Райан Кейхилл – Сквозь кровь и пламя (страница 38)

– Я предлагаю тебе сделку. Жизнь бывает крайне утомительной, если во всем следовать правилам. – Тонкие губы искривились в некоем подобии ухмылки. – Отдай мне юношу. Я позабочусь о нем, а ты иди куда шел. Гора с плеч. Всё просто.

Эти слова уложились в голове не сразу. «Отдать ему Риста?» Дален едва знал парня, они познакомились всего несколько дней назад, но… бросить его? На такое он пойти не мог. Кроме того, ясно как день, что ни о какой «заботе» речи не идет.

Преодолевая страх, Дален заставил себя произнести: «Я этого не сделаю» с гораздо большей уверенностью, чем чувствовал на самом деле.

Мужчина засмеялся, по крайней мере, молодому человеку показалось, что это смех. Больше напоминало рычание волка, когда он недоволен.

– Я ждал такого ответа. Трудный путь куда как занимательнее.

Резкий взмах, и невидимая сила обрушилась на Далена, выбила воздух из легких и швырнула на деревянные ящики. Голова кружилась, в теле как будто не осталось ни единого целого участка. С трудом хватая ртом воздух, он привстал на четвереньки.

Послышался гулкий стук каблуков по булыжнику. Дален повернул голову: человек в капюшоне стоял над распростертым телом Риста, его плащ развевался на ветру.

Дален потянулся за плечо и с облегчением нащупал рукоять меча. Он боялся, что оружие выпало во время полета.

Сейчас или никогда. Другого шанса не представится.

Собрав остатки сил, он рывком поднялся на ноги, на ходу обнажая клинок. Одним прыжком он преодолел расстояние до мужчины в плаще и вонзил меч ему в спину. Лезвие прошло сквозь плащ, будто сквозь воздух, и пронзило человека в черном там, где должно было быть сердце. Такой удар никто не смог бы пережить.

Ноги Далена подкосились, и он осел на мостовую. Грудь у него тяжело вздымалась и опускалась. Он нуждался в отдыхе.

Услышав резкий звук клинка, покидающего плоть, Дален не поверил своим ушам. «Нет! – подумал он. – Это невозможно».

Подняв голову, он увидел, как меч сам собой выходит из спины человека в черном, подлетает вверх и зависает у него над головой. На лезвии ни единой капли крови.

Дален обмер. В горле стало так сухо, будто туда набили ваты. «Что это за тварь?»

Снова послышался волчий смех. Затем голос – стук сыплющихся камней:

– Ничему вы, люди, не учитесь, но ты мне нравишься. Живи пока.

Мужчина повернулся к Далену. Рист продолжал лежать на дороге в нескольких шагах от них.

– Однако оставить твою выходку безнаказанной я тоже не могу.

Не успел Дален понять, что происходит, как его подбросило в воздух, будто тряпичную куклу. Спиной он ударился обо что-то твердое. О стену.

Свет в глазах померк.

Глава 18. Разлад

– Кейлен! – снова позвал Данн. – Ты как?

Кейлен потряс головой, прогоняя туман.

– Всё хорошо. Просто на огонь что-то засмотрелся.

– Осторожнее с этим. Если слишком долго смотреть на огонь, можно оставить там частичку себя. Отец так говорил… Не верю, чтобы у тебя всё было хорошо. Последние несколько дней выдались сумасшедшими. Особенно… – Данн не смог договорить.

Кейлен шмыгнул носом и отвернулся к костру. Его снова охватило чувство, будто сердце вот-вот оборвется. Он до сих пор не мог поверить в случившееся и изо всех сил стараться держать эти мысли на расстоянии. Все его родные… мертвы. Глубоко в душе он надеялся, что Эллы в доме не было, но, скорее всего, эта надежда была ложной.

– Они скоро вернутся. Дален увидит знак, который мы оставили.

Эрик подошел неслышно; треск костра заглушил его шаги. Присев на бревно рядом с Кейленом и Данном, он открыл свою суму и достал оттуда два небольших свертка. Внутри первого лежали полоски вяленого мяса. Он дал несколько Кейлену с Данном, те жадно впились в еду зубами.

– Погодите, тут еще хлеб. Немного черствый, но это лучше, чем ничего.

Данн, успевший одним махом проглотить половину мяса, неловко потупился. Потом протянул руку, чтобы отломить корочку. Кейлен поблагодарил Эрика, и они принялись молча есть.

Разгрызая засохший, похожий на древесную кору хлеб, юноша вдруг понял, насколько давно не ел. Накануне он не пообедал, да и в «Привале путника» тоже ничего в рот не взял. Живот протестующе заурчал. Кейлен безропотно запихнул в себя остатки хлеба с мясом.

Звуки леса успокаивали и убаюкивали. Пение птиц смешивалось с несмолкающим жужжанием насекомых. Ночной ветерок шуршал листвой, неподалеку журчал ручей. Идиллию нарушал громоподобный храп Тэрина. Даже Данн не мог бы с ним потягаться.

Эльф уснул сразу же, как они разбили лагерь, и Кейлен не удивился. Когда они встретились у выхода из туннеля под Кэмилином, Тэрин выглядел так, словно вот-вот упадет с лошади. Подобной усталости Кейлен ни у кого никогда не видел. Тэрин был похож на оживший труп: под глазами черные круги, и без того светлая кожа совсем побледнела, дыхание хриплое. Такое впечатление, будто его долго колотили и волокли по земле.

Эйсон сидел позади Тэрина, привалившись к дереву и закрыв глаза. Рюкзак с яйцом он держал на коленях, обхватив обеими руками. Кейлен был уверен, что Эйсон не спит. Воин, казалось, никогда не терял бдительности.

Кейлен сунул руки под плащ, чтобы согреться. И тут он нащупал его – шарф, купленный для матери в Мельногорске. Он не стал его доставать, так как и без того помнил наизусть: золотисто-красный, с кремового цвета вышивкой в виде кружащихся на ветру листьев. По телу пробежал озноб, а на глаза навернулись слезы. Перед внутренним взором снова отчетливо возникло бездыханное тело отца, все в крови. Рыдающая матушка. Горящий дом. Крики. Желудок скрутило, руки затряслись.

«Нет, не надо! Только не сейчас…»

Данн вскочил на ноги и схватил с земли лук. Кейлен только повернул голову, а тот уже целился куда-то в темноту.

– Данн?..

– Тихо, – шикнул на него друг.

Юноша тоже уставился в чащу, но видел лишь мрак среди бескрайнего моря деревьев. А затем он услышал шорох. Кто-то – или что-то – приближался к поляне через подлесок.

Эйсон раскрыл глаза, поднялся, закинул рюкзак на спину и достал мечи. Тэрин, кряхтя от усталости, встал рядом.

– Днем рождаюсь, а ночью умираю, – послышалось из темноты леса. – Могу летать, могу ходить. Могу плавать, но не мокну. Что я такое?

Эрик оглянулся на отца, тот кивнул.

– Ты – птичья тень! – крикнул он в ответ, смеясь. – Иди сюда, брат!

Дален, ковыляя, вышел на свет. Он прихрамывал на правую ногу, лицо было всё в порезах и синяках, а на одежде бурели пятна крови.

– Они выбрались… – пробормотал Кейлен, облегченно улыбаясь. «Еще одной потери я бы не выдержал».

Эрик крепко обнял Далена и, отстранившись, внимательно осмотрел.

– Легких путей не ищем, а? – засмеялся он. – Не бойся, братишка. Я научу тебя паре приемчиков.

– Да вали ты в бездну! – хмыкнул Дален.

Эйсон вложил мечи обратно в ножны и с одобрением улыбнулся. Дален благодарно кивнул.

– А где Рист? – спросил вдруг Данн, вглядываясь в темноту.

Дален промолчал, но изменился в лице. У Кейлена пересохло в горле. «Только не Рист… Нет-нет, прошу, только не Рист!..»

– Простите, – еле слышно прошептал Дален, уставившись в землю. – Я сделал всё, что мог. Нам пришлось пробиваться. Он достойно бился, но…

– Что случилось?! – заорал Кейлен и сам подивился своему гневу. Такой вспышки он от себя не ожидал.

– Там была Тень… мне кажется. Я вонзил клинок ей прямо в сердце, только ничего не случилось. А потом меня отшвырнуло в сторону, – упавшим голосом произнес Дален, глаза его заблестели.

– Тень? Какая, в бездну, Тень? – спросил Данн.

– Что она делала здесь, в Кэмилине? – не обращая внимания на юношу, осведомился Эйсон.

– Полагаю, ей нужно было яйцо, – сказал Тэрин. Все посмотрели на эльфа. – Я уже столкнулся с ней по дороге в «Увядший лист». С ней были солдаты. Я еле ушел от них. Тень знала, что вы в Кэмилине, поэтому наверняка охотилась за яйцом.

– В бездну яйцо! – дрожа от злости, произнес Кейлен и шагнул к Далену. – Где Рист?

На несколько мгновений воцарилась тишина.

– Тень его забрала.

– Забрала?! – одновременно воскликнули Данн с Кейленом. – То есть как это «забрала»?

Дален мрачно покачал головой.

– Я ничего не мог поделать. Тень отшвырнула меня, будто куклу. Я потерял сознание, а когда очнулся, никого не было. Мне…

– Ты бросил его?!