Райан Хардинг – Генитальный измельчитель (страница 26)
Хорэйс отбросил молоток ногой в сторону, когда Сэмми потянулся за ним, поэтому Сэмми схватил торчащую из живота Хорэйса кишку. Он едва не пропустил удар ножом, который Хорэйсу удался бы, будь у него оба глаза. Тот не смог еще приспособиться к новому восприятию глубины. Подтащив липкие веревки к мясорубке, Сэмми направил их в отверстие, в процессе этого выдернув из раны еще пару футов кишок. Затем принялся поворчачивать ручку мясорубки, словно домкрат. На ленолиум повалились серые комочки. Хорэйс в панике вцепился в ускользающие мотки, пытаясь удержать внутри себя, но те проскользывали сквозь пальцы и исчезали в прожорливой пасти мясорубки. Они напоминали затяжки на свитере, которые лишь больше вытягиваются, чем сильнее ты стараешься их оторвать.
В качестве крайней меры, Хорэйс отрезал внутренности ножом. К счастью это оказалось не больно. С другой стороны, внутреннее кровотечение было менее приятной вещью. Из носа и рта у него текла кровь. В немом ужасе он уставился на свое искалеченное тело.
Тут Вон схватил его сзади и впечатал в раковину. Распутавшийся моток внутренностей с влажным звуком шлепнулся в нее, проскользнул сквозь черную резиновую полость в нижней ее части. Нож отскочил от раковины и, проскользив по стойке, ударился в холодильник.
- Я держу его! - крикнув Вон через плечо Сэмми. - Щелкни выключатель!
Хорэйс стал вырываться, но Вон держал крепко. Удары локтями по ребрам и ногами по голеням помогли ослабить хватку, но потом Сэмми протянул руку мимо него и щелкнул выключателем на розетке рядом с раковиной. Утилизатор отходов ожил с оглушительным ревом. Вон заломил Хорэйсу руки за спину и продолжал прижимать к раковине, не давая дотянуться до ножа.
- Вставляй! - заорал Вон, пытаясь перекричать шум утилизатора.
Сэмми с веселой хмылкой кивнул, словно говоря,
Хорэйс предпринял последнюю попытку освободиться, не оставляя надежды забрать своих мучителей с собой. Он схватил горсть своих внутренностей рядом с раковиной и дернул. Веревка кишечника порвалась. Он попытался дотянуться до ножа и переключил все внимание на него. В тот же самый момент в воздухе просвистел молоток и ударил его прямо над оставшимся глазом. Вон выпустил Хорэйса из объятий, и тот, конвульсируя, упал на пол.
Сэмми встал над ним словно работник скотобойни. Снова взмахнул. Потом еще шесть раз. Двенадцать. На двадцать четвертый удары утратили свою твердость и стали звучать как крупные камни, падающие в ручей. На тридцать третий мамаша Хорэйса приняла бы его за Человека-слона. Конвульсий больше не было, лишь постоянный рев утилизатора. Наконец, Сэмми выключил его.
Они с Воном стояли в задумчивом молчании.
Хорэйс умер, лишенный члена, яиц, правого глаза, правой руки и восьмидесяти процентов внутренних органов.
- Эй, ты забыл вышибить нам мозги, - сообщил трупу Вон.
У них за спиной застонал Грег. Он с трудом поднялся на ноги, ухватившись за полку буфета. Пульсирующая боль, по крайней мере, помогла ему не думать о взбунтовавшихся генитальных останках, которыми был забит его пищевод.
- Лучше нам достать вашу шлюху из багажника. Мало ли что, - сказал Сэмми, чтобы отвлечь их от первоначальной цели, а также предотвратить дальнейшие сюрпризы.
Несколько минут спустя все стояли в лунном свете позади "Новы". Они слышали, как Анжелика колотит по днищу. Вон открыл багажник и отошел назад.
Потная, задыхающаяся Анжелика отползла от них в глубь багажника и свернулась в позу эмбриона.
- Послушайте, ребята, извините за то, что я сказала раньше, - произнесла она, учащенно дыша. - Пожалуйста, не делайте мне больно. Я сделаю все, что вы хотите! Я... Я покурю своей киской. Могу еще сделать это задницей! Давайте, покажу! Даром!
- Задницей, да? - сказал Вон. - Похоже, все-таки ночь удалась.
- Подожди-ка, - сказал Грег. - А сигареты какие? Потому что если просто ментоловые, то можешь забыть.
Сэмми обратился к ней, как будто двух других там даже не было.
- Ты понимаешь, что если будешь делать "все", что мы захотим, тебе запросто может стать "больно", а?
Вон слушал его с тревогой, представляя, как в мозгу у Сэмми прокручиваются извращенные хирургические конфигурации.
Она подняла руку, словно удерживая их на расстоянии и заслоняясь от них одновременно.
- Пожалуйста! Моего дружка зовут Эдвард Рочестер, и у него есть куча денег. Он заплатит за меня... назовите цену! У меня есть номер телефона, только, пожалуйста, не делайте мне больно!
Все замерли на месте. Переглянулись и медленно закивали.
Наконец, Вон произнес:
- Спрашиваю еще раз, джентльмены: Вы готовы стать миллионерами?
Анжелика явно не испытывала особой радости от нахождения в мастерской Сэмми. Возможно, это было как-то связано со скотчем, которым она была примотана к стулу. Не помогало и то, что Сэмми нависал над ней, похлопывая ладонью по рукоятке мачете и ухмыляясь словно кот, слопавший канарейку. Не сводя с нее глаз, он пару раз провел языком по всей длине мачете, Они не стали с ней рисковать, даже когда приматывали за лодыжки к ножкам стула. В качестве медицинской помощи они заклеили сломаную кость двумя полосками крест на крест (одновременно превратив ее в площадь мишени на тот случай, если она сможет каким-то образом освободиться и попытается свалить... удар ногой в ту область быстро поставит ее на место.)
У нее родились чрезвычайно убедительные по ее мнению аргументы, которые помогли бы ей продлить жизнь, но ни один из них так и не смог просочиться сквозь скотч, которым был заклеен ее рот. С тем же успехом она могла бы декламировать "Геттисбергское послание" (речь Линкольна - прим. пер.) одновременно отсасывая у Джонни Вадда (порноактер - прим. пер.).
Грег стоял возле ряда женщин, висящих на крюках как говяжьи туши. Он провел руками по каждой, словно домохозяйка, оценивающая продукты в магазине, и отвесил по их задницам по паре крепких шлепков.
- Эй, девочки, как насчет того, чтобы пойти домой к настоящему мужику? - спрсил он.
В ответ он получил несколько всхлипов, а рыжая (Грег с немалым удовлетворением отметил, что цвет был натуральным) безуспешно пыталась объяснить, что если он не позвонит в полицию, Сэмми прикончит их всех.
- О! Ну, это все меняет, - ответил Грег и рассмеялся.
Протесты возобновились.
Вон поморщился.
- Какой смысл похищать их с улиц и насиловать, если ты позволяешь им капать себе на мозги, словно они - свободные женщины, Сэмми? И зачем ты заклеил рот этой, когда она должна звонить Рочестеру и говорить, чтобы тот тащил сюда свою чековую книжку?
Сэмми, наконец, отвел взгляд от Анжелики.
- Не говори мне, что ты купился на ее басню.
- Что ты имеешь в виду? - спросил Грег, а затем добавил, - Эй, Сэмми, у этой девки нет дырки в заднице.
- А ты сам подумай. Рочестер ее дружок? Тогда зачем он идет в "Электра Комплекс" и платит ей сорок баксов за отсос?
Вон нахмурился.
- Дело говоришь. Черт, я бы не стал тратить деньги, будь у меня телка. Подожди-ка... ты сказал, что у этой девки нет дырки в заднице? - Он подошел к Грегу, который присел на корточки под задом у Мэри Джейн Тернер. Оба стали рассмативать волокнистую расщелину, оставшуюся после импровизированного хирургического вмешательства Сэмми, словно два страстных ценителя искусства музейный экспонат.
- Впечатляет, - произнес Грег.
- Даже пятидесятицентовики бывают не такими круглыми, - сказал Вон.
Сэмми весь сиял от гордости.
- Эй, кстати, а как же та девка будет курить своей задницей, если мы примотали ее к стулу? - спросил Грег.
Сэмми вздохнул.
- Ты закончишь уже? Этого не будет.
Грег надулся.
- Ну, это просто здорово.
- Не унывай. Я найду тебе платочек на дорожку... заставлю ее сделать на нем задницей отпечаток губной помады для тебя. Как тебе такое?
Грег ухмыльнулся.
- У меня с рождества не было подарка лучше.
- Эй, я тоже хочу, - сказал Вон.
- Всем по отпечатку губной помады, - торжественно объявил Сэмми.
- Все равно у нас нет сигарет, - отметил Грег.
- В любом случае, когда ты получишь те "бабки", желающих покурить задницей у тебя отбоя не будет, - сказал Вон.