Райдо Витич – Чудес не бывает (страница 11)

— Моя измена ничего не значит!!… Нужно уличить ее, а это невозможно, если конечно, не приплатить какому-нибудь слепому и глухому уроду.

Гарт в раздумьях почесал затылок:

— Можно сэкономить, хоть я не слепой, и смею надеяться, не урод, — предложил несмело.

Орри глянул на него и качнул головой:

— Нет. Ты мне слишком дорог.

— Ну-у-у… не съест же она меня? И зубов, я думаю, у нее там нет.

— Не знаю, — с сомнением качнул головой Орри, и лицо Гарта вытянулось от изумления: неужели женушка действительно ужасна и отвратна? Не верилось ему в то, хоть убей.

— По-моему, ты преувеличиваешь.

— Нет, приуменьшаю. Ты понятия не имеешь, что это за ведьма! Поэтому вариант о пострижении в монашки тоже отменяется! Ее ни один монастырь ни за какое золото не примет!

Орри ее почти не помнил, но фрагменты ее образа сложенные вместе нагоняли дрожь, то ли в память о выпитом вине, то ли о произошедшем кошмаре и помогали воображению превратить женщину в сущую фурию.

— Ей сто лет! Она скрипит, как не смазанная телега. Нос как тыква, волосы — копна сена. Она грязна как свинья и толста как мельник Фан! Ты мне друг и спасибо тебе за предложение о помощи, но столь геройский поступок ни мне, ни тебе не по плечу. Я не хочу быть виной твоей болезни, а что ты серьезно занедужишь, не сомневаюсь, — взялся опять за вилы Оррик.

— А если объявить о взаимном желании расторгнуть союз?

— Взаимном? Она настаивала на браке со мной! И вдруг откажется?!

— Влюбилась? — рассмеялся Гарт. — Не думал, что ты сердцеед.

— Мне не до смеха!

— Ладно, ладно. Я просто пытаюсь найти причину ее желания выйти замуж за тебя.

— Она нищенка!

— Ты тоже не богач. Ее кошель против твоего замка — да вы оба просто короли!

— Она простолюдинка. Я Даган.

— Бастард.

— Еще бы она потребовала законнорожденного!

— Но если Боз согласился отдать тебя, мог согласиться отдать и Фелигора, например. А вообще, мне трудно представить нищенку, шантажирующую твоего отца настолько искусно, что тот идет у нее на поводу, а не подвешивает за шею. Либо она очень умна…

— Хитра.

— Либо, Боз заинтересован в ней и имеет свой интерес в вашем союзе.

— Чушь!… Хотя, конечно имеет и какой я уже тебе сказал. В любом случае, чтобы за всем не стояло, мне нужно выбираться из этой ситуации. Я не желаю быть игрушкой в руках отца, как не желаю быть мужем старой карги. И зачем я согласился?

— Странный вопрос. Твой брак подарил тебе этот замок.

— Он итак был моим.

— Сам знаешь, что это не так. Боз постоянно шантажировал тебя им, грозя отобрать крышу над головой.

— Пустые угрозы. Но ты прав, он мог назло или из вредности когда-нибудь их исполнить. Так что у этой свадьбы есть свои плюсы… но Боже мой, какой у нее минус! Замок нужно содержать, а мои мечты поправить дела женитьбой, легли прахом!

— Да, теперь тебе придется содержать еще и жену.

— Она как камень на шее!

— А если обратиться за помощью к твоей родне?

— К кому?

— К Галиган.

— Его невидно. Наверняка опять накуролесил и слег в лихорадке.

— Да, здоровье у твоих братьев хилое, зато они законнорожденные.

Орри перекидал сено с телеги в стог и оперся на черенок вил, задумчиво разглядывая Гарта:

— Да, Галиган бы мог помочь, но я не видел его в замке, значит точно либо опять недужит, либо уже уехал к невесте.

— А ты на их свадьбу не поедешь? Очень было бы кстати — там бы и переговорил с братом или с нужными людьми сошелся. Если невеста Галиган — родственница короля, то при умелой протекции твое дело о разводе быстро бы решили.

— Да, но ты забыл кто они и кто я — смысл ему хлопотать за меня? Нет, не буду я с ним разговаривать, его высокомерие рождает во мне желание дать в зубы. К тому же на свадьбу меня не приглашали и не пригласят.

— Но при дворе тебя знают и ценят.

— Нет, Гарт, там ценят силу, знатность рода и деньги. Из трех аргументов у меня есть лишь один. И потом, не привык я просить, противно. Сам буду соображать, все равно, что-нибудь придумаю.

— Ну, одну придумку я уже слышал, — хохотнул мужчина.

— Вот увидишь, не дай Бог, ту каргу и поймешь, что моя идея не так плоха.

Бросил, унося вилы в сторожку.

Гарт лишь улыбнулся: ерунда. Ты был пьян, а от вина и муха порой волком кажется.

Исвильда подошла к воротам замка уже в сумерках. Высокие стены казались крепкими, мощными — неприступными. Было видно, что хозяин печется о защите своих владений. Это порадовало девушку и породило уверенность в правильности своего выбора — тот, кто защищает свой дом, будет защищать и жену.

Она постучалась в дверцу крепких новых ворот, и принялась ждать. Прошло не меньше получаса прежде чем открылось маленькое смотровое окошечко, и седой старик с факелом не сунул нос в него, придирчиво оглядывая оборванку:

— Нищим не подаем! — заявил он и вознамерился захлопнуть окошко.

— Я жена милорда Орри! — поспешила сообщить ему девушка.

— Вот еще! Что за вздор! А ну иди-ка ты по добру, по здорову, пока я стражу не кликнул!

— Но это правда! Наш брак был освящен шестого дня в капелле святого Патрика в замке Даган! Пожалуйста, доложите обо мне мессиру!

Старик крякнул, не зная верить ли оборванке. Хлопнул дверцей и задумался. Шестого дня и правда, мессира Оррика к отцу вызвали. Гонец еще прибыл, мальчишка, а гонору как у знатного сеньора!

А что взять с наглецов?

Фу, ты, ну, ты!

Но жениться! Орри! На этой оборванке! Неужели такое возможно?

Но она бы не стала лгать, зная, что ее легко разоблачить.

Старик пожевал губы, раздумывая над ситуацией, и потопал в замок: все ж доложить надо.

Исвильда села у ворот на землю и с тоской уставилась в темноту: ничего себе, повидалась с супругом! А впрочем, что она себе возомнила? Рано еще отдаваться унынию, как и иллюзии. Почвы нет: Оррик совсем не знает ее — с чего б ему объятья навстречу открывать?

Орри и Гарт ужинали на кухне.

Проспер не стал ждать окончания их трапезы и объявил сходу:

— Сэр, там нищенка в ворота бьется — говорит, ваша жена.

Орри подавился пивом.

Гарт съездил себе по зубам глиняной кружкой. И оба в ужасе уставились на старика.

— Какая она? — тихо спросил Гарт через минуту молчания.