Райан Уилсон – Дневник учителя. Истории о школьной жизни, которые обычно держат в секрете (страница 16)

На первой консультации я даже не смог сказать психологу, в чем моя проблема. Потребовалось два часа терпеливых подбадриваний с ее стороны, чтобы я смог произнести эти слова. В ответ она улыбнулась и сказала: «Это прекрасно», а позднее сообщила, что в тот момент мое лицо расслабилось, а плечи опустились.

Наступает короткая пауза. Мне же кажется, что она длится две недели. Зои улыбается и обнимает меня. Мы оба начинаем плакать.

– Думаю, меня вводила в заблуждение твоя одежда, – говорит она, имея в виду мои плохо сидящие джинсы и рубашку, которой пошел второй десяток. – Мы идем по магазинам.

Я говорю, что ее волосы действительно немного похожи на сливочное масло.

Лицо

Когда работаешь несколько лет и объясняешь что-то в третий или четвертый раз, уже понимаешь, что сработает, а что нет. Это касается романа Бенджамина Зефанайя[25] «Лицо», который мы проходим с восьмиклассниками, – потрясающая книга о ребенке с изуродованным лицом. Ему приходится преодолевать предвзятое отношение людей при первой встрече с ним.

Есть упражнение, которое мы с детьми проделывали уже несколько раз. Я прошу найти в одной из глав примеры акцента, диалекта, восклицаний формальной и сниженной лексики. В этой главе мальчик с искаженным лицом торжествующе говорит одному из агрессоров отвалить.

Мы с детьми повторяем, что такое сниженная лексика, и я прошу их найти примеры таких слов в главе. Как правило, находится один дерзкий уверенный мальчик, который поднимает руку и триумфально говорит: «Отвали!» Каждый год я реагирую на это одинаково. Со всей театральностью, на которую только способен, я драматично поворачиваюсь к нему и кричу: «ЧТО-О-О-О ты только что мне сказал?!»

Если это срабатывает, в классе устанавливается тишина. Мальчик открывает и закрывает рот, пытаясь объясниться. Я оставляю его в состоянии паники на несколько секунд, а потом, улыбаясь, признаюсь, что пошутил, и говорю, что он совершенно прав. Кажется, это мелочь, но каждый год я с нетерпением жду этого урока.

Просто моя ночная сорочка

Каждые две недели я встречаюсь с Кэти, педагогом по воспитательной работе. Она отвечает за дисциплину в школе. Уверен, что никто не справился бы с этой задачей лучше. У нее репутация очень строгой женщины, поэтому дети и даже некоторые учителя ее боятся.

На одной из наших встреч я замечаю, что она оставила большую связку ключей в замке с обратной стороны двери. Указывая на это, я говорю, что кто-то из детей с легкостью сможет ее запереть. Кэти с улыбкой отвечает, что это упражнение на доверие. Она знает, что никто никогда на это не решится, и хочет показать любому потенциальному негодяю, что он слишком труслив для этого. Я решаю, что это действительно сильный ход.

Однажды Кэти говорит мне, что сразу после нашей встречи к ней приведут мальчика, подозреваемого в рисовании граффити на школьном автобусе. Этот ребенок – один из немногих отрицательных героев в школе. Несколько человек подтвердили, что он разрисовал автобус, но мальчик имеет столь сильное влияние на сверстников, что все они отказались дать показания на диктофон. Кэти нужно, чтобы он во всем сознался. Она спрашивает, хочу ли я посмотреть, как она подойдет к этому делу. Я, конечно же, хочу.

Кэти предлагает мальчику сесть на стул в центре кабинета и спрашивает, известно ли ему что-нибудь о граффити на школьном автобусе. Он улыбается, осматривает кабинет и отвечает, что понятия не имеет, что она имеет в виду. Происходящее дальше напоминает мастер-класс по проведению допроса, который мог бы дать любой старший следователь.

Кэти выискивает пробелы в его истории и говорит так тихо, что почти шепчет, а затем резко повышает голос, чтобы подчеркнуть несоответствия в его версии. Она ходит вокруг него, рассказывая, как неприятно водителю было весь вечер отмывать автобус, вместо того чтобы проводить время со своими детьми. Она напоминает мальчику, как будет разочарована его мать, если он только усугубит ситуацию своей ложью.

На моих глазах за десять минут дерзость мальчика исчезает, и он признается в содеянном, извиняется и обещает больше никогда так не делать.

Я в восторге от того, как Кэти выудила из него эту информацию. В каждой школе должен быть человек вроде нее.

Однако в учительской и на наших встречах Кэти ведет себя как добрая и заботливая старшая коллега. А еще она забавная. Когда я рассказываю ей, как мы с Зои заблудились по пути на работу и потом были вынуждены предстать перед одиннадцатым классом, она сочувствует и рассказывает старую историю, которую до сих пор часто вспоминает.

Она преподавала историю в особенно неуправляемом девятом классе. Не помнит, что именно ученики натворили, но их поступок вынудил ее отчитать их в своем фирменном стиле. Кэти была в ударе, но вдруг почувствовала, как что-то движется по ее телу. Она постаралась не обращать на это внимания и продолжила ругаться, но вскоре что-то выпало из-под подола ее платья и оказалось на полу.

Утром она одевалась в темноте, потому что ее муж вставал на работу позднее. Вдруг она поняла, что не сняла ночную сорочку, которая и упала на пол перед тридцатью подростками.

Чтобы показать свою невозмутимость, Кэти не стала прерывать лекцию, а подцепила сорочку носком туфли, взяла ее в руку и отложила в сторону. Какому-то отважному и безрассудному ребенку хватило смелости спросить:

– Что это такое, миссис?

Кэти ответила максимально непринужденно:

– Это? Это просто моя ночная сорочка.

Затем она завершила свою гневную тираду. Вот это настоящий класс.

Чикаго

Рано утром мы с учениками едем в аэропорт, чтобы полететь в Чикаго по программе обмена. Пользуясь возможностью, я напоминаю детям, как важно следить за паспортом в аэропорту. Возможно, даже произношу фразу: «Вы уже почти взрослые, и мы надеемся, что будете ответственными».

Когда мы направляемся к выходу на посадку, добрый мужчина хлопает меня по плечу и говорит: «Эм, вы обронили паспорт». Конечно, мне хочется поблагодарить его, но я надеюсь, что никто из детей не услышал наш диалог. Разумеется, ученики все слышали и теперь громко аплодируют.

Мой партнер в программе обмена – Том, учитель литературы из чикагской школы. Они с женой Сэнди тепло меня приняли, и мы с Кэролайн проводим время, свободное от присмотра за учениками, за общением с ними. Когда Том и Сэнди спрашивают меня, какие новости, я осторожно сообщаю, что совершил каминг-аут[26]. Они очень рады за меня. Думаю, они догадались обо всем раньше, когда я оправдывался, что просто мне еще не встретилась подходящая девушка, но их позитивная реакция меня трогает.

Через два дня они сообщают, что договорились о моей встрече с тренером по футболу из их школы. Несколько лет назад он рассказал всем о своей гомосексуальности, и это изменило систему: футбольный тренер считается богом среди мужчин в американской школе.

Через несколько дней мы Тоддом сидим за кофе, и он рассказывает о страхах, которые мучили его перед каминг-аутом. Он боялся насмешек, потери авторитета и даже увольнения. Но, как ни странно, футбольное сообщество поддержало и подбодрило его. Он дает замечательный совет, который мне запоминается.

– Когда людям сложно принять твою сексуальность, будь терпелив с ними, – говорит он. – Тебе захочется крикнуть, что ты такой, и им просто придется с этим смириться. Но зачастую лучше сдержаться и попытаться понять, откуда исходят их страхи, чтобы при необходимости успокоить этих людей.

Пойми, что иногда твои близкие грустят о жизни, которую видели для тебя. Ты сам выбираешь момент, когда обо всем рассказать окружающим, но у них не всегда есть время, чтобы принять эту новость.

Я знаю, что некоторые люди из сообщества ЛГБТ+ не согласятся с этим, и бывают ситуации, когда нужно действительно сражаться за себя, однако в его словах скрыта большая мудрость.

Обмен проходит замечательно, и ученики посещают множество интересных мест. Я прошу детей написать несколько слов о том, что значит для них эта программа обмена. Многие рассказывают, что нашли настоящих друзей. Некоторые пары уже договорились снова встретиться на летних каникулах. Практически все отмечают, как здорово было погрузиться в культуру, отличную от присущей сельскому Эссексу. Это был чрезвычайно полезный опыт для всех, в том числе и для меня.

Опыт работы

Каждую весну у десятиклассников проходит профориентация. Они две недели работают в парикмахерской, агентстве недвижимости или супермаркете, чтобы познакомиться с основами мира труда, а затем, воодушевленные, возвращаются в школу с четким пониманием того, чем будут заниматься в жизни. Они осознают важность учебы и обещают себе больше не отвлекаться на уроках, но на деле иногда часами сидят на работе без дела или подметают состриженные волосы, пока учителя радуются двум неделям относительного спокойствия.

Конечно, некоторые ученики тщательно обдумывают, где им хотелось бы провести это время, и многое получают от него. Другие идут работать в места, которые потом начинают ненавидеть, и это тоже полезный опыт. Однако каждый год находятся те, кто откладывает выбор места работы до последнего момента и в итоге попадает туда, куда больше никто не захотел. К сожалению, учителям не разрешается бездельничать в учительской, пока дети «пробуют» мир труда. В освободившееся время мы должны посещать учеников на их рабочих местах. Это не только дает нам возможность попасть за кулисы некоторых интересных мест, но и позволяет лучше узнать учеников в другой среде.