Райан Кирк – Клинок ночи (страница 15)

Шигеру притих на миг, словно решал, что дальше сказать. Он перестал говорить о чувстве и стал давать Рю конкретные указания. Он лежал на платформе на дереве, Шигеру говорил ему сосредоточиться на дыхании.

Рю никогда еще не думал о дыхании. Шигеру учил его глубоко вдыхать, замедляя дыхание, и Рю казалось, что ему не хватало воздуха.

— Если слышишь, как вдыхаешь носом, ты дышишь слишком быстро, — потребовалось немного времени, но вскоре Рю нашел идеальный ритм.

Рю сосредоточился на дыхании, испытал странные ощущения. Он словно пытался закрыть окно для воображения, но чем больше он сосредотачивался, тем сильнее закрывался от мыслей, и больше света проливалось. Что-то происходило, но он не мог описать это словами.

Его глаза были закрыты по указаниям Шигеру, и его разум был расслаблен. Он ощущал пустоту. Часть его разума знала, что ветер шелестел деревьями, улавливала звуки леса, но он обращал внимание только на дыхание. Он знал, что олень подошел к дереву внизу, молодой самец.

Что-то щелкнуло в голове, и он понял. Оленя внизу не было. Он не видел и не слышал оленя, но знал, что олень был близко. Он сел, открыл глаза и увидел Шигеру, который с пониманием улыбался.

— Я увидел оленя. Мне показалось?

Шигеру молчал. Он слабо улыбнулся и указал левой рукой. Внизу приближался олень, которого ощутил Рю. Потрясение и восторг Рю боролись, восторг победил, словно вода разбила дамбу.

Возможности крутились в голове. Через месяц он сможет убивать бандитов с легкостью! Он представил славу, сражения, помощь тем, кто был слабее, своими навыками. Он мог находить потерявшихся зверей! Он будет охотиться, как Шигеру, ведь теперь Рю знал, как он это делал. Если он мог ощущать, где будет зверь, охота становилась простой.

Шигеру пытался заставить Рю сосредоточиться, но видел, что не выйдет. Рю пытался, но это было как бороться с бурей. Рю лег на платформу и попытался еще раз сосредоточиться, но восторг был слишком большим. Шигеру пытался скрыть разочарование. Ни у кого не получалось с первого раза. Это он знал. Мальчик смог, но ему не удалось повторить попытку. Шигеру ощущал, как внимание Рю раскрывается. Его чувство тянулось во все стороны, словно щупальца искали жизнь. Способность так просто использовать чувство поможет мальчику. Шигеру надеялся, что этот первый успех не будет последним.

Сегодня их не ждали еще успехи. Шигеру ощущал, что мальчик пытался сосредоточиться, но ему было шесть, у него не было высокого уровня контроля. Он мысленно вздохнул. Он начинал понимать, какими терпеливыми были его наставники с ним. Никто не мог обвинить Шигеру в нетерпеливости, но даже простое обучение мальчика толкало его к пределам.

Проблемой был его потенциал. Если бы мальчик был обычным или таким, каких находили и обучали в монастырях, Шигеру не ставил бы такие высокие ожидания. Но мальчик был особенным. Он управлял чувством старым методом, как учили самого Шигеру. Этот метод был естественным, сильным, но на континенте так уже не делали. Монастыри, испорченные влиянием политики, потерявшие часть знаний, передавали чувство новым методом, оболочка силы, которой они могли управлять. Потенциал Рю был огромным. Может, больше, чем у Шигеру, если он постарается.

Но Шигеру напоминал себе, что успех не придет за одну ночь. Он хотел, чтобы мальчик стал великим, почти так же, как сам мальчик.

* * *

Месяцы прошли незаметно. Рю думал, что тренировка до этого была сбывшейся мечтой, но новая тренировка, куда вошли чувство и бой, была наслаждением. Не было просто. Это было самым тяжелым заданием для Рю. Он проводил дни за тренировками и сражениями. А еще тренировал чувство. Снова и снова Шигеру доводил Рю до границы усталости, а потом возвращал его, давал ему день на отдых, пока они развивали его чувство.

Дни были полными дел. Работа дома, учеба, тренировка, работа дома. Рю не было скучно. Он учился готовить, выращивать растения, охотиться, понимать важность звезд на небе, и как искать путь в мире. Он изучал географию и историю Трех Королевств, мог перечислить важные родословные, пока выполнял упражнения.

Шигеру часто смешивал учебу с физическими заданиями. Они считали, пока бежали, или Рю отвечал на вопросы о мире во время сражения. Он стал экспертом в мышлении на ногах, пока мир двигался вокруг него.

Шигеру усилил любовь Рю к исследованиям. До встречи с Шигеру Рю интересовался миром вокруг, но с новым наставником смог направить это любопытство к полезной информации. Он научился понимать, когда человек врал, как смешивать то, что он видел вокруг с чувством, и он научился ощущать все, что происходило вокруг него в каждый миг. Тренировка длилась и во сне, Шигеру учил его поддерживать расслабленное ощущение себя ночью. Его чувство развивалось, и к нему, как к Шигеру, уже нельзя было подкрасться.

Так прошло два года. Зима давно стала весной, весна — летом, осенью и снова зимой. Рю определил, что жил в месте с умеренным климатом, в отличие от деревни, где родился. Зимой лежал снег, но ветер не дул так сильно у дома Шигеру, как делало в долинах в его раннем детстве. И летом было не очень жарко. Деревья бросали тень и прохладу на землю.

У Рю всегда было мало вещей, а Шигеру научил обходиться с меньшим количеством. У них было мало вещей. Шигеру носил всюду оружие, но кроме садовых инструментов и утвари на кухне в доме больше ничего не было. Порой Шигеру возвращался из путешествий с материалами для чтения Рю, но у Рю не было даже игрушек.

Весной Шигеру стал вести себя рассеянно. Рю видел, что что-то его беспокоило, но решил не спрашивать. Он раскроет со временем, если должен. Если Шигеру не говорил об этом, ему не нужно было это знать. Но это отвлекало его каждый день. Рю часто замечал, как Шигеру глядел вдаль, словно горизонт таил ответ, который он искал.

Одним вечером за ужином правда раскрылась:

— Рю, через пару дней я уйду. Я отправлюсь в новолуние, чтобы отслеживать время. Меня не будет несколько дней, а то и дольше. Я бы хотел, чтобы ты остался тут.

Рю принял новость без комментариев. Он ожидал что-то такое. Он часто оставался один в хижине, но не дольше, чем на пару дней. Его детские страхи выбирались наружу из-под слоя защиты, куда он их убирал.

Шигеру взвесил слова.

— Думаю, мне пора в путь. Это касается моего прошлого, и я не был уверен насчет этого, но теперь решил. Я думал взять тебя с собой, но будет опасно, так что тебе лучше остаться тут.

— Я справлюсь тут без тебя? — в голосе Рю звучали сомнения.

Шигеру улыбнулся.

— Вряд ли ты понимаешь, но, хоть тебе всего восемь, ты, наверное, самый сильный воин, кроме меня, в этом месте. Уверен, ты справишься, и вряд ли сюда кто-нибудь придет. Я оставлю припасы. Я не хочу, чтобы твои тренировки менялись. Ты умеешь доводить себя до предела. Ты делал это несколько лет, и ты сможешь сам тренироваться несколько дней.

Утром, когда начался новый месяц, Шигеру подготовился уходить.

— Надеюсь, меня не будет всего полмесяца, но если увидишь полную луну до моего возвращения, прими, что со мной что-то случилось. Тогда ты спустишься в деревню, как я в прошлом. Скажешь им, что я — твой дядя, но я пропал. Почти все в деревне будут готовы тебе помочь. Просто не пересекайся с монахами. Если я выживу, я тебя найду.

Рю кивнул, но все равно подбежал к Шигеру и обнял его. Это удивило Шигеру. Они обычно не обнимались. Но Шигеру обнял мальчика в ответ, растрепал волосы Рю. Он развернулся и ушел, не оглянувшись.

Отсутствие Шигеру повлияло на Рю не так сильно, как он думал. Он следовал указаниям Шигеру. Занятия не давали ему думать об одиночестве. Каждое утро он занимался делами в доме и тренировался. Потом немного играл и заканчивал день упражнениями. Он даже представлял неодобрительные взгляды Шигеру, когда ошибался. Это было несложно сделать.

Ночью его страхи проявлялись. Порой Рю снились кошмары. Когда он просыпался, он уже не помнил лицо матери. Он хотел, чтобы у него был рисунок или вещь на память, но она была в его воспоминаниях, запертых днем. Каждый раз, когда она приходила в его разум, Рю мог думать только о ее последнем взгляде, но даже тот взгляд сгнивал в его памяти, оставляя только чувство ее смерти, преувеличенное с каждым появлением.

Рю вставал и шел в домик ночью, когда его будили кошмары. Он выходил голым ночью, прохладный воздух окружал его, пока он глядел на ночное небо. В пасмурные ночи ему не становилось легче, но в ясные Рю смотрел на луну. Шли дни, и она стала расти понемногу с каждой ночью. Она росла, и Рю смотрел на нее и думал: «Шигеру скоро вернется. Еще несколько дней, и он придет. Нужно быть сильным. Он будет смеяться надо мной, если поймет, как мне было тяжело без него». Рю повторял это снова и снова, пока засыпал.

Шигеру вернулся за два вечера до полной луны. Их встреча была теплой. Рю ощущал, что он прибыл издалека. Он вышел из дома и встретил его глубоко в лесу. Рю ожидал, что его накажут за такое, но Шигеру промолчал, улыбнулся в ответ на энтузиазм Рю. Они многое оставили невысказанным в тесных объятиях.

Шигеру не говорил о цели путешествия, но с ним был большой мешок. Он был длинным и узким, обмотанным грязной тканью. Вряд ли за таким стоило путешествовать много миль. Когда они прошли в дом, Шигеру выгнал Рю играть. Рю знал, что его отослали из-за свертка. Любопытство кипело в нем, и он пытался пробраться в дом, но чувство Шигеру нельзя было обмануть, и он каждый раз кричал из-за закрытой двери. Рю сдался и убежал играть в лес.