Райан Кейхилл – Сквозь кровь и пламя (страница 15)

Кейлен с трудом приподнялся, щурясь в сгущающихся сумерках. С другого конца поля в их сторону неслись пятеро всадников. Когда они стали ближе, Кейлен разглядел, кто это: впереди его отец и Эрдхарт, а чуть позади Ласх с Тарном и еще Йорвилл Эрнин.

Когда всадники доскакали до парней, Варс перекинул ногу через седло и одним движением соскочил с лошади. Он подлетел к Кейлену и с такой силой сжал его в объятьях, что тот испугался, как бы не сломал ребро.

– Боги, я боялся, что… – еле слышно прошептал Варс.

Кейлен ответил объятьями еще крепче, не обращая внимания на боль.

– Я жив, отец.

Ласх с Тарном с тем же рвением прижали к себе своих сыновей.

– Рад видеть вас в целости, мальчики. Нет, мужчины, – заговорил Эрдхарт, когда все наобнимались. – Когда солнце ушло за океан, а вы не вышли из Оммского леса, мы начали бояться худшего. Последняя группа вернулась уже много часов назад.

Он по очереди оглядел Кейлена, Данна и Риста. Несмотря на полутьму, Кейлен знал, что староста подметил всё: рваную одежду, ссадины, кровь. Они наверняка выглядели так, будто выползли из могилы.

– Что с вами случилось?

Юноши переглянулись и молча обменялись кивками.

– Рассказ будет не из коротких, – произнес Кейлен, не сумев скрыть нерешительности.

– Пусть займет столько, сколько займет. Нам нужна правда. – Эрдхарт сложил руки на груди и сурово свел брови.

Кейлен выдохнул и принялся пересказывать события последних нескольких дней. Юноша не упомянул лишь о том, как они справились с крупным араком. Он так и не понял, что произошло, а вот Рист, несмотря на свои слова, вел себя странно. Впрочем, никто из слушателей вроде бы не заметил, что Кейлен как-то быстро перескочил через эту часть истории. Мужчины выслушали Кейлена внимательно, время от времени переглядываясь.

Данн то и дело вставлял реплики, в основном чтобы подчеркнуть свои героические деяния, заслужившие от мужчин более чем достаточно уважительных кивков. А вот Рист больше молчал. Взгляд у него был какой-то отсутствующий, задумчивый. Ласх ахнул, когда Кейлен рассказал о том, как Фритц прострелил его сыну ногу.

Когда Кейлен договорил, повисло недолгое молчание. Сумеречное небо уступило ночному, и лишь в бледном лунном свете стрекотали сверчки.

– Ты ничего не придумываешь, Кейлен? – первым заговорил Эрдхарт. – Араков в округе не видели уже года два, с тех пор как…

Данн не дал старосте договорить и всучил ему мешок – чуть резче, чем посчиталось бы уважительным. Эрдхарт, впрочем, не стал делать ему замечание. Просто раскрыл сумку и долго рассматривал содержимое. Он нахмурил лоб, после чего передал мешок Варсу, который отреагировал так же.

– Что ж, понятно, – сказал наконец Эрдхарт, кивая каким-то своим мыслям. – Садитесь к нам на лошадей, вернемся в деревню. Другие старейшины – и остальные тоже – с готовностью выслушают вашу историю.

Они прискакали к шатрам на рыночной площади, и их уже встречали толпы, желающие узнать о том, какие беды так задержали троицу. Кейлен заметил среди встречавших других юношей, которых видел у жаровни в первый день. Судя по глазам, они уже начали отмечать завершение Испытания.

Эрдхарт провел кавалькаду сквозь толпу прямо к пиршественному шатру. Все спешились.

Феррин Кольм сторожил вход. Приветливая улыбка на веснушчатом лице сменилась озабоченностью, когда он увидел Кейлена с товарищами.

– Феррин, – окликнул стражника Эрдхарт, – разыщи мне Айвэна Свэтта, Таррена Нетли и Йона Хилдома! Скажи, что в течение часа они должны прийти на встречу с советом.

– Да, мастер Молотоков, сей же час, – кивнул Феррин, бросив еще один обеспокоенный взгляд на Кейлена и остальных.

– Благодарю. И да, пусть приходят с сыновьями.

Феррин открыл было рот, чтобы поинтересоваться зачем, но передумал и, коротко кивнув, скрылся в толпе.

Эрдхарт повернулся к остальным:

– Заходите, мальчики. Перекусите и выпейте воды. Варс, Фрейис сможет осмотреть ногу Риста?

Отец кивнул. Мягко сжав Кейлену плечо, он скрылся в том же направлении, что и Феррин.

– Думаю, нам стоит рассказать родным, что мальчики вернулись живыми. Не хотелось бы, чтобы они узнали об этом по слухам, – сказал Ласх.

– Да-да, ты прав, – поддержал его Тарн. – Полагаю, они сейчас у костров, слушают песни. Мы сходим туда и тут же придем обратно.

В пиршественный шатер с юношами зашли только Йорвилл и Эрдхарт.

Просторный шатер – не менее сотни футов в длину и почти столько же в ширину – внутри казался даже еще больше, чем снаружи. Белый, как кость, холст был растянут между массивными деревянными опорами, а удерживали конструкцию толстые канаты, завязанные узлами. Бо´льшую часть пространства занимали ряды длинных деревянных столов и лавок. Кристально белые скатерти, покрывавшие каждый стол, выделялись на фоне роскошной изумрудно-зеленой обивки лавок. Каким бы трудным ни выдался год, на пир по случаю Испытания не скупились никогда.

Йорвилл обмолвился, что празднество задержали, когда утром парни не вернулись. В шатре находились только члены деревенского совета. Они все сидели за длинным, богато украшенным столом в дальнем конце. Сам стол был футов двадцать в длину, чтобы за ним свободно уместились старейшины всех семи деревень. Увлеченные беседой, они даже не обратили внимания на пришедших.

– Присаживайтесь, мальчики. Мы сейчас, – велел Эрдхарт, подзывая за собой Йорвилла.

Очень скоро они вернулись с корзинами, полными хлеба, сыра и мяса. Следом шли три женщины с большими кружками медовухи и ушатами воды. Эрдхарт и Йорвилл плюхнули корзины на стол. Данн ухитрился поймать в воздухе вылетевшую от удара булку.

– Вот, ешьте. Наверняка проголодались смертельно, – сказал Эрдхарт и коротко кивнул женщине, из рук которой принял кружку медовухи. – Благодарю, Мира.

Та вежливо улыбнулась, кивнула в ответ и упорхнула – по всей видимости, заниматься сотней других дел перед началом пира.

Парни ели в тишине, запихивая еду в себя, будто оголодавшие псы. Кейлен чувствовал, что у него болит живот, но остановиться не мог. На обратном пути ничего не ели: друзья не рисковали задерживаться в одном месте слишком надолго, чтобы не опоздать еще сильнее, а когда делали привал, то от усталости думали больше о том, чтобы поскорее прилечь.

Первыми вернулись Варс с Фрейис и Эллой, за которыми увязался Фейнир. Волкобразу не было дела до церемоний: он обошел Эрдхарта и одним прыжком кинулся на Кейлена, сбив того со скамьи. С дружелюбным урчанием зверь ткнулся носом Кейлену в грудь.

– Фейнир, ну тебя… – Кейлен не стал договаривать, а, наоборот, обхватил волкобраза за шею и крепко прижал к себе.

– Сын.

Кейлен поднял глаза и встретился с непонятным взглядом матери. Он оттолкнул Фейнира, что тому не понравилось, поднялся и отряхнул рубаху, как будто это могло счистить с нее грязь и пятна крови. Фрейис в ужасе оглядела сына, затем крепко обняла. Ребра хрустнули, но Кейлен не произнес ни слова. Просто закрыл глаза, радуясь материнскому теплу.

– Я рада, что ты жив, – сказала матушка.

Фрейис отпустила Кейлена и одарила его любящей улыбкой. На мгновение она задержала взгляд, в котором мелькнула потаенная грусть. Кейлен понимал ее: знакомая горечь утраты, страх повторения. Надув щеки, Фрейис повернулась к своему новому пациенту – Ристу:

– Так, а тебе, говорят, в лесу здорово досталось. Дай взгляну.

Фрейис принялась осматривать Риста с ног до головы, он недовольно сопротивлялся. Когда мать повернулась к Кейлену, губы у нее были раздвинуты в полуулыбке.

– Значит, ты всё же слушал.

Она держала в руках лоскут Ристовой рубахи, которым перетянули рану. Он был слегка сырой и в пятнах от серовато-зеленой кашицы, приготовленной Кейленом. Его чуть не распирало от гордости. «Конечно, слушал, а как же?»

Элла кивнула Кейлену.

– Жив, и на там спасибо, – ничего не выражающим голосом сообщила она. Кейлен выдавил из себя смешок. Сестра быстро обняла его: – Я рада, что ты вернулся.

– Я тоже. Не думал, что тебе есть до этого дело.

Элла озорно подмигнула Кейлену, а потом присоединилась к Фрейис, осматривавшей рану Риста.

Очень скоро вернулись Тарн и Ласх с остальными родственниками. Илия и Юлинда бросили взгляд на Кейлена, потом кинулись к своим мальчикам. Наконец в шатер вошел и Феррин, а с ним Айвэн Свэтт, Таррен Нетли и Йон Хилдом. При виде плетущихся за ними сыновей – Фритца, Куртиса и Деннета – в Кейлене вспыхнул гнев.

– У вас еще хватило наглости сюда сунуться после всего!.. – Кейлен даже не заметил, как Данн вскочил. – Еще шаг, и я тебя прямо на месте порешу!..

Эрдхарт поднял руку, и даже Данн понял, что нужно замолчать.

– Ведите себя подобающе, юный мастер Пимм. Их привели сюда в интересах справедливости. Мы не можем полагаться на слово лишь одной из сторон.

– На слово?! – У Данна аж челюсть отвисла: – У Риста дырка от стрелы в ноге. Он что, сам себя?..

– Сядь. Живо, – не повышая голоса, сказал Эрдхарт и сурово взглянул на Данна.

Тот повиновался. Все знали, старейшина – человек добрый и справедливый, но перечить ему не стоит.

Эрдхарт с распростертыми руками поприветствовал вошедших:

– Благодарю, что пришли. Нам нужно обсудить кое-какие вопросы. Я также пригласил старейшин всех семи деревень. Полагаю, никто не против?

– Думаю, все согласны, – негромко, но отчетливо произнес Тарн Пимм.