Райан Кирк – Край мира (страница 2)

— Я согласен с Торо, — он поднял ладонь, чтобы остановить возражения Маширо. — Наши записи об азарианцах охватывают шестьдесят лет. Я хорошо их изучил. Такого еще не случалось. Происходит что-то, о чем мы не знаем. Тут мы в безопасности, защищены. Если мы рассредоточим войска, это будет ненужным риском ради небольшой выгоды.

Акира кивнул. Большая часть генералов была согласна с ним. Маширо будет дуться, но выполнит приказы.

— Помните, азарианцы — не главная моя тревога. Если мы моем построить тут оборону, которую не пройти, то так мы и проведем всю весну. Скорость в приоритете. Пусть ваши люди работают так, словно их жизни зависят от этого. Меняйте их по сменам. Одна армия будет тренироваться и симулировать маневры на холмах, а другая — строить. Через год или два мы сделаем ход, и нашим людям нужно быть в лучшей форме. Ясно?

Согласный хор ответил на его вопрос.

— Хорошо. Я подготовлюсь к отбытию…

Акиру перебил шум на поле. Через мгновения в палатку вошел гонец.

— Простите, мой лорд. Разведчик вернулся. Он принес новости.

— Что за шум?

Гонец помедлил с ответом.

— Он появился драматично, мой лорд.

Акира нетерпеливо махнул.

— Тогда веди его сюда. Скорее.

Гонец покинул палатку, через мгновения появился разведчик.

Акира по одному взгляду понял, почему разведчик вызвал шум. Он был в порезах и крови, две стрелы торчали из его спины. Раны не выглядели смертельными, но Акиру впечатляло, что он все еще стоял на ногах. Его тронула сила разведчика.

Разведчик не ждал разрешения заговорить. Он шатался на ногах, его голос был тихим, дрожал как лист на ветру. Акира сразу заметил страх в его голосе.

— Мой лорд, они были уничтожены. Все они были мертвы.

Акира поднял руку.

— Погоди. Начни с начала.

Разведчик пошатнулся. Торо схватил бутыль вина и чуть не влил все в горло солдата. Мужчина делал глотки без стыда, и дрожь уже меньше сотрясала его тело. Разведчик чуть выпрямился, а потом согнулся от боли из-за стрел. Облегчение было временным, но дало мужчине сил поведать свою историю:

— Мой лорд, нас послали в Азарию четверть месяца назад. Мы с моим напарником испытали многое, о чем вы, наверное, уже слышали. Земля неподалеку пустая. Никого нет. Мы ехали по холмам пару дней, но не видели ничего примечательного. Простите, мой лорд, но мы ослушались приказов и заехали глубже в Азарию. Мы хотели знать, что случилось. Мы вдвоем ехали два дня по главной дороге Азарии и увидели дым. Мы поехали туда и наткнулись на конец боя. Мой лорд, целый азарианский клан был стерт. Там было так много тел, что нам пришлось слезть с лошадей. Мы пошли среди мертвых, надеясь найти выжившего, который расскажет нам больше. Но мы никого не нашли. Мой лорд, это было жутко. Я видел многое полей боя, и всегда есть раненые. Всегда. Но там их не было. Все были мертвы. Я не знаю, смогу ли выгнать ту тишину из своей головы.

Акира пытался понять слова разведчика. Он тоже видел последствия сражений, и разведчик был прав. Среди мертвых всегда были живые. Они могли умирать, быть ранеными так, что не могли двигаться, но после недавнего боя поле не было тихим. В воздухе всегда были звуки раненых. Он поежился, представив такую тишину.

— Мы думали, что были осторожны, но нас заметили. Мой лорд, напавших вряд ли было больше пяти. Но они двигались очень быстро. Мы с напарником побежали. Мы добрались до лошадей, но он упал от стрелы в спине. Напавшие не были людьми. Они двигались быстро, были сильными. Они гнались за нами, но их лошади устали. Мы думали, что вырвались, когда моего напарника убили. Это был невозможный выстрел. Невозможный. Я сам принял две стрелы, а потом они пропали, и я больше их не видел.

Разведчик расплакался, и Акира отпустил его. В его историю было сложно поверить.

Разведчика сменил капитан разведки.

— Парню можно доверять?

— Он один из лучших, мой лорд. Я еще не видел его таким потрепанным. Он — ветеран, уже три года в разведке.

Акира кивнул.

— Проследите, чтобы о нем позаботились.

Может, в истории парня была правда. Он не хотел верить в это. Если пять воинов могли убивать кланы азарианцев, то они были невероятно сильными. Азарианцы были сильными бойцами, их было сложно убить. Если их так легко стерли, Акира боялся того, что было на юге от них. Такая сила могла смести его королевство, и он не сможет защитить свой народ.

ГЛАВА 2

Меч рассек воздух, направлялся к шее Рю. Он отклонился, позволяя деревянному мечу безвредно пролететь перед собой. Увидев шанс, он двинулся к бреши, пытаясь быстро нанести удар снизу вверх. Он был быстрым, но его противник не останавливался. Она повернулась и ударила вниз, заставляя его снова отступить.

Еще два удара, и он не попал, но Рю приближался. Каждый взмах приближал его на волосок сильнее, чем предыдущий. Скоро. Она тоже это знала.

Он был слишком самоуверен и на мгновение потерял концентрацию. Меньше, чем на удар сердца, но она уловила это. Она видела каждую его ошибку, два года опыта сказывались. Его противник удвоила атаку, серия ударов сливалась. Рю отражал или уклонялся от каждого из них, но споткнулся об корень дерева, и его противник использовал шанс. Она бросилась вперед, в ее глазах горела радость победы.

Рю смирился с болью от удара. Он не смог вовремя остановить атаку. Но тут разум Рю резко содрогнулся. Он не мог иначе описать это ощущение. Одно мгновение он был в нормальной реальности. В следующий миг мир двигался в замедленном темпе, как будто все были в воде, а не воздухе. Он не только знал, как его противник нанесет удар, он знал, с натренированным инстинктом воина, как он одолеет ее. Рю позволил себе упасть, отмахнулся от меча противника и кувыркнулся, откатываясь. Он вскочил на ноги и за три шага прижал меч к шее противника.

Она раздраженно сдула темные волосы с лица.

— Ты обещал, что не будешь этого делать.

Рю опустил меч с улыбкой.

— Прости, я пытался, но когда ты стала побеждать, это произошло. Я все еще не могу этим управлять.

Она с любопытством посмотрела на него.

— Ты можешь сделать это сейчас?

Рю закрыл глаза и сосредоточился. Порой было проще сделать это сразу же. Он еще помнил, как это ощущалось, представлял, как это получилось. Порой он намеренно мог пройти в это состояние. Но не сегодня. Он покачал головой и открыл глаза.

Морико была разочарована.

— Мне жаль.

— Не переживай. Однажды разберусь.

Они пошли рука об руку к их хижине, в которой Рю вырос с Шигеру. Они шли в дружеском молчании, но голова Рю кружилась, как это часто бывало. Два года они жили в покое. Это было больше, чем он ожидал после того, как они убили Орочи и Нори. Акира сдержал свое слово.

Рю взглянул на Морико. Может, больше всего на свете его удивляла она. После смерти Такако она вернулась с ним в хижину Шигеру, в основном потому, что ей больше некуда было идти. Не было и речи о возвращении в монастырь, и ее семья не приняла бы ее.

Они прожили вместе месяцы, между ними было неприятное перемирие. Рю все еще горевал, переживая смерть Такако и Шигеру. Морико тренировалась. Она видела, насколько сильны были Рю и Орочи, и знала, что ей было чему поучиться. Большую часть дней Рю работал в саду, его меч собирал пыль в хижине, а она практиковалась каждый день. У нее не осталось ничего, кроме силы, и с каждым днем ​​она росла.

После убийства Орочи Рю был сломлен. Ребенком он мечтал стать клинком ночи, но когда его мечта сбылась, он понял, что это было кошмар. Он увидел так много крови, бессмысленной смерти. Он взял меч ради дела, чтобы спасти девушку, которая не могла спасти себя, он потерял девушку и мужчину, которого звал отцом. Сад давал ему немного надежды, простой радости в сотворении жизни, а не лишении жизни.

Это Морико убедила его снова поднять клинок. Она хотела учиться у него, но, что более важно, она убедила его, что он закрывал часть себя. Почти все его детство было посвящено становлению клинком ночи. Когда он бросил это занятие, в его жизни образовалась дыра, которую садоводство не могло заполнить. Она терпеливо три месяца пыталась убедить его тренироваться с ней, и в конце концов он сдался.

Конечно, она была права. Поднять меч было естественно. Даже после всего, что произошло, это казалось правильным, потому что часть его просыпалась от долгого сна. Рю был разорван смертью Шигеру и Такако, и только когда он снова взял меч, он почувствовал, как начали заживать шрамы.

Возвращение в дом детства было одновременно и благословением, и проклятием. Когда он впервые увидел небольшую хижину, он был вне себя от радости. Ему хотелось вернуться в такое удобное и безопасное место.

Но в хижине была дыра, не физическая, и, казалось, с каждым днем ​​она становилась все больше. Шигеру умер, и все в хижине напоминало об этом. Они готовили, используя старую посуду Шигеру. Они зарабатывали на жизнь продажей сделанных им лекарств.

Тренировки начали процесс исцеления и сблизили их. Рю всегда находил Морико привлекательной, но единственный раз, когда он попытался выразить свои чувства, его толкнули на задницу. Воспоминание было сильным, и он не сближался, хотя чувствовал, что становился все ближе к ней благодаря их тренировкам.

То, что они разделяли, было глубоким. Они оба были воинами, а еще они оба были клинками ночи. Их чувство открывало им окно в мир, который никто в Трех Королевствах не мог понять. Солнце и луна вставали и опускались, и по мере того, как они больше узнавали друг о друге, их отношения углублялись.