спросил, чтобы хоть что-то понять.

— Нет.

— А кто?

— Не знаю, — отвернулся отступая. Слишком поспешно, что не понравилось Даган. Он понял, что Галиган знает, откуда эта вещица у мальчика, но выпытывать не стал. Не время. Дорога впереди долгая и он обязательно узнает, кто скрывается под именем Исаий Губерт, откуда у него кинжал Де Ли, и какого черта во всей этой истории замешан Галиган. И если тот окажется злым гением во всем деле, он убьет его.

Именно это и пообещал взгляд Оррика, прежде чем мужчина покинул покои брата.

— Ваши манеры ужасны, мессир, — заявила Исвильда, искренне огорченная трениями братьев. Оррик подтолкнул ее к выходу с половины Галиган:

— Подрасти, потом будешь меня манерам учить.

— Манерам в детстве учат, мессир…

— Таким каких нахватался ты? Уволь. И прими совет — учись уважать себя, а не ложиться под господ за красивый подарок.

Звонкая плюха ввела Оррика в шок, а Исвильду, что сама не ожидала от себя подобного, бросило в дрожь от испуга.

Даган во все глаза смотрел в расширенные от страха зрачки Исы, потирая щеку, и готов был в эту минуту поспорить с кем угодно — перед ним не мужчина. Он протянул руку, делая вид, что готов ответить той же плюхой, хоть и легкой, но лишь опустил ее, увидев упрямые и злые огоньки, что зажглись в глазах мальчика. Девушка бы зажмурилась или отпрянула, а этот готов был встретить удар и ответить на него, не пряча лица, не уворачиваясь.

Не трус.

Но дурачок.

Оррик качнул головой — вот только забот о ребенке ему не хватало. И головоломок.

— Научитесь сначала драться, сэр Губерт, как подобает мужчине, а потом указывайте мне, что позволительно, а что нет. А сейчас марш в казарму! Еще раз увижу тебя рядом с Галиган — уши оборву и при всех отшлепаю!

Мальчишка покраснел до корней волос:

— Вы грубиян мессир, — прошептал укоризненно и этот шепот подействовал на Оррика не хуже пощечины, потому что породила желание, абсолютно ему не свойственные и неуместные в данном случае — извиниться и очень мягко, как перед нежным, кротким и безответным созданием. Как перед женщиной.

Взгляд мужчины стал острым, пристальным, чем еще больше взволновал и встревожил Исвильду.

— Ты уже брился?

— Нет еще мессир, — слегка удивилась девушка, ожидая услышать что угодно, но не это.

— С женщиной был?

— Нет.

— Нравятся?

— Женщины?

Оррик вздохнул — и какого слепца обманывает это создание?

— Миледи, если вам нужна помощь, я готов ее оказать.

Иса довольно прилично изобразил оскорбление: