Райан Кирк – Край мира (страница 51)

Рэй покраснела, и Рю увидел, что комплимент ей понравился.

В голове Рю промелькнула быстрая мысль. Он никогда не слышал об Акире с женщинами или мужчинами в этом отношении. Казалось, его жизнь была посвящена королевству. Рю взглянул на Рэй и раскрыл чувство. Ему потребовалось всего мгновение, чтобы понять. Он ей нравился.

— Акира.

Рэй была потрясена бесцеремонным отношением Рю к лорду.

Акира заметил ее дискомфорт и отмахнулся от него.

— Хватит кланяться. Не волнуйся. У нас с Рю уникальные отношения, без титулов, хотя не думаю, что у меня хватит смелости называть его своим другом.

Рю представил их.

— Акира, это Рэй, Рэй, Акира.

У Рэй чуть не отвисла челюсть. Было очевидно, что она никому из них не поверила.

Акира не мог не подшутить над ней.

— Разве он не говорил тебе, что в первый раз, когда мы встретились, он приставил мой собственный меч к моему горлу и угрожал убить меня?

Глаза Рэй чуть не закатились, и Акира рассмеялся.

— Спасибо, Рю, что хотя бы повеселил меня сегодня.

Рю кивнул.

— Как идет кампания?

Акира посмотрел на карты. Рю видел фигурки отрядов на картах, но они только подтверждали то, что он знал чувством. Последний бой скоро будет. Наверное, через четверть месяца, в зависимости от того, как быстро отряды достигнут позиций.

— Силы Танака хотят все смести. Мы стоим выше, позиция у нас лучше, но их вдвое больше. Будет кровавая резня.

Акира поднял голову.

— У меня много вопросов, Рю. Думаю, судя по поведению Рэй, она опасна и прекрасна. Я хотел бы услышать однажды историю, но пока вопрос: почему ты здесь?

— Я прибыл помочь.

Акира чуть не подпрыгнул от радости.

— Ты будешь биться за нас?

Рю покачал головой.

— Не так, как ты надеешься. Если придется мне вступить в бой, падут десятки, а то и сотни. Вряд ли я смогу с таким жить, я не буду этого делать.

— Тогда как ты поможешь, если не мечом?

Рю поднял два пальца.

— Я сделаю две вещи для тебя. Во-первых, я могу чувством ощутить, где люди, — он указал на карту Акиры. — С твоей разведкой и моим чувством я смогу дать точную информацию о движениях врага. Это даст немного преимущества. Во-вторых, в лагере Танака клинок ночи. Его зовут Ренцо.

Кира рассмеялся, и Рю удивленно замолк.

— Ренцо — не клинок ночи. Поверь. Монахи его проверяли на моих глазах.

Рю с вопросом посмотрел на Рэй. Рэй сказала:

— Мы росли вместе, милорд. Он точно клинок ночи.

Рю и Акира притихли, задумавшись. Или Ренцо как-то обманул монахов, или монахи были как-то вовлечены. Это открывало двери, которые Рю боялся открывать, ведь за ними могли быть кошмары. Он отогнал мысли. Что бы ни случилось, это не изменит настроя Рю.

Рю сказал в тишине:

— Не переживай, Акира. Я убью его за тебя.

ГЛАВА 28

Когда Морико проснулась, она была привязана к лошади так прочно, что шансов пошевелиться не было, как и упасть. Этого хватило, чтобы вновь разжечь неприязнь Морико к зверю. Она попыталась пошевелиться, но не вышло. Путы не провисали. Последний охотник не рисковал.

Морико было больно. Порезы, полученные в битве, покрылись коркой. Она надеялась их очистить. У нее пульсировала голова в том месте, где ее ударили. Она видела кулак охотника, но ее будто ударило деревом. От тряски лошади ее мутило, хотелось кого-нибудь убить.

К большому удивлению Морико, они ехали на восток. По ее подсчетам, они действительно приближались к Трем Сестрам. Ей нужно было просто сбежать, но это было невозможно. Даже после того, как она проснулась, охотник не развязал ее. Каждую пару часов он останавливал ее, чтобы напоить ее водой и проверить, затянуты ли ее путы. В один из вечеров, когда они разбили лагерь, он привязал ее к колу, и она все еще не могла пошевелиться. Он видел, как она убивала его собратьев, и не собирался давать ей шанс двинуться с места.

Она почувствовала его прежде, чем увидела, привязанная к лошади. Их было несколько, но он выделялся среди всех. Безымянный. Его сила была невероятной. Его нельзя было спутать. Она обмякла, когда они подошли ближе.

Когда они вошли в лагерь, охотник, поймавший Морико, разрезал ее путы. Она не надеялась сбежать. Вокруг них она насчитала десять охотников плюс Безымянный.

Безымянный стоял перед ней, и снова Морико был удивлена легкой силой и грацией, с которой он держался. Это был первый раз, когда она увидела вождя азарианцев в дневном свете, и увиденное произвело на нее впечатление. В жаркий день на нем были только свободная туника и леггинсы. Он был высоким человеком, на голову выше Морико. На первый взгляд он казался массивным, но Морико поняла, что это иллюзия. Он был крупным мужчиной, но на его теле не было никакого жира. Его руки были толще ног Морико.

В некотором смысле Безымянный напомнил ей немного Орочи. Оба они были устрашающими, оба крупнее среднего. Но Орочи был спокойным, этого у Безымянного не было. Орочи был сосредоточен на контроле. Безымянный был сосредоточен на силе и мощи, едва сдерживаемых его массивным телом. Он расхаживал туда-сюда, и даже когда он стоял на месте, он стучал ногой и разглядывал горизонт. Безымянный не знал покоя, но он знал силу.

Охотник, который ее схватил, кратко отчитался, по мнению Морико. Они говорили по-азариански, и Морико не могла уловить ни намека на то, что они говорили. Она стояла смирно, сосредотачиваясь на дыхании, пытаясь заставить свой разум думать о любом способе уйти как можно дальше от Безымянного. Как она ни пыталась, ей не удавалось сформировать в голове связные мысли.

Безымянный повернулся к ней после того, как закончил разговор с охотником.

— Этот человек утверждает, что ты сражалась с умением, к которому они не были готовы. Он говорит, что ты убила четверых молодых людей, которых послали за тобой, и их наставника. Они были молоды, но уже пускали кровь. Я не из тех, кто сомневается в своих людях, но его история невероятная. Это правда?

Морико кивнула. Она не видела причин отрицать случившееся. И она боялась говорить. Его сила была потрясающей, она жгла ее чувства, как будто она стояла слишком близко к огню.

Безымянный расхаживал, и, Морико подумала, что он решал, что делать. Он сказал:

— Я не знал, что в Трех Королевствах есть воины твоего уровня. Позволь рассказать историю. Когда-то я послал двух наших охотников убить двух воинов в Трех Королевствах. Охотники всегда охотятся парой. Один выслеживает, другой убивает. Я послал лишь двоих, потому что зачем посылать четверых? Четверо моих могут уничтожить армию твоих. Даже двое было много, но меньше я послать не мог, и я знал, что, если убить двух этих воинов, мне больше никто не сможет противостоять. А потом одна из них пришла на мое Собрание с предложением мира.

Безымянный сделал паузу, и Морико задумалась, куда он клонил.

— Они все сказали, что из двоих мужчина был сильнее, он мог резать ветер мечом. Но теперь я думаю, что они врали, или их обманули. Думаю, это ты опасная.

Морико ощутила извращенную гордость из-за того, что ее хвалил враг. Но она не знала, как ответить.

Он улыбнулся.

— Ты — храбрый воин, и я дам тебе конец воина. Завтра утром у нас будет дуэль, — заявил он и пошел в свою палатку. Круг охотников выглядел потрясенным.

Морико тоже была удивлена.

— Почему бы просто не убить меня?

— Ты самый сильный воин Южного Королевства. Я — сильнейший воин моего народа. Когда мы встретимся завтра утром, будет так, словно война уже началась. Если победишь, сможешь спасти Три Королевства. Если проиграешь, это будет хорошим знаком для моей армии. Так должен умереть воин.

Тогда Морико поняла, что он уважал ее. Она слегка поклонилась ему в ответ на его предложение.

Он повернул голову, поднял ткань на входе в палатку.

— Сегодня вечером все твои путы разрежут. Никто не будет охранять твою палатку. Ты можешь попытаться сбежать. Но если сделаешь это, мои охотники будут преследовать тебя с яростью, которую ты еще не испытывала. Ты умрешь как трусиха. Больше никаких мальчиков, теперь я знаю твое мастерство. Если останешься, тебя накормят, и ты хорошо отдохнешь. Завтра ты должна быть на высоте. Когда взойдет солнце, ты падешь в битве, и я отрублю тебе голову одним ударом. Ты должна гордиться. Я какое-то время не обнажал меч в бою.

Безымянный вошел в свою палатку, больше ничего не сказав. Мысли Морико метались. Ни один из вариантов не казался привлекательным. В любом случае, похоже, завтрашнее утро будет последним восходом солнца, который она увидит.

* * *

Вечер полз, не торопился. Морико это устраивало. Она верила, что на следующий день умрет. Она отдала бы ему все, что у нее было, но его сила была выше ее понимания. Это было больше, чем должно быть у человека. Это было слишком. Она знала, что умрет, и было о чем подумать.

Она отчасти злилась. Она и Рю не просили, чтобы их втянули в этот конфликт. Если бы их оставили в покое, они бы держались подальше от всего этого. Морико не хотела участвовать в политике или войне. Все, чего она хотела, — это жить в покое, но судьба продолжала ловить ее в свои жестокие объятия. Как бы увлекательно ни было в Азарии, это было ничто по сравнению с тихой ночью созерцания звезд с Рю.

Она злилась и на него. Она знала, что они приняли решение вместе, но как он мог ее отпустить? Что с ним случилось после того, как они расстались? Она задавалась вопросом, добрался ли он до острова, и если да — что он там нашел.