Райан Хардинг – Ночная смена (страница 18)

- Думаю в этом случае, - Гор снова засмеялся, - у женщины нет права на выбор.

Букер рванул к Гору, но тот шикнул на него.

- Ты успеешь сюда, как раз к аборту, малыш Букер!

Лэйла нашла свой кинжал, взяла его и потирая челюсть подошла к столу. Она взяла на себя обязанность держать Дарлу за руки, позволяя Гору, творить любую зловещую хуйню, какую бы он не задумал.

Деcмонд поскользнулся на крови байкера, когда оглядывал тело, но из-за того, что на нем была надета специальная обувь, ему удалось сохранить равновесие. Он потряс головой в отвращении, затем указал на Кайла и Букера, все признаки заносчивого завоевателя улетучились. Перчатка, инкрустированная гвоздями, образовала шипастую поверхность вокруг его предплечья, вероятно, его собственное творение, судя по отсутствию симметрии.

Лысик не просто был одет как Билли Айдол. Он и усмехался как он.

- Вы, пидоры, сгорите за это, - сказал Деcмонд.

- Пошел нахуй! – oтветил Кайл. – Вы мою девушку убили!

- И? – Деcмонд пожал плечами.

Кайл сделал шаг вперед.

- Лучше не надо, - предупредила рыжая.

Дарла ахнула, как только крюк проскользил к подолу ее рубашки над ее животом. Кончик крюка остановился на ее пупке, легко поворачиваясь, как штопор, готовый отпраздновать новый год.

Гор хихикнул, подобно животному. Кайл сморщился, увидев его заточенные зубы, что явно было сделано самостоятельно. Кайл пожалел, что не ударил по нему топором.

- Если бы кто-то сказал мне, – проговорил Гор, - что мне придется вспарывать беременную сучку во "Фрешвее", я бы никогда не ушел.

- Нет! – зарыдала Дарла, - Прошу!

- Не делайте этого! – вмешался Букер. – Мы сделаем все.

Или, по крайней мере, претворимся, что все сделаем, пока топором вас не вырубим, - подумал Кайл.

Но затем, из прохода появилось еще четверо наемников легиона Деcмонда. И еще двое вышли из дальнего конца. Губы Кайла задрожали. Выяснить, сколько их было конкретно - не представлялось возможным. Их уже было слишком много. Чувство обреченности окутало его, как черная вуаль.

- Несите свои жопы к первому проходу! – прокричал Деcмонд своей пехоте.

Oн прокричал достаточно громко, чтобы его можно было услышать с обоих концов.

Их здесь-то было уже слишком много. Трое возле Дарлы, пять - перед Кайлом и Букером, и двое перекрывали выход за ними. Никто не пришел с пустыми руками.Все принесли что-то острое или тупое, причиняющее боль разной степени.

- Просто скажи нам, - начал Букер. – Чего вы хотите от нас?

Гор поднял один из мешков с яблоками.

- Наблюдай.

Хилый, он испытывал проблемы, накручивая мешок над головой, a затем он ударил мешком по распухшему животу Дарлы. Отвратительный глухой удар раздался по помещению, подобно грому. В выдохе агонии, ветер вырвался из легких Дарлы, подобно взрыву. Pыжая провела крюком по ее подбородку.

- Нет!!! – Кайл рванул к столу, Букер перехватил его за руку и потянул обратно.

Кайл удивился тому, сколько силы еще осталось у Букера в его не раненной руке.

- Их слишком много, - в отчаянии сказал Букер. - Надо бежать.

Но двое, подоспевшие позднее всех, перекрывали ход. У одного в руках был садовый серп, и одет он был в футболку с зеленым логотипом Broken Hope[27]. Его соратник был одет в кожаный жилет и в странную красно-черную маску, которую Кайл больше ожидал увидеть на борце рестлинга. В руках у него была дубинка, на конце которой был металлический шар в шипах, как будто он только что вернулся со съёмочной площадки "Уиллоу".

За спиной Кайла и Букера послышались шаги, хотя кто-то, очевидно, поскользнулся в крови, судя по внезапному крику и шлепку плоти о кафель. Букер хмыкнул, пододвигая к себе стойку с апельсинами, которые ударились и покатились по проходу вслед за ними. Кайл краем глаза увидел несколько черных силуэтов, которые обходили рассыпанные фрукты.

- Придется прорываться через них, - cказал Букер. - Не останавливайся. Я зайду слева.

- Понял.

Кайлу достался борец, который стоял со своим моргенштерном[28], держа его впереди как будто меч. Кайл перехватил свой топор, чтобы впереди было топорище. Он толкнул топор вперед, как будто это был гигантский кий, борец же потянул на себя свою дубину. Топор вогнал дубину в лицо борца, шипастая голова дубины угнездилась в глазнице.

Борец взвизгнул, затем последовал мокрый хлопок, как будто высвободилась присоска. Вокруг дубины образовалась темно красная масса. Проколотые кусочки глазного яблока сочились между шипами, как белок из вареного яйца. Кайл ударил его, сбив с ног на полном ходу. Борец выставил свои ладони, защищаясь от удара о пол лицом, по-прежнему крича и дергаясь. Кайл наступил ему на затылок, добавляя девяносто фунтов живого веса на череп мужчины, пока тот пробовал пол. Упершись в пол, моргенштерн закапывался глубже в глазницу, пока трещали лицевые и глазные кости. Кайл почувствовал, как череп борца прогибается под его весом, как будто мусор, который стоял полой стороной вниз.

Крики прекратились.

Рядом с ним, Букер маневрировал между стойками к культисту с Broken Hope. Пробежав через проход, он вогнал нож между ног мужчине. Серебряный наконечник торчал из ширинки культиста, алые струи разбрызгивались по полу в такт биению его сердца. Его рука метнулась к своим обезображенным гениталиям так стремительно, что он отрезал кончики двух пальцев о торчащее лезвие.

Букер почти поднялся на ноги перед тем, как культист завизжал по-настоящему. Кайл схватил его за руку и потянул за собой. Они побежали и завернули за угол, и Кайл знал, что Букер ненавидит себя за то, что оставил Дарлу так же сильно, как и он сам.

Через все тело Дарлы прокатывались спазмы боли.

Я в аду.

Все силы покинули ее после того, как ей ударили мешком по животу. Она чувствовала себя, как мышь в мышеловке; все тело прилипло к поверхности, пока ее конечности бесполезно болтались. Ее штаны прилипли к бедрам, мокрые и липкие. Она не смогла бы подтвердить, что это была кровь, не садясь, потому что не могла видеть из-за выпуклости своего живота. Так как мочевой пузырь Дарлы подводил ее несколько раз в течение беременности, она держалась за надежду, что это мог быть одним из тех разов, до тех пор, пока не провела там пальцами - просто травма, вызванная повреждением чувствительной области. Она не потеряла Эбби, несмотря ни на какие боли, которые прокатывались по ее телу. Она не потеряла ребенка. Это было невозможно, это было неосуществимо.

Эбби...

Горло Дарлы горело, но крюк лишь вскрыл верхнюю плоть под ее подбородком. Порез был не настолько глубоким, чтобы задеть вены либо артерии, но Букер и Кайл, вероятно, так не подумали. Теперь она слышала крики где-то сзади, может быть, одного из них, а может, и нет. В любом случае, они оставили ее наедине со зверями, одну, если не считать компании ее нерожденной дочери.

Рыжая (на ее именной бирке, было написано: Ева) и Гордон, который хотел, чтобы сейчас его называли Гор, встали над ней. Eго изуродованные зубы больше подходили для чувака с именем Гор, или же для какого-то демона, у которого хреновая медицинская страховка. Пару месяцев назад он был кем-то другим. Сейчас перед ней стоял отголосок (в виде пугала) того самого молодого человека, который был к ней умеренно мил, даже слегка неловким. Они не обязательно были друзьями, но людьми, извлекающими максимум пользы из неидеальной ситуации, время от времени обмениваясь шутками и беседами в комнате отдыха, когда это позволяла его застенчивость. Она была ближе к Лэйле, несмотря на их разницу в возрасте, но сейчас от этого не осталось и следа. Лэйла смотрела на Дарлу с ухмылкой, как будто не могла поверить, насколько низко пала Дарла.

- Поч... Почему? – спросила Дарла.

Гор перехватил ее взгляд. B его взгляде не было стыда. Напротив, там было что-то, вроде развлечения, как когда кто-то кидает собаке теннисный мячик и ждет, что произойдет.

- Почему? – она пожала плечами. - Ну, ты же пришла на работу.

Она вспомнила о Тоде, который угрожал уволить ее, если она не выйдет сегодня. Ее гордость говорила ей послать босса и предложить ему запихнуть свою работу в то место, о котором поется в старой песне. Но, заместо этого, она сдалась. Сейчас она сложила руки на животе, пытаясь совладать с болью. Она прожигала ее как магма: чистая, слепая и беспощадная.

Ева облизала крюк начисто. Она положила ладонь на лоб Дарлы и наклонилась к ней, как можно ближе. Теплый язык лизнул горло Дарлы, двигаясь зигзагами вдоль разреза, впитывая пузырящуюся смесь крови. Дарла постаралась укусить сучку, но ей даже не удалось на дюйм оторваться от стола. Она попробовала высвободить руку от Лэйлы, но сил у нее не было. Когда рыжеволосая снова встала, у нее между ног был зажат изгиб мясного крюка, она заметно вздрагивала, облизывая губы, ее глаза закатились, побелев.

На противоположной стороне стола появился Деcмонд. Когда Деcмонд покинул "Фрешвей", его отбытие обескуражило ее больше, чем уход Гордона. Он очень старался, чтобы изолировать их от Тода, и она хорошо понимала его. Сейчас она не узнавала этого мужчину, и тут даже не имело значения, что он голову побрил. На его лице не было никакого выражения, просто стоическое, как замороженная сталь, а глаза, которые были окнами души, были окнами черного заброшенного дома. За ними не было души. Hи души, ни сердца. A где нет сердца, как знала Дарла, там нет и милосердия. Но все же, она должна была попробовать.