Раяна Сол – Демон (страница 2)
Она была, слышь, ангелом земным,
Из тех, которых без причины бьют.
Кругом виновна даже без вины,
Им нелегко себе найти приют.
Таких беречь бы людям и родне,
С такими лечь достойно короля.
При них тепло и в стужу лютых дней,
На них одних лишь держится земля.
Но как прогнил весь этот падший мир,
Не мы, а вы подвластны Сатане.
Отец родной побоями кормил,
А мачеха пообещала мне.
Молчала всё, не поднимала глаз.
И нянчила крикливых малышей,
На саночках везла тяжелый таз
Стирать дерьмо и, без пардона, вшей.
В самой же весу мало что ни пуд.
Иной баран и тот потяжелей.
С утра до ночи только адский труд.
Подай, снеси, тут подотри, налей.
А ведь красотка, хоть судить не мне.
Душа нужна, а не дрянная плоть.
Эй там на небе, в синей вышине?
Хоть вы то видите девчонку? Хоть…
Стройна как лань и черная коса.
Изгибы тела, что твои холмы,
Был мужиком, любил бы ее сам,
Но на "любови" не сподручны мы.
Глаза ее – две звездочки во тьме.
Как два кристалла, что цветут в аду.
Поэму знаешь: "Девушка и смерть"?
Такую девку встретить на беду.
Такую девку гладить, целовать
Кровавым лалом изукрасить грудь.
Дитя бы ей, ох славной вышла б мать,
Не темный дом и не хмельную муть
Не драить пол, и не доить коров,
И не щипки от мачехи терпеть,
Сбежать хотела, двери на засов,
На хлеб и воду, да в стальную клеть.
Ты, видишь ли, богат людской порок,
Пределов зависти и злобы нет.
Что было дальше? Скажет не пророк,
Что продали и растерзали свет.
За грош, за медь, за сраных три копья
Продали девку, что паршивый скот,
И лапали, кто трезв, и кто был пьян,
И с поцелуем каждый идиот.
Она держалась сколько было сил,
Сил у таких, представь себе, вагон.
Но тут ее в служанки попросил
Богач из местных. Кажется, барон.
Кидал на стол три сотни серебра.
Трактирщик был до одуренья рад.
Уже не девка. Кто ее не брал?
А тут, как в сказке, прибыло добра.
3
Аврора
Вот новый дом, не мой, не для меня;
Не мать, не дочь, прислуга из простых:
Купить, продать, на сахар обменять
Меня легко и как удар под дых
Любое оскорбление и плен
Так тяготит и некуда бежать.
О! Где же мое время перемен?